Глава 41

Правда, в своих планах я немного просчиталась. Первой о моей беременности узнала сестра.

Так получилось, что в этом году наш семейный майский отдых разделился: Ася с мужем гостили у его родни, Макс праздники встречал в казарме, унесла братца нелегкая служить, ну а я с родителями.

В Питер я вернулась вечером четвертого числа, а шестого приехала на ужин к сестре.

И вот тут-то и попалась, что называется. Причем сама не поняла как. Особых пристрастий в еде у меня не было, у родителей ела всё то же самое, что и всегда.

Ну, разве что от наливки отказалась в пользу сока.

А вот сестра застукала меня за сооружением очень странного бутерброда: я умудрилась положить на хлеб соленую рыбу, помидоры, сыр и нарезанные кружочками соленые огурцы. И залила всё это густым слоем клубничного соуса.

— Маш, с тобой всё хорошо? — Ася посмотрела на меня круглыми глазами.

— Да, а что? — с наслаждением откусила первый кусочек, а сестра почему-то прикрыла рот ладонью.

— Ты ешь рыбу с клубникой и солеными огурцами…

Я ошалело поморгала, встряхнулась и посмотрела на бутерброд, от одного вида которого меня бы стошнило еще месяца три назад.

Но беременному организму было плевать. Беременному организму всё нравилось, поэтому я сделала еще один кусочек, а Ася аж передернулась.

— Ну а что, вкусно же… ммм…

— Да ты беременна, сестренка, — Ася прищурилась, а я чуть не подавилась, — вот это поворот. Настоящий киндер-сюрприз.

— Ась…

— Что, Ась? Не пытайся обдурить мать двоих детей. Я, пока Витю носила, ела стейки, политые шоколадом… А еще мороженое клала сверху… Типа мясной фондан делала…

— О, а есть стейк и мороженое? Я тоже хочу попробовать… — это вырвалось из меня прежде чем я успела прикусить язык.

В общем, слово не воробей, как говорится, вылетит — не поймаешь.

— Похоже, это у нас семейное извращение беременных, — Ася усмехнулась и вытащила стейки из морозилки. — Будет тебе стейк.

— Спасибо, — кивнула я и принялась уплетать бутерброд. Желудок отчаянно требовал вкусняшек.

— Так, а чего это мы кусочничаем, девочки? — Володя зашел на кухню и аж позеленел. — Ой-ё, это ведь ОНО, да?

— Да-да, — хихикнула Ася, — иди, милый, поиграй пока с детьми. А у нас тут сейчас будет допрос с пристрастием.

К счастью, допрос с пристрастием добрая сестричка ненадолго отложила, дала мне доесть мой бутерброд. И даже запить его чаем.

— Ну, Марусь, колись давай. Харламов — счастливый папаша?

— Да, — призналась я, — он.

— А я так и знала, что всё этим и закончится. Знала. А ты всё отнекивалась. Удивительно скорее то, что ты до сих пор не родила.

— Ась, ну не начинай…

— Ну а что, не права я, что ли? Видела ведь, как ты к Харламову в больницу скакала. И как после лета расцвела вся — тоже видела. Сразу стало понятно, что у тебя мужик завёлся. Ну а сложить два и два не особо сложно. Но все же каков герой, а? — сестра чуть ли не с восхищением присвистнула. — Сразу с козырей зашел.

— В смысле?

— В прямом. Так папа Арсению голову бы открутил за поползновения в твою сторону. А теперь не тронет, не рискнет внука без отца оставить. Хитер твой Сеня, ой, хитер, жук майский.

— Я не верю, что Арс специально это сделал. — фыркнула. — Это само собой получилось, оба накосячили.

— Ну, хотел или нет, но факт остается фактом. Ты беременна. Что сказал счастливый папаша?

— Он еще не в курсе.

— А чего ждешь? Срок какой?

— Будет семь недель. — машинально поглаживаю живот. — Я сама узнала перед праздниками. Мне переварить это нужно было. Ну и решила сюрприз сделать. У Арса в воскресенье состоится прощальная игра, он выйдет на лед в матче хоккейных звезд.

— И будет ему подарочек, да?

— Именно. А потом надо будет ехать к родителям. Маме я пока ничего не рассказывала. А вот ты меня спалила, миссис Ватсон.

— Чур, я еду с вами, — вскинулась сестра. — Такое представление пропустить не могу. Надеюсь, твой хоккеист догадается тебе кольцо на палец надеть, чтобы папа быстрее успокоился. У него пунктик на этот счет, ты же знаешь. Заделал ребенка — надо жениться.

— Ась, я не собираюсь выходить за Харламова. Ты вообще всё немного не так поняла. У нас с Сеней свободные отношения.

— Чего? Этот гаденыш совсем берега попутал? Спутал тебя со своими давалками, на которых пробы ставить негде. А ты? Как ты на такое согласилась?

— Вообще, это я настояла на свободных отношениях. — поспешила успокоить раздухарившуюся в праведном негодовании сестру.

Но от моих слов у нее еще больше полезли глаза на лоб.

— В каком смысле ты предложила?

— В прямом. Ась, давай после ужина договорим. Это долгая история.

— Да я уже чувствую…

***

Как только дети были уложены спать, мы с сестрой снова устроились на кухне. Стейк было решено приготовить завтра, потому что в меня уже ничего не лезло.

Так что я ограничилась чаем, а Ася кофе. В который предусмотрительно накапала травяного бальзама.

— Без пяти капель, чувствую, тут не разберешься. Рассказывай давай, чего вы там начудили.

Ну я и рассказала. Всё как есть. Даже о походе к психологу рассказала.

— Ой, Марусь, — сестра закатила глаза. — Глаза-то разуй. Если у вас свободные отношения — то я наследница короны Российской Империи. Хватит чудить уже. Я понимаю, ты хочешь Сене нервишки помотать, но…

— Да не хочу я мотать ему нервы! Даже в мыслях не было.

— Тогда в чем дело? Ладно, я понимаю, если ты бы его на дух не переносила. Но сама же к себе в койку пустила. Вы спите вместе, проводите время вместе, у вас ребенок скоро будет. Сойдитесь уже нормально и живите. Зачем мучить друг друга?

— Если бы это было так легко…

— Знаю, что нелегко, сестренка. А что делать? Ты как та мышка сейчас, которой и хочется, и колется. Но нельзя всю жизнь стоять на перепутье… Прислушайся к своему сердцу, Марусь. И тогда тебе станет легче сделать выбор. Сама поймешь, куда идти и что делать.

— Знаешь, — я хмыкнула, — никогда не думала, что ты будешь защищать Харламова.

— А я не его защищаю, я тебе счастья хочу. И вижу, что не будешь ты счастлива без своего хоккеиста. Ну что поделать, если тебя к нему так примагнитило. Попался тебе Амур с косоглазием. Запустил стрелу не в принца, а в оленя. Правда, олень не обычный, а королевский. Рога, копыта, шкура — всё породистое. Надо брать, я считаю. В хозяйстве пригодится. В крайнем случае, если будет косячить, пустим на запчасти. Мясо на консервы, шкуру к камину, голову на стену как охотничий трофей.

Я не выдержала и рассмеялась во весь голос. Да и Ася тоже в стороне не осталась.

Королевский олень. Интересно, Арс оценит такое прозвище?

— Ладно, Марусь, — сестра допила кофе и поднялась — Уже поздно. Я сейчас домою кружки, а ты иди-ка спать. И подумай над моими словами, пока есть время.