Глава 29

Из первых пяти минут Вариной несвязной речи вперемежку с рыданиями и икотой понял только одно – случился лютый пиздец!

– Варвара. – попытался достучаться до бьющейся в агонии Жар-птицы. – Тихо, тихо. Сделай глубокий вдох и постарайся говорить внятно. Варя! Дыши.

Кажется, у меня вся шерсть дыбом встала и покалывала электрическими зарядами. Что за жесть сейчас она мне рассказала? Сам пытался дышать ровно, угомонить разогнавшееся сердце.

Держи себя в руках, Влад! Кто-то должен сейчас оставаться вменяемым. Способным трезво мыслить.

– Давай ещё раз, Варь. Теперь чётко по делу. Без рыданий. – тихим голосом старался вытащить её из истерики. Заставить прислушиваться и понемногу успокаиваться. – Сделай три глубоких вдоха и выдоха.

Слушал, как пытается совладать с собой, с каким трудом ей это удаётся. Как перестаёт всхлипывать и, наконец, начинает ровно дышать в трубку.

– Вот так. Молодец.

Тяжёлый вздох в ответ.

– Давай по порядку, Варюш. Где ты сейчас находишься?

Чем больше и дальше слушал, что сейчас происходит с ней за тысячи километров от меня, тем больше темнело в глазах и громче ревела кровь в голове. И тем больше жалел, что не грохнул Гнуса и не прикопал в подмосковном лесочке. И самой невыносимой была мысль, что прямо сейчас, сию минуту, я ничего сделать не могу, кроме как попытаться успокоить её.

Проклятые переговоры затягивались. Китайцы, как специально, испытывали наше терпение. Моё особенно. Я кипел внутри, глядя на их невозмутимые лица. Они попросили двухчасовую паузу, чтобы изучить наши новые условия, и молча, гуськом вышли из переговорной. Карандаш в моих пальцах треснул и развалился пополам. Арс осуждающе покачал головой. Это недопустимо – демонстрировать свои эмоции в таком важном деле, как переговоры.

Ни прекрасный кофе, ни смешной анекдот в исполнении Юрия Павловича – нашего юриста, не улучшили моего настроения.

– Влад, проблемы? – мы возвращались в переговорную и Арс, как всегда строгий и собранный, чуть повернул голову ко мне, идущему рядом.

– Личные. – прошипел тихо, на грани слышимости.

– Личные после того, как закончим.

В этом весь он. Строгий, требовательный, целеустремлённый. Мой старший друг, наставник и главный пример. Мы много лет рядом, и я знаю, что за маской хладнокровного дельца скрывается хороший друг, любящий отец и отчаянно влюблённый в свою жену муж.

– Об этом не волнуйся. Я собран как никогда.

– Я в тебе не сомневаюсь. – друг легко хлопнул по плечу.

Когда вошли в просторную, светлую переговорную, китайская сторона уже сидела на своих местах.

Ну давайте, братья по разуму, не подведите. Пора заканчивать эти танцы с бубнами.

* * *

– Да блядь! – потянул узел галстука Арс, как только мы уселись в машину, чтобы ехать в отель. – Поздравляю с заключением сделки века, коллеги. Мы сделали это. Осталась только развлекательная программа от наших новых партнёров. Пережить её и можно домой.

– Без меня. – я устало прикрыл глаза. Голова раскалывалась, в глаза будто раскалённого песка насыпали. Сказывалась бессонные ночи и адское напряжение последних дней. – Я, пожалуй, откажусь. Арс, мой обещанный отпуск в силе? Мне нужно лететь к Варваре.

– В силе. – Арс пожевал губу. – Но не стоит обижать китайскую сторону, Влад. Они что-то подготовили для нас и оскорбятся, если кто-то пренебрежёт их приглашением.

Твою-то мать! Зажал пальцами переносицу и зарычал. Из меня сейчас рвался только мат. Отборный такой, подзаборный.

– Юрий Павлович, мне нужен ваш совет, как специалиста. – проигнорировав удивлённо смотрящего на меня Арса, перегнулся через спинку сиденья, к сидящему сзади юристу.

– Всегда к вашим услугам, Владислав Владимирович. – устало моргнул коллега. Мы все были вымотаны этими переговорами.

– Приехали. Давайте-ка ко мне в номер. – скомандовал Арс перед тем, как открылась дверца с его стороны. – Вижу проблема серьёзная.

За десять метров от автомобиля до входа в отель успел взмокнуть от удушающей, как духовом шкафу, жары. Вот кто бы что ни говорил про лучший отдых в жарких, южных странах, я предпочитал снег, мороз и лыжи с коньками. Это Арс у нас любитель на солнышке погреться тюленем, а я лучше на горнолыжный курорт. Интересно, а как Варя с Анитой любят проводить отпуска и каникулы? Булыжник вместо сердца больно стукнул в рёбра. Так, что невольно растёр грудь ладонью. Варька, Варька, наделала ты делов.

В номере, наконец, избавились от давящих, железных кольчук в виде галстуков и пиджаков. Вздохнулось полной грудью, немного отпустила тяжесть.

– Рассказывай. – Арс снял запонки, бросил их на столик и закатал рукава рубашки. – Варвара?

Догадаться другу было несложно. Только Жар-птица могла так выбить меня из вечного чувства довольства жизнью и из рабочего состояния. А мне пришлось приложить чудовищное усилие, чтобы быть собранным и довести переговоры до конца. Арс слишком хорошо знал меня. И мои траблы с Варварой.

Юрий Павлович плюхнулся в удобное кресло и сложил ладони домиком, демонстрируя внимание и заинтересованность. И чем больше я говорил, тем внимательнее и напряжённее становился его взгляд, глубже складка между бровей.

– Мне срочно нужно лететь в Данию. – закончил я рассказ.

– Тебе лучше не соваться пока в Данию. – задумчиво покачал головой юрист. – Бессмысленно. Да и опасно, можно ещё больше ухудшить ситуацию. Твоё присутствие вызовет только ещё больше подозрений. Если её телефон проверили в полиции? Что ты ей писал? Спрашивал про Аниту? Когда они вернутся в Россию? Про переезд спрашивал?

Чёрт! Кто же знал? Мы переглянулись с Арсом.

– Конечно, спрашивал. В каждом сообщении.

– Хреново. – хмурился Юрий Павлович. – Очень плохо. Девочка – гражданка Дании?

– Да. Но у Аниты есть и российское гражданство.

– А у матери?

– Тоже двойное.

– В консульство она обращалась?

– Да. – я поморщился, вспомнив рассказ Вари. – Сказали, что займутся, но сразу предупредили, что дело не быстрое.

Юрий Павлович растёр пальцем складку между бровей, разгоняя её.

– Я не силён в этом направлении, но пошукаю по своим. Найдём тебе лучших адвокатов, которые разбираются и работают в этой теме. Но одно могу сказать точно – процесс долгий. Может тянуться месяцами, даже годами. И не факт, что девочку получиться вернуть матери. Возможно, она даже не сможет найти её приёмную семью. Как правило, эта информация охраняется законом о тайне усыновления.

– Юр, это не просто девочка. – я положил ладонь на сжатое спазмом горло. – Это моя дочь.