Глава 32

Утро началось с похмелья. Только не алкогольного, а сексуального.

После безумной ночи сладко ныли все мышцы, живот немного тянуло, да и всё тело в целом ощущалось как вата.

Шевелиться не хотелось вообще. Всё, что я смогла сделать — это распахнуть глаза и перевернуться на правый бок.

Чтобы сразу же наткнуться на довольное лицо Харламова.

Очень довольное. Ну точно кошак, который вылакал литровый пузырь валерианы. По-другому выражение его лица было не описать.

А я мысленно застонала, осознав, что мы натворили. Оценила всю полноту подкравшегося незаметно песца.

— Сень, это катастрофа, — пробормотала, увернувшись от поцелуя. — Что мы наделали?

— Что, Маш, неужели я был так плох ночью? — хитро улыбнулся и положил ладонь мне на живот. — Так обещаю исправиться.

— Да причем тут секс…

— При всем. Маш, ну что ты опять заднюю включаешь? Тебе же все понравилось, не ври. Тебя штырило так же, как и меня. Хочешь, докажу?

— Ммм, — протест Харламов глушит на корню. Прижимает меня к себе и начинать целовать.

Сначала нежно и осторожно, а потом все горячее и откровеннее. Наглый язык снова проникает в мой рот и творит сладко-острое непотребство.

— Сеня… — бормочу, получив немного свободы, но он тут же кладет палец на мои губы.

— Ты слишком много думаешь, Марусь. И это ни к чему хорошему не приводит. Расслабься, родная. Отключи голову и получай удовольствие. Я сделаю тебе хорошо… Обещаю…

Опомниться, конечно, мне никто не дает. Арс начинает покрывать поцелуями шею, грудь, живот…

Особое внимание уделяет груди, тискает мягкие полушария, прикусывает и посасывает затвердевшие от возбуждения соски.

Мое предательское тело плавится, растекается от его прикосновений. Привязка как была, так никуда и не делась. Даже еще сильнее стала, судя по ощущениям.

— Ну же, Маш, скажи, что не хочешь? — спросил, прикусив сосок. Прикусил, потянул, лизнул, а потом чуть подул на возбужденный комочек плоти.

Тело буквально дугой выгнуло, а из моей груди вырвался животный стон.

А Харламов только сильнее начал меня мучить. Его пальцы скользнули вниз, туда, где уже было горячо и влажно.

А следом за пальцами последовали и губы… Арс крепко держал меня за бедра, не давая свести ноги, и умело ласкал чувствительные местечки до тех пор, пока я не сдалась.

— Дааа, — вырвалось из меня криком удовольствия, а рука сама легла на темную макушку, притягивая ближе. — Не останавливайся, пожалуйста…

— Ну вот видишь, Марусь, — Харламов все же чуть отстранился. — Зачем бегать друг от друга, если нам так хорошо вместе?

А я и правда уже не понимала — зачем? Мозги отключились, а тело дорвалось до сладкого и не хотело останавливаться.

Мы целовались как безумные, и с такой же одержимостью ласкали друг друга. Лишь на пару секунд в моем сознании мелькнула здравая мысль.

— Сень, стой? Твое колено? Оно не болит?

— Маш, болит у меня кое-что другое, — прохрипел, красноречиво толкнувшись в меня налитой головкой. — Очень болит, срочно надо принять болеутоляющее.

Мне же оставалось только охнуть и пошире раздвинуть ноги, приняв его в себя… Боже, как же это было хорошо…

Дальше все покрылось горячим маревом страсти. Тесные объятия, жаркие стоны, тяжесть мужского тела и невыносимо острые толчки, почти пронзающие тело насквозь…

И эйфория, раз за разом накрывающая нас обоих.

Да, раз за разом. Потому что безумная животная страсть нас не отпускала. Она закручивалась спиралью, виток за витком, становилась сильнее с каждым часом.

В какой момент я отрубилась — не помню. Помню только невероятную расслабленность тела, ставшего вдруг легче пушинки, горячие мужские руки и шепот на ухо.

Арс что-то говорил, обещал, что-то напевал, но я не смогла разобрать слов. Просто прижалась к нему покрепче и задремала под звуки родного голоса.

*****

— Вставай, соня, — проснулась я тоже от голоса Арса и какого-то дребезжания. И совершенно восхитительного аромата кофе.

— Это что, завтрак в постель? — зевнула и с любопытством покосилась на сервированный столик на колесах.

На нем стояли тарелки с яичницей и тостами, фруктами, сырно-колбасными нарезками. Ну и кофе, конечно, был. Вкусный аромат приятно щекотал рецепторы, пробуждая аппетит.

— Скорее, ужин, — ухмыльнулся Арс. — На часы-то посмотри.

На часах, как оказалось, было десять вечера. Обалдеть.

— Только не говори, что неголодная?

— Голодная. Очень. — сажусь в кровати и обматываюсь простыней. Чувствую себя и правда безумно голодной.

Что и неудивительно после марафона длиной почти в сутки. Не знаю, как там Арс себя чувствует, но я чувствовала себя выжатой как лимон. Как будто по мне асфальтоукладчик проехал и размазал в блин.

А в промежности ещё и саднило немного с непривычки.

Мне всё-таки давно не девятнадцать, да и Сеня не юнец давно. Но тем не менее эта ночь дала фору всему тому, что между нами было раньше.

По крайней мере, сейчас мне так казалось.

— Эй, ты о чем там думаешь, Марусь? — Арс тут же садится рядом, обхватывает мое лицо руками и целует. — Если о том, чтобы сбежать — то не получится, до утра я тебя не выпущу.

Я лишь фыркаю в ответ. Бежать мне никуда не хочется. Как и выяснять отношения.

Определенно секс с бывшим мужем плохо на меня влияет. Потому что я вся размякла и действительно отключила мозги.

Впрочем, не могу сказать, что мне было плохо. Наоборот, очень даже хорошо. Отголоски возбуждения до сих пор гуляли в крови, заставляя тело дрожать.

Конечно, завтра придет отрезвление, но это ведь будет только завтра. А пока можно взять передышку и отпустить ситуацию.

После секса трусами не машут, как говорится. Так чего срываться в ночь?

Поэтому я позволяю размыть границы дозволенного этим вечером…

Арс, кажется, доволен тем, что я не пытаюсь взбрыкивать. Он аккуратно составляет подносы на кровать, и мы неторопливо ужинаем.

Раньше мы так часто делали, особенно когда муж возвращался после долгих сборов или с чемпионата мира.

Сначала, конечно, был секс, Сеня не мог терпеть, а потом уже романтические ужины со свечами и музыкой.

А после мы могли лежать часами и смотреть фильмы.

Вот и сейчас Харламов словно пытался вернуть нас в то счастливое время. По телевизору шла новомодная комедия, Сеня лежал у меня на коленях и кормил меня то виноградом, то клубникой, щедро обмакнутой во взбитые сливки.

Правда, я сразу предупредила, заметив его хищный взгляд. Очень уж он плотоядно смотрел на то, как я поглощаю ягоду и слизываю с губ капли сливок.

— Не-не-не, я больше не могу. Ты меня вконец измочалил… Кино лучше смотри.

— Ну это с какой стороны подойти к вопросу…

И этот засранец подошел, да… Очень грамотно подошел. Так, что на следующее утро походка у меня была весьма своеобразной.

Хорошо хоть, что было воскресенье, и на работу идти было не надо…