Глава 17

Возвращаюсь в кровать и ложусь на подушку Геры. Накрываюсь одеялом, но сон не идет. Я не выпускаю из рук телефон. Мы переписываемся, пока такси везет его в аэропорт.

«Счастливого пути! Люблю. Целую. Скучаю!»

«Взлет. Люблю. Целую» – приходит от Геры. А потом абонент не абонент, потому что в самолете телефоны отключают.

Уткнувшись носом в подушку, пахнущую им, засыпаю. Времени на поспать осталось совсем немного. Вскоре звонит беспощадный будильник. Приходится вставать и собираться на работу. С Герой мы пока вместе не живем, но я часто у него ночую. Поэтому после работы еду к родителям. В пустой квартире я просто завою от тоски!

Забегаю полить цветок, который я же и подарила, погонять пыль, ну и просто проверить. Дни тянутся в бесконечных переписках и звонках.

Накануне вечером я лежу на кровати в своей комнате. Мы болтаем с Герой по видео.

– Завтра прилетаю, – говорит он и я готова пищать от радости. – У меня получилось все закончить.

– Я рыдать была готова, когда ты сказал, что можешь задержаться, – я не могу скрыть широкой улыбки. – Ну как дожить до завтра?

– Лучик мой, – Гера смеется, – всего несколько часов. Ужасно соскучился. А еще хочу выспаться.

– Не получится, – я прищуриваюсь. – Я очень соскучилась, – говорю с намеком.

Виду Геры усталый, но довольный.

– А ты мне расскажешь, зачем ездил? – меня распирает любопытство.

– Обязательно! – обещает Гера. – Вот прилечу и расскажу.

И сколько я ни задаю вопросов, Гера не колется. Мы болтаем долго, но я вижу, что он уже сейчас вырубится. С трудом прощаемся. Но еще немного переписываемся.

«Спокойно ночи. Люблю и жду» – пишу я, но сообщение остается непрочитанным.

Уснул – решаю я. Да и мне спать пора. У меня на завтра грандиозные планы! Я даже с работы отпросилась. Поэтому рано утром еду в квартиру Геры, чтобы навести чистоту. Он прилетит поздно вечером, и как раз успею сделать все, что запланировала.

Квартира небольшая, студия, и уборки там немного. Я перестирываю вещи Геры, они успевают высохнуть жарким летним днем. Тщательно выглаживаю и складываю в шкаф. Постельное я тоже закинула в стирку, закончу уборку и застелю свежее.

Я бегаю по квартирке, наводя чистоту, когда в дверь раздается звонок. Только удивляюсь, кто это может быть, ведь Гера прилетит вечером. Я встречу его вся такая красивая, успею сервировать ужин. Романтика и зажженные свечи были в моих мечтах.

Звонок в дверь повторяется и я бегу открывать.

– Гера? – удивляюсь я, на секунду заминка, а потом я радостно улыбаюсь.

– Не ждала? – бросает он так зло, что моя улыбка гаснет. – Или ждала, но не меня?

Толкает дверь так сильно, что та едва не ударяет меня.

– Гера, ты чего? – лепечу я.

А он проходит в комнату и пристально осматривает ее. Его лицо каменеет, когда он видит кровать без постельного.

– Я уборку делаю, – пытаюсь оправдаться, хотя не понимаю, за что.

– Мне все равно, – произносит ледяным тоном, шагая к шкафу. Он даже не снял обувь. А еще я понимаю, что сумки у него в руках нет.

– Гера, что случилось? – отмерев, я бросаюсь к нему. Хватаю за руку.

А он меня стряхивает. Просто отшвыривает к стене. И прожигает таким взглядом, что у меня волоски на теле дыбом встают от страха. Да еще и кистью трясет так брезгливо. Словно мое прикосновение – гадкая тварь, коснувшаяся его руки.

Гера смотрит на меня так, что все слова застревают у меня в горле. В бирюзовых глазах больше нет любви и страсти. Там полыхает лютая ненависть. Просто адская. Твердые губы сжаты в жесткую тонкую линию.

Он подходит к шкафу и, достав спортивную сумку, начинает запихивать туда футболки.

– Гера… – я делаю шаг к нему. Я просто в шоке от происходящего. И, кажется, до конца не понимаю, что происходит.

Он поворачивается ко мне. Обжигает ненавидящим взглядом.

– Лучше не подходи, – звучит угрозой. Гера не просто зол, он в бешенстве.

Застываю на месте. А он запихивает вещи в сумку, срывая с вешалок и хватая с полок. Вещей у него немного. На себе Гера экономил. А вот на меня тратился, хоть я и просила этого не делать.

«Мне так нравится и хочется», – отметал мои возражения он.

– Гера, что ты делаешь? – задаю глупый вопрос.

– Ухожу, – он нервно, рывками застегивает сумку. – Хватит, Женя, наигрались. Поразвлекалась за мой счет ты достаточно. Не подходи, я могу не сдержаться.

– Гера, я не понимаю, – шепчу пересохшими губами. – Герочка, куда ты?

– Предателей не прощают, – бросает с ненавистью. Так стискивает челюсти, что зубы скрипят. – С квартирой делай что хочешь.

Гера уходит, оглушительно хлопнув дверью. Я стою буквально две секунды, а потом срываюсь с места. Дергаю ручку дрожащими руками. Наконец, удается ее открыть. Выскакиваю на площадку.

– Гера, постой! – кричу ему вслед. – Гера, не уходи! Я люблю тебя! Больше жизни люблю!

Шаги на лестнице стихают. И я замираю в надежде.

– Никогда не попадайся мне на глаза! – кричит Гера в ответ. – Никогда, слышишь?! Ненавижу тебя!

Шаги ускоряются. А я стою, не веря в то, что сейчас произошло. Такого просто не может быть! Это бред какой-то! Вбегаю в квартиру и мечусь в поисках телефона. Нахожу его и несколько раз роняю, так руки дрожат. Наконец, справившись с гаджетом, пытаюсь позвонить Гере. Но мои звонки не проходят. И сообщения тоже. Я везде заблокирована.

– Нет, Герочка, нет, – шепчу, а перед глазами все плывет от слез.

Дверь захлопывает сквозняк, и я подпрыгиваю в испуге. Оглядываюсь. И цепляюсь взглядом за шкаф. Стена отупения с грохотом рушится, и я оседаю на пол рядом с кроватью. Срываюсь в истерику. Я реву и реву, не замечая ничего. У меня истерика, которую я не в силах остановить.

Пока меня не обнимают сильные мужские руки и не прижимают к груди.

На несколько мгновений в сердце вспыхивает сумасшедшая надежда. Я сама льну к парню в поисках тепла и защиты. Но быстро понимаю, что руки не те. Не тот запах. Это не Гера…

Начинаю упираться, так и не открыв глаз. Пытаюсь оттолкнуть парня от себя, упираюсь ладонями ему в грудь, но ничего не получается. Я слишком слабая. Жалкая.

– Жень, тише, – Игорь пытается меня успокоить, гладит по спине. – Что случилось?

– Ге-ра… – выдыхаю хрипло. Голоса совсем нет. – Ушел…

– Как ушел? Куда? – удивляется Игорь. – Он же должен был вчера прилететь! Я специально ему не звонил. Знал, что будет не до меня. А у него и сейчас телефон выключен. Ну я и приехал.

– Как ты вошел? – спрашиваю, хлюпая носом.

Я хочу отстраниться от Игоря, но сил нет совсем. Так и остаюсь прижатой к его груди.

– Дверь была не заперта, Женя, – строго произносит Игорь. – Это хорошо, что вошел я! Нажал на ручку и дверь поддалась. А я ведь звонил и стучал, но ты не отозвалась, – ругается он. – Вхожу и вижу тебя на полу. А если бы это был не я? Женя, мало ли кто мог войти!

– Мне в-всё р-равно, – всхлипываю я. Слез уже нет, все выплакала. Веки опухли, и глаза открыть не получается. – Гера у… – делаю судорожный вдох, – ушел. Понимаешь? Гера ушел! Он меня бросил!

Я произношу это вслух и резко замолкаю. Реальность вновь обрушивается на меня бетонной плитой. Мне не приснилось! Гера ушел!

– Он бросил меня, – у меня внезапно берутся силы на новую истерику. – Бросил, Игорь!

Я молочу друга Германа кулачками по груди. А он не сопротивляется. Терпит.

– Женя, Гера тебя любит, – говорит Игорь, хватая меня за запястья. – Он тебя больше жизни любит. Не мог он тебя бросить!

Игорь ошарашен не меньше меня. Он тоже не верит в случившееся.

– Он ушел! – я дергаюсь, пытаясь освободить свои руки из захвата, но Игорь держит крепко.

И я сдуваюсь. Снова льются слезы. Я валюсь набок и рыдаю. Игорь, отпустив мои руки, встает. А я резко взмываю вверх. Это он перекладывает меня на кровать. Накрывает одеялом. Потом идет на кухню и приносит стакан воды. Заставляет выпить.

– Он не сказал, почему уходит? – Игорь сидит на полу у кровати и внимательно смотрит на меня.

– Предателей не прощают, – шепотом повторяю я слова Геры, которые полетели в меня острыми камнями.

– Да, Гера порой категоричен, – вздыхает Игорь. – Но что заставило его так сказать?

– Не знаю, – всхлипываю. – Я ничего не знаю! Я ждала его, уборку делала, ужин готовить собиралась. А он прилетел раньше. Пришел злой. Собрал вещи и ушел. А еще он меня оттолкнул.

Обида цветет в груди. Гера никто меня даже в шутку не толкал. Воспринимал мой любой синяк как собственную боль. Он относился ко мне так бережно!

– Да какая муха его укусила?! – возмущенно кричит Игорь. Он вскакивает на ноги и начинает метаться по комнате. – Совсем чокнулся?!

А я накрываюсь одеялом с головой и сжимаюсь в комочек. Мой мир рухнул. В нем больше нет красок. Все стало серым, каким-то пыльным. Во мне, мучительно корчась, умирала первая любовь. Не легкая влюбленность, а сильное, глубокое чувство, пустившее во мне корни до самых потаенных уголков души.

Я осыпалась пеплом вместе со своей любовью. Без Геры мне ничего не было нужно. Мне жизнь была не нужна.

– Я найду его и потребую объяснений! – Игорь настроен решительно. – Где твой телефон?

– Не знаю, – отвечаю равнодушно.

– Ключи где? – Игорь сдергивает одеяло и смотрит на меня.

– Там, – неопределенно машу рукой.

– Я найду его, – Игорь идет к полочке у двери, на которой обычно лежат ключи. – Герка ответственный. На работе должен был появиться. Найду и притащу для объяснений!

Это обещание Игоря придает мне сил. Он ведь лучший друг Геры. Должен знать, где его искать.

Я сажусь на кровати, обхватывая себя за колени. Смотрю на дверь, за которой только что скрылся Игорь. Щелкнул замок и я осталась в квартире одна. За окном ярко светит солнце, день давно уже начался. Меня потеряли на работе, но мне все равно. Я не могу пошевелиться. В тело будто свинец залили.

Я сижу так час за часом, ожидая, когда дверь откроется. Игорь приведет Геру и мы во всем разберемся. Это же нелепость! Недоразумение! Мы поговорим, и все станет как прежде.

То в подъезде, то за стенами шумят соседи. Бегают по потолку дети. Кто-то делает ремонт и громыхает чертов перфоратор. Но ни один из этих звуков не способен заставить меня сдвинуться с места.

Гипнотизирую дверь, вглядываюсь, словно могу видеть сквозь нее.

День сменяет вечер, комнату затапливает сумрак, а я жду. Я молюсь, чтобы у Игоря получилось найти Геру. Я боюсь, что с ним что-нибудь случилось.

– Герочка, любимый, только пусть все будет хорошо. Вернись, прошу тебя…

Повторяю раз за разом.

В комнате уже почти темно, когда в двери щелкает замок. Я слетаю с кровати, запутываясь в одеяле. Падаю, больно ударяясь коленями, но мне все равно. Я лечу к двери и застываю, налетев на стену. Игорь один. Осознание страшного давит в своей холодной когтистой руке остатки моего сердца.

– Я перевернул весь город, – устало говорит Игорь. Входит, закрывает дверь. – Жень, его нигде нет. Прости.

У меня слабеют колени. Я лишаюсь последней надежды. Обессилев, падаю на пол. Во мне окончательно что-то умирает. Без Геры я уже не я, а только оболочка. Пустая и безжизненная. Он забрал с собой мою душу, мою жизнь.