Эпилог

Три месяца спустя

– Что там? – первым не выдерживает Роберт.

– Сейчас, минутку, мои дорогие. Я должна убедиться, – улыбается нам Елена Васильевна. И смотрит настолько внимательно, что у меня закрадываются нехорошие подозрения.

– Что-то не так? – в ужасе замираю я. А Роберт тихонечко сжимает мои пальцы. Поддерживает, просит дать время моей крестной разобраться.

Да, крестной!

Потеряв одну маму, я обрела двух. История, конечно, достойная Болливуда. Но мой отец был человеком непредсказуемым. Когда он разводился с Милой, поставил условие. Один ребенок останется с ним, а другая мелочь – с ней.

Так и сказал! И моя Милочка решила, что он хочет забрать пятилетнего Мирона и особо не возражала. Я только недавно родилась. Отец уходил к Юле, Мила обижалась. Но согласилась, при условии, что будет видеться с ребенком в любое время. На том и порешили. Но отец то ли переиграл, то ли решил ударить побольнее, или это бездетная Юля упросила его, но факт остается фактом. Рома забрал меня, оставив мою родную мать в страшном горе.

Потом ситуация выправилась. Я росла, дружила с Милочкой и все удивлялась, какая у нас добрая и дружная семья. Как папины жены любят его и нас, детей.

А оказалось, это я была тем связующим звеном. Может, именно этого и добивался папа? Хотел привязать к себе свою Милу.

– Елена Васильевна, не томите, – не выдерживает Роберт. – Мы беременны? – спрашивает в своей прямой и грубоватой манере. Трет голову, словно шрам нащупывает, давит Елену напряженным взглядом.

– Да, беременны, – улыбается она. – Вот пытаюсь срок определить и чувствую себя стажеркой.

– Что-то идет не по плану? Вы сразу скажите, – выдыхает Роберт, мгновенно насупившись.

– По плану. По очень хорошему плану, – смеется Елена. Интригует, как может. Диктует какие-то цифры медсестре и, наконец, провозглашает. – У вас двойня, ребята.

– Двойня? – переспрашиваю, не веря своим ушам. – Точно двойня?

– Ну конечно. Я слышу два сердечка, – радостно уверяет меня крестная. – Все, бегите. А то на церемонию опоздаете, – отпускает она нас. – В понедельник надо будет сдать анализы. Проверить ХГЧ, железо и белок. Подстраховаться. Но я точно уверена в результате. Поздравляю! – целует меня. – А теперь бегом переодеваться. А то будешь обмениваться клятвами в мятом сарафане, – гладит меня по спине.

– Зато прическа и мэйкап на месте, – фыркает довольно Роберт.

– Это все ты, – смаргиваю слезы. – Сейчас я расплачусь, и все растечется.

– Пойдешь ненакрашенной, – довольно решает мой муж. – Я тебя без всякого грима люблю.

– Я тебя тоже, – шепчу, выходя из кабинета. – Бежим до машины, – предлагаю порывисто. – Не успеваем же!

– Нет, – мотает головой Роберт. – С фига ли, любовь моя? Мы беременны. А значит, идем шагом. Тихо и спокойно. Гости подождут. Поверь.

– Надо было в понедельник заехать, – бурчу я, степенно вышагивая по аллейке.

– После того, как тест показал две полоски? – изумленно смотрит на меня муж. – Даже не надейся. Мне нужно было знать точно. А то бы наклюкалась на свадьбе… – подначивает меня. И тут же целует куда-то в шею, в ключицу, в губы. Благо рядом никого нет.

– Роберт, – шиплю на мужа. – Увидят…

– И скажут, что доктор Щербетова целовалась на улице. Ай-ай-ай, какой позор! – обнимает меня, кладет руку на затылок. И целует так сладко, что у меня подгибаются пальчики на ногах.

– Роберт, – только и могу выдохнуть.

– Имею право, – самодовольно заявляет муж. Демонстративно разглядывает кольцо на пальце. Как мальчишка, честное слово.

Мы поженились тем же утром, как и планировали. Сразу после того, как полиция арестовала Дарью и ее сообщника. Остальную часть банды взяли к вечеру следующего дня. Дело почти завершено. И многим за серийные убийства грозит пожизненное. Лишь только для Головина и Дарьи приговор был приведен в исполнение почти сразу после ареста.

– Заказ закрыт, – тихо сообщил Гусар Роберту. – Обоих в камерах кончили.

– Вы уверены?

– Да, абсолютно, – подтвердил солидный Филипп Иванович, и больше мы к этому вопросу не возвращались. Я не спрашиваю, а Роберт не считает нужным поделиться.

– Ты вся дрожишь, – обнимает меня за талию муж. Впечатывает в накачанную в меру мускулистую грудь.

– Я нервничаю. Мы опаздываем, – напоминаю в который раз. – Гости, наверное, уже собираются, – смотрю на смарт-часы.

– Ничего, без нас не начнут, – открывает для меня дверцу Роберт. Усаживает как принцессу королевской крови. И едет. Как же медленно он едет в правом ряду.

– Роберт, давай побыстрее, пожалуйста, – прошу, листая сообщения в телефоне.

Только ленивый не спросил, где мы и когда будем? Сарычев пугает чайками, которые налетят и сожрут всю еду с банкетного стола. Милочка беспокоится о платье, а Стелла озабочена планом рассадки.

– Твоя сестра пишет, что хочет сидеть за одним столом с Плеховыми. Просит их с Костей пересадить за первый стол, или Леночку с Олегом отправить к ним за третий, – читаю вслух сообщение от Стеллы. – Но мне кажется, поздно что-то менять. Ничего не получится, – вздыхаю тяжело.

– Да мы и не собираемся, – мотает головой Роберт и, наконец, перестраивается в левый ряд. Не гонит, как обычно. – Напиши ей, что за первым столом сидят члены твоей семьи, за вторым – наши друзья, а за третьи – моя родня, – добавляет он нарочито серьезно, а по лицу расползается самодовольная улыбка. – У Исаевых места рядом с папой, – припечатывает резко. – Лучше позвони Мирону, пусть откроет ворота, – велит он, считая тему рассадки закрытой.

Пишу брату и улыбаюсь ехидно. Исаевы и Агурские в первый раз приняли меня настороженно. Не захотели помочь Роберту найти меня. Да и кто я для них была? Дочка уголовника. А смотри, как все перевернулось в один момент. Теперь на моей свадьбе гуляют губернатор Агдальской области и один районный прокурор.

Ворота распахиваются прямо перед нашим бампером, Крузак медленно и осторожно въезжает на парковку. От шатров и сцены к нам уже спешат организаторы.

– Задержка уже на сорок минут, – демонстративно показывает на часы миловидная рыжуля с переговорным устройством на поясе.

– Нет, у нас задержка побольше, – фыркает Роберт и тут же получает локтем под ребра.

– Молчи. Прошу тебя. Потом всем объявим, – шепчу заговорщицки.

– Да, конечно, – тут же соглашается Роберт.

– Ну не фига вы опаздываете! – кричит Сарычев, обнимая пузатенькую Лару. – Что вы можете сказать в свое оправдание?

– Кажется, хороший момент, – выдыхает Роберт и, перекрикивая оркестр, провозглашает.

– У нас будет двойня!

Конец.