Глава 21

Максим. Просыпаюсь раньше будильника. Настроение у меня сегодня чертовски, ну просто до безобразия, хорошее! Лежу, глядя в потолок, и ловлю себя на мысли, что мир, кажется, улыбается мне. Сонливости – ноль. На автомате хватаю спортивную форму и лечу в тренажёрку. Чёрт, когда я последний раз так искренне радовался утренней тренировке? Зал встречает меня привычным запахом железа и громкой агрессивной музыкой, но сегодня я улыбаюсь шире, чем тот парень на постере, что рекламирует полезные злаковые батончики. Штанга? Легко! Гантели? Дате три! На беговой дорожке я чувствую себя таким энергичным, что даже пою под трек, который играет в наушниках. – Don't stop me now! I'm having such a good time! Ужасно громко! Невыносимо фальшиво! Мужик с соседней беговой дорожки косится на меня с подозрением и отчётливо читаемым в глазах желанием вызвать бригаду, но мне, честно говоря, наплевать! После тренировки я готовлю смузи из сельдерея. Обычно он на вкус как что-то, что пьют только ради пользы, но сегодня… Сегодня это – амброзия! Напяливаю весёленькие носки с утятами. Выхожу из дома, а на улице – солнце. Даже пробки не бесят. Врубаю музыку в машине на полную. Мчу по городу, как король мира, под Queen. На припеве я завожусь по полной. – I'M A SHOOTING STAR LEAPING THROUGH THE SKY! – Горланю в потолок так, что эхо возвращается от стёкол. На светофоре красный, торможу. Машина замирает, но я – нет. Подпевая Фредди, барабаню по рулю в ритм. Перебираю пальцами на воображаемой гитаре. Воображаемый соло-партнер. Воображаемый рок-концерт. Боковым зрением замечаю, что из соседней машины за мной наблюдает пожилая дама в очках. Выражение её лица – смесь ужаса и любопытства. – DON’T STOP ME, DON’T STOP ME, DON’T STOP ME…! – Не могу остановиться, это выше меня! Дама прилипает к окну, чтобы лучше разглядеть это явление природы. Мне же становится только веселей. С драматичным переходом на следующий куплет я оборачиваюсь к ней, поднимаю брови и показываю два пальца в знак "мир-дружба". Она моргает, затем отвечает тем же жестом – два пальца. Хмурится. Убирает один. Тычет мне факом в стекло. Поджимает губы и качает головой, будто говорит: «Ну что с вами, молодыми, не так?» А с нами всё так! Мы ахренеть, как счастливы! Светофор переключается на зелёный. – HAVE A GOOD NIGHT, MA'AM! Срываюсь с места, оставляя даму в недоумении пожимать плечами. В здание офиса захожу с такой широкой улыбкой, что на ресепшене охранник теряет дар речи и медленно стягивает кепку с головы. – Доброе утро! – Салютую ему портфелем. – Доброе… – Чешет лысину. Поднимаюсь на лифте вверх. Выше, выше… Меня утаскивает в какой-то эйфории! И эти кайфы не хочется останавливать! – Коллеги, всем доброе утро! – Громко рапортую я, как только створки лифта разъезжаются. – Всем чмоки в этом чате! Хорошего и продуктивного дня! Если есть вопросы – не бойтесь обращаться ко мне. Помогу, чем смогу. Буду у себя. Народ робко переглядывается. Не успеваю дойти до своего кабинета – Маша подлетает ко мне с пухлой папкой в руках. – Максим Игоревич, извините, что прямо с порога, но это срочно. Нужно подписать… – Если срочно, значит, подпишем. Хватаюсь за ручку и оставляю размашистый автограф на нескольких документах. Маша нервно переступает с ноги на ногу. – Новая блузка? – Киваю на её наряд. – Нет, старая… – озадаченно моргает. – Шикарный цвет. Что это? Марсала? Кирпичный? Терракотовый? – Красный… – Вам очень идёт! Всё с той же широкой улыбкой двигаюсь дальше, но на полпути останавливаюсь. Оборачиваюсь. – Маша, загляните ко мне чуть позже. Выпишу вам премию за старания. Её глаза становятся размером с пятирублёвую монету. – Э-э…хорошо, Максим Игоревич. Иду дальше по коридору, чувствуя на себе десятки взглядов коллег. Они просто таращатся, выпучив глаза, будто я превратился в инопланетянина. – Что с ним? – Слышу настороженный шёпот. – Не знаю, но мне страшно. Кричу бодро через плечо: – Кто там хотел премию? Жду всех у себя! С отчётами о проделанной работе, конечно. Скрываюсь за дверью кабинета, скидываю пиджак на спинку кресла и буквально чувствую каждой клеткой тела, как счастье наполняет воздух. Что-то изменилось. Изменилось настолько, что я не могу это игнорировать. Наверное сегодня я впервые за очень долгое время чувствую себя действительно живым. Не курицей, которую только что вытащили из морозилки и отправили на работу, а настоящим человеком из плоти, крови и… Эмоций, чёрт возьми! Захожу в рабочую почту, на которую мне уже щедро отсыпали целую кучу задач, и даже в этом нахожу какую-то неведомую радость. Аксёнова, ты меня заколдовала, да? Растопила мой лёд своим огнём, рыжая ведьма? В дверь кабинета коротко стучат. Не дожидаясь разрешения войти, на пороге появляется Алиса. Следом за ней неслышно, как кошка, на мягких лапках проскакивает Лёля. – Дядя Максим Игоревич! – Радостно вопит она и несётся ко мне. Мгновенно поднимаюсь из-за стола ей навстречу. – Лёля! Целеустремлённым снарядом она бежит прямо в мои руки, и я подхватываю её, кружу в воздухе, а потом подбрасываю вверх. Звонкий визг и смех разливается по кабинету как музыка. – Ну как ты? Ещё болеешь? – У меня только немножко сопли. – Ну, ничего. Сопли – это не страшно. Алиса так и стоит на пороге гипсовой статуей, с выражением глубокого сомнения в моём психическом здоровье на лице. – Куравин, что происходит? – Отмирает, делая нерешительный шаг вперёд. – Люди шепчутся… Ты что-то принял, да? Ставлю Лёлю на пол, аккуратно поправляю растрепавшийся хвостик. – Нет, Алиса. У меня просто хорошее настроение. Она медленно подходит ближе, прищуривается, будто это поможет понять, в своём ли я уме. Расширяя ноздри, втягивает в себя воздух возле моего лица. – Что ты делаешь? – Пытаюсь уловить запах алкоголя, – отвечает, ни капли не смущаясь. – Алис, я абсолютно трезв. Просто счастлив. Неужели так сложно в это поверить? – Я скорее поверю, что земля плоская, чем в то, что ты можешь быть «просто счастлив». Признавайся, кто тебя укусил? – Ты, вероятно. Лёля дёргает Алису за руку. – Мамочка, зачем ты укусила дядю Максима Игоревича?! – С возмущением. – Ты мне говорила, что кусаться невежливо. Алиса устало вздыхает. – Да не кусала я его. – Не кусала. Только поцеловала. – Фу! – Кривится Лёля. – Искорка, это не правда. Максим Игоревич сегодня фантазёр. – Взгляни сюда, – дёргаю себя за штанину, хвастаясь вырвиглазными носками с утятами. – Ох! – Алиса в притворном шоке прижимает ладонь ко рту. – Да вы настоящий бунтарь, Максим Игоревич! – И это лишь начало! – Мне уже страшно! – Она щурится ещё подозрительнее. – Так, мне всё ясно. Ты сейчас крайне опасен для общества. Мы лучше пойдём. Она протягивает дочери руку, но та лишь подбоченивается и смотрит на Алису с протестом. – Я хочу остаться с дядей Максимом Игоревичем! – У него много работы, а ты будешь ему мешать. – Ни в коем разе, – возражаю. – Пусть остаётся. Вместе рассмотрим графики и диаграммы. – Графики-и-и! – С восторгом округляются детские глаза. Интересная девочка… Кого-то она мне напоминает. Алиса цокает, но кивает. – Ладно. Но обещай, что не будешь отвлекать Максима от работы. Если что, вы двое знаете, где меня искать. Она уходит. – Ну что, займёмся работой? – Подмигиваю Лёле. – А что мы будем делать? Достаю из ящика пачку цветных стикеров. – Мы создадим самый красивый график на свете. Цвета выбирай сама. – Тогда синий! И розовый! И жёлтый! – Идеально, – подкатываю поближе маркерную доску. – Теперь внимание: как ты думаешь, если линия идёт вверх, это хорошо или плохо? – Хорошо! – Уверенно отвечает Лёля. – Точно! А вниз? – Плохо! – Великолепно, ты схватываешь быстрее, чем половина моих сотрудников. Мы вместе начинаем выстраивать на доске разноцветные линии и стрелки, а Лёля рассказывает мне, что тоже устраивает совещания для своих игрушек. Я даже не замечаю, как пролетает время. Работа давно не приносила такого огромного удовольствия…