Глава 22

«Госпожа Жарова, вам лучше вернуться как можно скорее».

Сообщение с номера Магды пришло поздно вечером, когда мы, набегавшись за день и наговорившись за ужином, уже собирались ложиться спать.

По обе стороны от автомобильной трассы глухой, чёрной стеной стоял лес. Ни луны, ни звёзд на небе. Их скрывали низкие тучи. Казалось, мгла и мрак поглотили весь мир.

В полной темноте фары автомобиля выхватывали только вьющуюся ленту разделительной полосы, да выскакивающие на нас столбы на обочине, указывающие километры до Питера.

Непроглядная тьма вокруг пульсировала, дышала, и я старалась не всматриваться в неё. Жутко. И только фары редких встречных машин время от времени освещали наш маленький мирок внутри салона.

– Варя, успокойся. – метнул на меня взгляд отец. – Сообщение, конечно, странное, но оно ещё не говорит о том, что что-то случилось с Анитой.

– Магда – воспитательница в её группе, пап. – я до ломоты в пальцах сжала ручки сумочки. – Если она прислала такое сообщение, значит, что-то с дочкой.

– Прислала и удалила. – непонятно в чём пытался убедить меня отец. – Может, она ошиблась номером.

– Она обратилась ко мне напрямую, по фамилии. Думаешь, в школе много Жаровых?

– И не ответила на твои звонки, ни разу не перезвонила. Если бы было что-то серьёзное, тебе бы уже сообщили.

Отец чуть сбавил скорость, до указанной на дорожном знаке, но стоило только миновать спящее село, втопил педаль газа в пол, и мы снова нырнули в черноту леса.

Вот это как раз пугало. На мои звонки Магда не ответила, а потом совсем отключила телефон. И секретарь в приёмной не взял трубку, и директор школы. Я пыталась списать это на позднее время, но без конца смотрела на экран телефона.

– Варь. – отец не отрывал напряжённый взгляд от ночной дороги. – Сейчас ты всё равно ничего сделать не можешь. Возьми себя в руки и перестань терзать телефон. Ночь. Никто тебе не напишет. До утра ничего не узнаешь. Потерпи.

Да где же их взять – терпение и спокойствие? Как усмирить тревогу, граничащую с паникой?

Я прикрыла глаза и попыталась расслабить напряжённые плечи.

– Правильно, вздремни немного. – одобрительно кивнул отец. – Ещё часа два до Питера. Мы успеваем.

Не опоздаем, я знала. Поменять билет на сегодняшний утренний рейс получилось без проблем и ещё оставалось восемь ночных часов, чтобы добраться из Пскова до Пулково.

Ещё днём ничего не предвещало беды. Мы с мамой ходили по магазинам в поисках новых штор и покрывала на кровать для Аниты. Воодушевлённая нашим с дочкой скорым переездом, мама решила сделать ремонт в моей комнате, поменять мебель и даже новые шторы купить.

– Немного осталось. – выдернул меня из задумчивости отец. – Давай кофе возьмём. В глазах рябит.

Мы свернули с дороги и припарковались возле светящегося кубика здания автозаправки. Кряхтя и тяжело вздыхая, отец вылез из машины.

Он как-то осунулся за эту ночь, постарел за часы бешеной гонки по ночной трассе.

– Может, тебе в туалет надо, Варь? Ты иди, я пока кофе куплю.

Я покачала головой. Нет. Всё, чего я хотела, – это поскорее оказаться в Пулково и сесть в самолёт.

Только сейчас заметила, что воздух вокруг стал светлее, посерел, лес на обочине уже не казался сплошной чёрной стеной, а стали прорисовываться силуэты ёлок и осин.

Кофе жутко горчил, дорога казалась бесконечной, а время неумолимо отсчитывало часы до отлёта. Но мы успели.

Обнимая меня у входа в зону посадки, отец ласково погладил меня по волосам.

– Держи нас с матерью в курсе. Позвони, как долетишь. Как что узнаешь, сразу сообщи, мы будем ждать. – напутствовал, крепко прижимая к себе, словно не хотел отпускать. – И прости меня, дочка.

– Я люблю тебя, пап.

– И мы с мамой тебя любим. Возвращайтесь скорее.

Уже в самолёте ещё раз проверила телефон. Сообщений больше не было. Звонить такую рань не имело смысла, до начала рабочего дня оставалось ещё много времени. Я отключила телефон, теперь до прилёта, откинулась затылком на подголовник кресла и закрыла глаза в слабой надежде вздремнуть.

Копенгаген встретил солнцем и тёплым ветром с запахом моря и молодой зелени. На первый звонок из салона приземлившегося самолёта мне никто не ответил.

В аэропорту, на стоянке такси, и в самой машине по дороге к школе, я набирала снова и снова. Магду, директора школы, приёмную, но в трубке были только гудки.

Наконец, услышала долгожданный голос Магды. Тихий и нерешительный.

– Госпожа Жарова?

– Я получила вчера сообщение. Что-то с Анитой случилось? – от волнения мой голос просел и звучал хрипло.

– С Анитой всё хорошо, но вам лучше приехать самой. – почти шептала в трубку Магда.

– Магда, дайте Аните трубку, я хочу услышать её.

– Она на занятиях, фру Барбара. – чуть слышно пробормотала полька и уже совсем другим, громким голосом чётко добавила. – Завтрак уже закончился, и дети сейчас в классах.

За заднем плане послышался ещё один женский голос, и Магда резко отключилась.

Что они скрывают от меня? Тревога зашла на очередной виток и набирала обороты. Сжимала сердце и заставляла туго сглатывать вязкую слюну. Я бесконечно облизывала пересохшие губы и нетерпеливо смотрела в окно машины, мысленно отмечая места и точки, которые мы уже миновали и сколько ещё нужно было проехать.

Когда за поворотом показались кованые ворота частной школы, я уже с трудом дышала от паники. Знакомая картинка ухоженного сада за резной оградой и башенок старинного особняка принесла небольшое облегчение. Добралась.

Багажа со мной не было, я оставила чемодан у родителей, чтобы не мешкать с его получением в аэропорту. Поблагодарив таксиста, выскочила из машины и решительно направилась к маленькой калитке сбоку от закрытых ворот. Приложила карточку электронного пропуска и…

Он не сработал.

Я подёргала ручку калитки. Не открылась. Снова приложила пропуск к электронному замку, ожидая услышать сигнал открытия, но замок был мёртв. Я поворачивала карточку одной стороной, потом другой, уже понимая, что не работает, но не желая смириться с этим. Я не могла попасть на территорию школы! Где-то там, за резной оградой, в старинном особняке моя дочь, и я не могу прорваться к ней! Я вцепилась в железные прутья и отчаянно затрясла их. Пустите немедленно!

Жала кнопку звонка до тех пор, пока из, спрятавшегося за кустами домика привратника, не появился охранник. Только после этого перестала терзать звонок и уставилась на идущего ко мне мужчину. Мысленно подгоняла его нерасторопного.

– Что угодно, фру…? – охранник вопросительно пригнул голову.

– Жарова. – нетерпеливо подстегнула его мыслительный процесс. – Электронный пропуск не сработал. Проверьте.

Я протянула ему сквозь прутья пластиковую карточку. Сначала с самым невозмутимым видом, он забрал из моих пальцев прямоугольник пропуска, потом отступил на шаг, и, недобро улыбнувшись, выдал то, чего я совершенно не ожидала услышать.

– Ваш пропуск аннулирован, фру Жарова. Распоряжение не пускать вас на территорию школы.