Глава 19

Я научилась отгонять мысли о Владе. Прекрасно помнила те дни, когда тело сходило с ума, отказывалось слушаться меня, боль крошила кости, сердце – самая сильная мышца, превращалось в ветхую тряпочку, неспособную сокращаться и качать кровь, сбоило. Я боялась повторения. Поэтому научилась просто говорить себе: "СТОП!" – и сразу же начинала думать о чём-то другом. О чём угодно, но чаще о насущных проблемах. А их всегда было много: дочь, больницы, обследования, работа.

Поэтому сейчас, глядя на лежащую далеко внизу землю, плывущие над ней облака, удивлялась тому, что могу спокойно думать о Владе и нашей с ним встрече.

Он изменился. Повзрослел, возмужал. Стал настоящим хищником, умным, сильным. Восемь лет – немаленький срок. Я пропустила все метаморфозы, которые происходили с ним за эти годы. Я не видела, как из весёлого, местами бесшабашного парня вырос серьёзный, крепко стоящий на ногах мужчина.

Я никогда не искала странички Влада в соцсетях, не рассматривала фотографии, не интересовалась его успехами. Для меня он умер. Я методично убивала его в себе. Новой страной, новой жизнью, новыми интересами и увлечениями. И тем неожиданнее для меня стала реакция моего тела на него. Оно словно обнулило прожитые годы, все установки, которые я себе внушала, всё, что я думала, и решило вернуться к заводским настройкам – принадлежности этому мужчине. Один поцелуй, и оно отозвалось, как никогда не отзывалось на поцелуи Магнуса. Напомнило, как страшно я скучала по Владу. По его голосу, прикосновениям. По тому, как наполняется тело тяжестью и огнём жгучего желания.

Обречённо покачала головой. Наверное, мне никогда не избавиться от чувств к нему. Восемь лет не хватило, а сколько для этого требуется? Двадцать? Тридцать? Подождать, когда вырастет Анита?

Самолёт ощутимо болтало и трясло – мы заходили на посадку, прорывались сквозь плотные облака, накрывшие Псков. А меня болтало от одних чувств к другим. От радости скорой встречи с родными до горечи от воспоминаний о предательстве. От чувства унижения изменой Магнуса до лёгкости освобождения от наших отношений. От страха заново менять свою жизнь до решительности и понимания, что я всё смогу, я сильная.

После посадки включила телефон, и сразу прилетели уведомления о пропущенных звонках от Магнуса. Я тяжело вздохнула и на секунду прикрыла глаза. Сколько бы я от него ни бегала, поговорить нам всё-таки придётся. Сейчас, когда я немного остыла, успокоилась и приняла окончательное решение, я могла посмотреть в его глаза без жгучего желания плюнуть в них. Ничего, кроме презрения, не осталось.

“Я улетела навестить родителей. Вернусь через неделю. Поговорим дома”

Рубленые фразы, но по-другому не получалась.

“Приземлились”

Исполнила обещание Владу написать, когда долечу.

“Мама, я уже в Пскове. Всё хорошо.”

Коротенькое, нетерпеливое смс, пока самолёт катился по рулёжке к зданию аэропорта.

“ Отец тебя встречает.”

Мгновенно прилетел ответ от мамы, и я невольно заулыбалась. Мой суетолог всё-таки не послушалась и отправила отца в аэропорт.

Выйдя на трап, на секунду зажмурилась и сделала глубокий вдох. Как сладко пах воздух дома. Молодой листвой, дождиком и детством.

С радостным визгом обняла встречающего меня отца.

– Не утерпел? – чмокнула в колючую щёку.

– Поговорить с тобой хотел, егоза. – деловито подхватил мой чемодан, и как бы не хмурился, не смог скрыть радости в глазах. – По отцовски.