10

К моей руке прикасается ладонь дочери, я вздрагиваю и смотрю на Милу.

– Красиво, – она улыбается, осматривается, крутит головой. – Как у бабушки.

Усмехаюсь. Иногда Мила меня удивляет: мы уехали больше года назад от моих родителей, а ездить в гости у меня нет возможности. Мила всё переспрашивает, по сто раз задаёт один и тот же вопрос, забыв, что я отвечала. Но вот как дома у бабушки она всё ещё помнит.

Чириканье птиц, свежий влажный воздух, запах свежескошенной травы. Я уже забыла, каково быть в тишине. Закрываю глаза и глубоко выдыхаю. С улыбкой открываю глаза и смотрю на верхушки деревьев, на чистое голубое небо. Умиротворение…

– Артём! – вскрикивает рядом Серёжа, и я вздрагиваю.

Секунда забвения и удовольствия заканчивается. Опускаю взгляд, вижу, как к нам большими шагами приближается Артём. Он смотрит прямо на меня, и я инстинктивно завожу Милу за спину.

– А где бассейн? Я хочу купаться!

– Сейчас покажу, – Серёжа садится на корточки возле Милы, а я не могу отвести взгляд от Артёма, все мои мышцы напряжены. – Тут ещё недалеко есть озеро. Мне сказали, что там живёт целая семья уток. Хочешь посмотреть?

– Да!

Серёжа изо всех сил пытается наладить контакт с Милой, но я не могу ему помочь.

Артём подходит к нам совсем близко, бросает на меня последний равнодушный взгляд и обращается к Серёже.

– Здорово, – они пожимают друг другу руки.

– Поможешь разгрузиться? – Артём кивает. Серёжа достаёт мою сумку из багажника и протягивает её другу.

– Я сама, – вырываю сумку из рук Артёма.

Серёжа непонимающе улыбается, смотря на меня.

– Идёмте на озеро! Я хочу уток! – Мила дёргает меня за руку.

– Сейчас, подожди немного.

– Ну мам…

– Я разберу вещи, и мы пойдём.

– Если хочешь, я могу сходить? – Серёжа настороженно смотрит на меня. Он видит возможность таким образом наладить контакт с Милой, но мне как-то не по себе.

– Ну-у… – сомневаюсь, бросаю быстрый взгляд на Артёма, он достаёт пакет с продуктами и направляется в дом.

– Мам, ну пожалуйста! – Мила в нетерпении прыгает с ноги на ногу с щенячьими глазками и сложив мольбы ладошки перед собой.

– Прошу…

– Мам, я пойду с Серёжей!

– Ань, вещи подождут, давай сходим все вместе? – предлагает Серёжа, и Мила тут же поддерживает его, схватив за руку.

Понимаю, что выхода у меня нет, и киваю.

– Артём, ты разберёшься?

– Конечно, – отвечает Артём и бросает на меня усмехающийся взгляд.

Всё-таки это была плохая идея остаться, несмотря на Артёма. Сглатываю и беру за руку Милу. Всего один день… Мы же не убьём друг друга.

Когда мы подходим к озеру, Милу не удержать, и Серёжа бежит вместе с ней. А я прогуливаюсь неторопливо, смотря на них со стороны. Мне кажется, Серёжа мог бы стать хорошим отцом, и, кажется, Мила дала слабину и поладила с ним. Они кидают хлеб в пруд, прикормив пару уток. Мила прыгает от радости, и я улыбаюсь. Пытаюсь отвлечься и не думать об Артёме, но мысли постоянно возвращаются к нему.

Зачем вернулся Артём? Что ему нужно? Всё-таки решил испортить мне жизнь?

Мне не казалась моя жизнь лёгкой, но теперь, когда в ней ещё и появился Артём, внутри меня настоящий ад. Я мучаю сама себя воспоминаниями, страхами. Я хочу избавиться хоть от одного опасения.

Подхожу к Миле и Серёже.

– Я хотела поговорить с тобой, – тихо произношу я, опустив голову. Мне стыдно посмотреть в глаза Серёже, зря я сделала вид, что не знакома с Артёмом.

– Что-то случилось? – Серёжа встревоженно берёт меня за руки и смотрит в глаза. Мила пробегает мимо нас, следуя по краю озера за утятами. – Мила, осторожнее там.

Я так сильно нервничаю, не знаю, с чего начать. Мне стыдно.

– Серёж… – я замолкаю, как же сложно такое говорить. Я боюсь реакции Серёжи: вдруг он разозлится и решит уехать. Как я тогда всё объясню Миле? Но держать это в себе и постоянно опасаться тоже нельзя. Лучше, чтобы он узнал это от меня.

– Мне кажется, мы поладили.

– Что? – я растерянно смотрю на Серёжу.

– Ну, с Милой. Наша первая встреча не задалась, но сейчас… Мне кажется, она довольна.

– Да, да, – я часто киваю. – Но я не…

– Может, тогда следует поговорить о следующем шаге? Я бы хотел, чтобы ты переехала ко мне. Может, я тороплюсь, но мне хорошо с тобой, и твоя дочь чудесна. Я уверен, что это будет правильный шаг.

– Что? – я морщусь, Серёжа сбивает меня с толку. Я долго пыталась сосредоточиться на словах, что должна сказать ему, и теперь не могу разобраться в своей голове. – Нет, я бы хотела сначала тебе кое-что рассказать.

– Ну хорошо, я тебя слушаю.

Набираю полную грудь воздуха и не нахожу лучшего способа, чем вывалить на Серёжу сразу всю правду без подготовки.

– Артём, он… – меня обрывает всплеск воды. Мы с Серёжей одновременно поворачиваемся на звук. Быстро пробегаюсь взглядом по берегу в поисках дочери. Уже всем нутром понимаю, что произошло. – Мила…

Я дёргаюсь в сторону, но даже не понимаю, куда бежать. Бросаюсь к берегу, Серёжа следует за мной. Мы подбегаем к краю озера, я смотрю по сторонам, но ничего не вижу, обзор закрывают обильные растения вокруг, и тут я слышу вновь частые всплески.

– Мама… – крик дочери разрывает сердце, но хотя бы теперь я знаю, куда бежать. Она очень близко. Нужно обойти несколько кустов, и наверняка она там.

Не раздумывая, бросаюсь туда, откуда доносятся звуки. Мы с Серёжей обегаем кусты, и едва успеваю остановиться у обрыва. Всё внутри меня сжимается, оглядываюсь, смотрю на гладь воды, но не вижу дочери. Я не дышу, не чувствую, как бьётся моё сердце, руки начинают холодеть. Её нигде нет.

– Мила! – воплю я во весь голос. Хочу прыгнуть вниз, но Серёжа меня останавливает и сам спрыгивает в воду.

– Мы здесь, – слышу голос Артёма, поворачиваюсь, вглядываюсь через листву и вижу его сидящего, обняв Милу.

Тут же бросаюсь к нему через кусты, ветки царапают кожу, трава режет ноги, но я не обращаю внимание ни на что. Вижу, что Мила шевелится и что-то говорит Артёму, мне становится легче, но всё равно нужно самой удостовериться.

– Милая, как ты? – обхватываю личико дочери руками, быстро осматриваю её на видимые повреждения. Замечаю, что дочь сильно напугана, но всё равно пытается выглядеть спокойной. Не вижу никаких травм и прижимаю дочь к себе. Часто дышу, сердце колотится с бешеной скоростью.

– Надо лучше следить за ребёнком, – делает замечание Артём, бросая недовольный взгляд.

– Как она? – слышу Серёжу позади себя, и он садится рядом. – Мила, ты как?

Дочка прижимается ко мне, утыкается в грудь. Я встаю, держа её на руках.

– Надо отнести её домой и согреть, – мне неловко смотреть на Артёма, должна поблагодарить его, но не могу. Чувствую себя виноватой перед дочерью и перед Артёмом.

– Спасибо, брат, – благодарит за меня Серёжа.

– Да, – я оборачиваюсь, мельком бросаю взгляд на Артёма и тут же отворачиваюсь, целую дочь в плечо и быстро направляюсь к дому.

Иду так быстро, как могу, виню себя за всё. Дом я даже не осмотрела, но сразу поднимаюсь наверх, заношу Милу в ванную, накидываю на неё полотенце и включаю тёплую воду. Пока ванна набирается, раздеваю Милу. Она всё это время молчит, у меня слёзы на глазах. Я ведь могла её потерять.

Только когда сажу дочь в ванну, она оттаивает и начинает плескаться, улыбаться. Я немного успокаиваюсь, целую её в голову.

– Я люблю тебя. Прости меня, – шепчу я.

– И я тебя люблю, – кажется, что Мила уже забыла о недавних событиях.

– Милая, как так произошло, что ты упала?

– Я бежала за утятами, они были так близко и… – она поджимает губы и виновато опускает глаза. – Я думала, я достану. Прости, мамочка.

– Всё хорошо. Я не ругаюсь. Я рада, что с тобой ничего не случилось. Но больше не убегай от меня. Ты ведь могла и потеряться, это же лес, нужно всегда быть рядом.

– Да, хорошо, что Артём был рядом!

– Ага, – выдыхаю я. Я благодарна ему за спасение Милы, но и недовольна одновременно, не хочу его здесь видеть. Быть с ним рядом все выходные. – Может, поедем домой?

– Нет! – у Милы начинает дрожать нижняя губа, она жалобно смотрит на меня. – Я не буду больше. Обещаю!

– Ладно, – выдыхаю и улыбаюсь дочери.

После ванной я хорошенько вытираю дочь, надеваю на неё пижаму и сушу светлые длинные волосы феном.

– А его Артём зовут! – гордо произносит дочь, когда я выключаю фен, и я вздрагиваю.

– Что?

– Дядю, что помог мне, когда я упала.

Я пытаюсь улыбнуться, но уголки губ опускаются.

– Да, я знаю.

– Он клёвый и плавает хорошо.

– Наверное, – я не хочу разговаривать о нём и пытаюсь отвечать односложно. – Давай поспим немного.

Мила падает на подушку и с улыбкой смотрит в потолок.

– Поспим, и он меня научит плавать.

– Конечно, – ложусь рядом и обнимаю Милу. – Спи давай.

Дочка улыбается, поворачивается ко мне, ложится так, чтобы прикасаться к моему лицу носом, и закрывает глаза. Я смотрю на неё и не могу перестать себя винить за то, что она упала. Я недосмотрела. Это я во всём виновата. Я всегда была внимательна, но теперь всё изменилось. Я больше нервничаю и переживаю, и из-за чего? Из-за бывшего, который сам от меня отказался? Боюсь, что он узнает правду, чья Мила дочь на самом деле. Если я буду продолжать переживать из-за этого, то до добра точно не дойдёт. Я скажу ему, как только мы останемся наедине!