Глава 15

Очередная поездка на такси и очередной день в полном раздрае. Ну как можно жить в ожидании, где же ты проснёшься завтра? Ярцев, конечно, обещал проверить эту Аделаиду, но что-то мне подсказывало, что ничего из этого хорошего не выйдет. Эта дамочка может творить такие чудеса! Маловероятно, что её возможно прищучить стандартным образом. Я всё больше и больше думала, что единственное, что нас вытащит из всей этой ерунды – это откровенный разговор. При мысли о том. Что придётся вытащить наружу всё то, что я так усердно прятала внутрь себя, мне становилось дурно. Развернуть душу перед человеком, который в эту душу плюнул… А плюнул ли? Тряхнув головой, я прогнала все мысли и снова окунулась в работу. Телефон звонил дважды, и оба раза мне это была подружка, которая умудрилась познакомиться с очередным парнем и даже расстаться… Один раз даже в голову влезла шальная мысль позвонить своему жениху… Всё же свадьба скоро. Или уже нет? Ответ на этот вопрос я тоже знать не хотела. Если мы отменим свадьбу, то это означает, что у меня нет причин бежать прочь от Ярцева, а я не уверена, что готова бежать ему навстречу. Но и замуж выходить я уже категорически не хотела. Что меня ждёт в этом браке? Бесконечная война и правила для жизни? Туда не ходи, с тем не общайся… А ещё лучше, брось работу, ведь твоя обязанность делать счастливым мужчину и вести домашнее хозяйство! Ну уж нет… Самое страшное, что для того чтобы понять весь предстоящий кошмар, мне достаточно было остаться наедине сама с собой. Толик не герой моего романа. Он лишь та сама тихая гавань, к которой я так стремилась. Только вот как же горько я ошиблась… Эта тихая гавань банально гасит мой внутренний огонь и не даёт наслаждаться жизнью, пытаясь упорядочить всё то, что прекрасно существует и без порядка… И на фига оно мне надо? Очередной вечер уже на пороге, а я поймала себя на мысли, что уже где-то глубоко внутри даже жду наступления ночи… Правда, если бы утро было предсказуемым, мне было бы легче в разы… Я медленно пришла в себя, ощутив на себе прохладный камень. Тело сдавило что-то твёрдое, и я вздрогнула, приоткрыв глаза. Сначала показалось, что вокруг всё темно, но едва глаза привыкли к освещению, я поняла, что сижу на скамейке… среди статуй. – Где это мы? – прошептала она. Передо мной возвышался древний каменный воин, а чуть дальше виднелись колонны с иероглифами. Тихое сопение раздалось рядом, и я повернулась, чтобы увидеть Ярцева, который сидел, облокотившись на каменную стену. Он был в костюме, но галстук уже сбился набок, а волосы взъерошены. – Ты опять спала на мне, – пробормотал он, не открывая глаз. – Угу… Слушай, у тебя есть идеи, где мы? – спросила я, начиная вспоминать, что ночью точно не была даже близко к музею. Даже в мыслях! – Где ты уснул? – Дома… После совещания даже сил не было переодеться. Ярцев приподнялся, осмотрелся и вдруг рассмеялся. – Похоже на музей. Смотри, какая красота, – он указал на греческие статуи вокруг. Я широко распахнула глаза, моментально узнав обстановку. – Музей древних искусств… Это не просто музей, – в горле мгновенно образовался ком, от вспыхнувших воспоминаний. Мужчина хмуро посмотрел на меня, и на лице отразилось узнавание. – Это тот самый музей? – осторожно спросил он, и я кивнула, всё ещё ошеломлённая. Мы сидели на той самой скамейке, где провели своё первое свидание ещё в студенческие годы. В тот день Ярцев купил билеты, чтобы показать новую выставку, хотя я больше интересовалась старинными артефактами, чем искусством. Но это был и первый раз, когда мы поцеловались. – Ты шутишь? – он недоверчиво оглядел скамейку. – Не может быть, что мы снова здесь. Прямо на том же месте? – Угу, – протянула я, словно всё происходящее было каким-то дурацким совпадением. Захотелось потрогать статую или Ярцева, чтобы убедиться, что я точно не сплю… – Знаешь, – выпалила я то, что первое пришло в голову, – если бы мне кто-то сказал тогда, что мы снова здесь окажемся, но уже после всего, что произошло, я бы точно не поверила. Ярцев нахмурился, его взгляд стал серьёзнее. – Да уж если бы тогда кто-то сказал мне, что я буду здесь сидеть с тобой после того, как ты поливаешь меня кофе и мы просыпаемся каждое утро в самых неожиданных местах, я бы послал его подальше, – он усмехнулся, но затем его взгляд потеплел. Вдруг стало грустно… Что с нами стало? Тогда всё было так просто. Наше первое свидание прошло неловко: мы с Ярцевым бесконечно спорили о том, что значит искусство, почему экспонаты древних культур должны выставляться в современных музеях, и зачем вообще людям нужно сохранять старые статуи. Спор, перешедший в поцелуй среди этих же статуй, был настолько неожиданным и страстным, что мы забыли обо всём вокруг. И теперь, спустя годы, это место снова напомнило о том, как всё начиналось. – Я помню, как ты сказала, что статуи выглядят так, словно они вот-вот начнут говорить, – сказал мужчина, слегка наклонившись. – И что тебе всё равно на эпохи, ты просто хочешь почувствовать атмосферу. – А ты сказал, что искусство – это эмоции, – улыбнулась я. – Хотя я думаю, ты просто хотел произвести впечатление. – Ну, это сработало, – подмигнул он. – Это было… давно, – добавила я, пытаясь сделать голос безразличным, насколько это возможно. – А будто бы вчера, – серьёзно ответил мужчина, не сводя с меня пристального взгляда. Снова повисло молчание, но уже не напряжённое, как раньше. Мы сидели на той же скамейке, где всё началось, и мне вдруг пришло в голову, что все эти случайные пробуждения возвращают нас к моментам, которые я так усердно пыталась забыть. Совпадение? Или всё же урок? – Похоже, это всё-таки судьба, – пробормотал Мужчина, вставая и протягивая мне руку. – Может быть, – пожала я плечами, взяв его руку и поднимаясь. – Но в следующий раз давай не будем просыпаться в музее. У меня уже второй раз ощущение, что эти статуи что-то замышляют. Мужчина тихо засмеялся и мягко потянул меня за собой. – Ладно, но если что, в следующий раз выбирай место сама. – Можно подумать, это возможно… Двинувшись к выходу, никто из нас даже не подозревал, что слишком рано для открытия, а вот пожилой охранник, который вытаращил на нас глаза, был крайне удивлён… Благо Ярцев смог договориться…