Глава 8

— Маша, не кипятись. А то тебя аж на соседнем этаже слышно, — сказал Виталий Романович, как только мы переместились в коридор.

— Я не кипячусь. А учитывая тот поток оскорблений, который вылил на меня господин Батышев, держусь очень хорошо. И да, говорю сразу — можете меня увольнять. Я свою работу выполнила в полной мере. Не я виновата, что клиент не знает чего хочет. Суммы доплаты за частые переделки указаны в договоре, вы же прекрасно это знаете. Так что извиняться я не буду. Не заставите.

— О женщины, — простонал шеф и возвел глаза к потолку. — Как же с вами сложно. Сама себе надумала, сама и обиделась. Да, Маша?

— Я надумала? — возмутилась. — Вы же слышали тот поток, простите меня за мой французский, дерьма, который изрыгал Владлен Михайлович?

— Я слышал прекрасно. Как и увидел всё из документов и вашей переписки. А вот про увольнение и извинения ты это уже сама себе нарисовала в голове. Я вижу, что Батышев тот еще кусок скотины. И таких немало, увы. Просто ты впервые нарвалась.

— Но, — я ошарашенно посмотрела на шефа. — Вы так гаркнули в кабинете, словно собрались меня сначала четвертовать, а потом отправить извиняться перед этим хамом с золотым кошельком.

— Так нужно было, Маша. Не думала же ты, что я буду разборки с мордобоем в кабинете устраивать? Да еще и при тебе. Потому и попросил выйти. Пусть Батышев пока поварится в чувстве собственного превосходства. А я приду и возьму его тепленьким. Поверь, я такого поведения клиенту с рук не спущу. Разберемся по полной. Только хитро надо это делать. Всё же бизнес есть бизнес, а если каждому хамоватому клиенту бить наглую рожу, то можно быстро по миру пойти. А убытки должен Батышев понести за свое поведение, а не мы. Ты же умная девочка, смекаешь, что к чему?

— Да, — я облегченно выдохнула, поняв, что Румянцев имеет в виду. И он ведь прав. Босс, как опытный старый лис в бизнесе, знает, как себя вести в таких ситуациях. И ему хочется и мудака наказать, и при деньгах остаться.

— Вот и славненько. Тогда я сейчас возвращаюсь к Батышеву, а ты пока пойди проветрись. Часика этак на два. Вон в кафе сходи, кофе попей, разгрузись морально. И чтобы никаких мне слов об увольнении, поняла?

— Слушаюсь, шеф.

***

Следующие два часа я действительно провела в кафе неподалеку. Пила любимый кофе с пирожными, успокаивала нервы и следила за бурлением в личном чате для сотрудников.

А чат бурлил очень сильно. Судя по сообщениям в чате, работа во всем офисе встала намертво.

Весь наш дружный коллектив в режиме реального времени следил за тем, что происходит в кабинете гендира.

«Комментатором» происходящего служила, естественно, наша Танюха, как самая приближенная к кабинету босса.

Вот она и докладывала о том, что происходит за закрытыми дверями. И эти доклады очень напоминали весточки с фронта.

Судя по словам Тани, там реально будто бой проходил. Батышев орал как резаный, что-то кричал, спорил, доказывал.

Мне даже жалко стало шефа. Упаси боже от таких клиентов, какими платёжеспособными бы они не были.

Вся катавасия длилась примерно два часа, а потом Батышев, бледный и потрепанный, убрался из офиса.

Минут через десять после этого Танюха мне позвонила сама.

— Всё, Маш, можешь возвращаться. Выпер наш шеф этого шакала.

— И чем закончилось? — полюбопытствовала я.

— Романыч пригласил главного юриста, и они расторгли договор с Батышевым по причине недостойного поведения клиента. Батышеву отдали последний вариант твоего проекта и отправили восвояси. Все уплаченные им деньги пойдут как выплата неустойки.

— Ого, — присвистнула я. — И этот слизняк на такое пошел?

— А куда бы он делся? Румянцев его крепко за яйца взял. В общем, тюфяк этот предпочел избежать огласки и закрыть ситуацию с минимальными потерями. Так что можешь выдыхать. Не придется тебе терпеть это хамло.

— За это я готова проставиться…

— Ловлю на слове. А пока давай, возвращайся. Этот уродец уже убрался. Охрана подтвердила.

— Ладно, скоро буду.

Отключившись, довольно улыбнулась. С плеч реально будто свинцовый груз сняли. Пусть теперь другим Батышев нервы треплет.

А я смогу работать с нормальными клиентами.

Посидев еще минут десять, я расплатилась по счету и направилась к выходу.

На крыльце остановилась, услышав пиликанье телефона. И даже не сразу сообразила, что происходит неладное.

За миг до катастрофы все звуки будто выключились, образовав вокруг меня своеобразный вакуум.

А потом всё вернулось и мгновенно оглушило меня.

Я словно попала из реальности в какой-то жуткий фильм, только не знала в нем ни своей роли, ни слов, ни прописанных в сценарии действий.

У меня даже времени не было на то, чтобы всё осознать. Мозг не успел среагировать и распознать опасность.

— Машка! Беги в сторону! — громкий крик заставил меня вздрогнуть и посмотреть направо. — Уходи оттуда!

Справа ко мне несся Харламов и совершенно дико орал. Словно видел что-то, чего не видела я.

Инстинктивно повернув голову в другую сторону, с ужасом заметила отчаянно виляющий по дороге джип.

У которого то ли тормоза отказали, то ли водитель уснул за рулем… И сейчас эта махина на скорости неслась на тротуар, где стояли люди…

Неслась в мою сторону. И, судя по траектории, я могла попасть под удар.

— Беги, Маша…

Всё произошло слишком быстро. Я успела отскочить на пару шагов, а потом меня словно волной отшвырнуло и сильно приложило о землю.

Шум, грохот, крики, звон разбитого стекла….

И темнота, которая затянула меня в свою бездонную пропасть…