Глава 12

Полина. Четыре дня в этом большом доме среди сосен, с высокими белыми колоннами и тяжёлыми шторами на окнах, которые почти не пропускают свет. Четыре дня в заточении. Четыре дня без воздуха. Четыре дня без жизни. Чуть отодвигаю тюль, провожу пальцами по холодному стеклу и снова смотрю во двор. Туда-сюда ходит охранник с оружием в руках. Чуть в стороне — ещё один. Кто все эти люди? От кого нас защищают? Меня тревожит это… Я не понимаю, зачем. Кому здесь угрожает настолько большая опасность? Неужели если Костя явится, то они и в самом деле намерены применить оружие? Но если нет, тогда зачем? Я не должна была соглашаться на это. Да, это показалось мне хорошей идеей тогда, когда другого выхода не было. Сейчас же мне кажется, что мы снова в ловушке. И хотя Олег прекрасно относится и ко мне и к Веронике, мне всё равно тяжело на душе от дурного предчувствия. — Мама! Я вздрагиваю. Тоненькие пальчики тянут меня за штанину. Вероника стоит рядом, заглядывает мне в глаза. — Что, мой котёнок? — Мам, я хочу гулять. Я присаживаюсь, беру её за ручки. — Я тоже, Никуль. — Может, сходим? — Давай я попробую что-нибудь с этим сделать. Она кивает, целует меня в щёку и убегает к своему альбому и карандашам. Я смотрю ей вслед и ощущаю тяжесть в груди. Как объяснить ей, что мы здесь не отдыхаем? Что не можем выйти просто так, без особой нужды? Хотя кто нас здесь найдёт? Барсову снова придётся перетрясти всю планету, чтобы добраться до меня и Вероники. Хотя теперь наверняка он станет искать с ещё большим остервенением, ведь он знает о дочери. Хочу домой… Хочу в деревню, на свежий воздух. К Николаю и Антонине. Я провожу ладонями по лицу, глубоко дышу и иду по коридору. Я должна попытаться. В конце концов, нельзя просто запереть ребёнка в доме, верно? Стучусь в кабинет Олега. — Да, — раздаётся коротко. Вхожу. Олег поднимает голову, снимает очки и жестом приглашает меня сесть напротив. Опускаюсь в кресло под пристальным вниманием светло-голубых глаз. В них такой холодок, что по моей коже расползаются неприятные мурашки. — Олег, мы долго пробудем здесь? Олег склоняет голову к плечу. — Столько, сколько нужно. — Нужно для чего? — Чтобы подготовить всё для вашей дальнейшей жизни. Паспорта, свидетельства, убедительная легенда. Ты ведь знаешь, это дело не быстрое. А здесь вы в безопасности. Мои пальцы конвульсивно сжимаются на коленях. — Я не чувствую себя здесь в безопасности, Олег. Я чувствую себя заложницей. Он тихо смеётся. — Какая драма, Полина. Что ты такое себе придумала? Я хмурюсь от его насмешливого тона. — Мы не можем покинуть дом. Это ненормально. — Это всё ради вас, — пожимает плечами Олег. — Веронике нужно гулять. Она маленькая, ей тяжело сидеть взаперти. Он долго на меня смотрит. И я вижу, как в его глазах мелькает раздражение, но он быстро прячет его за маской доброжелательности. Тонкие губы растягивает улыбка. — Хорошо, Полина. Знаешь, я одобрю твою просьбу. — Он разводит руками, будто делает мне огромное одолжение. — Вы можете прогуляться. Но я пойду с вами. Идёт? Во мне всё сжимается, протестуя, однако лучше так, чем никак. — Идёт. — Замечательно. Проведём вечер в лесу. Возьмём еды, устроим пикник. Я не хочу никакого пикника. Я не хочу его компании. Но особого выбора нет. — Хорошо, — медленно киваю. Встаю и иду к выходу из кабинета, чувствуя, как между лопаток шурупом вкручивается тяжёлый взгляд. — Полина! Останавливаюсь. — Только не забудь, что я снова пошёл тебе навстречу. Быстро вылетаю, захлопывая дверь.