Глава 10

Полина. Ночь. Я осторожно натягиваю кофту на сонную Нику, застёгиваю молнию, поправляю капюшон. Вкладываю в её маленькие пальчики любимого медвежонка — он уже потёртый, но Ника никогда с ним не расстаётся. — Мама, я хочу спать… — хнычет она и тянет ко мне ручки. — Поспишь в дороге, солнышко. — Мой голос хриплый, я сама еле держусь на ногах от усталости. Ника сонно моргает. — А где бабушка и дедушка? Грудь сдавливает боль. Но я отметаю её, как что-то ненужное. Мне грустно, да. Ужасно грустно. Но… Так надо. Нам придётся чем-то жертвовать ради собственной безопасности. — Они приедут потом, милая. Мне приходится отвести взгляд, чтобы она не увидела слёзы, которые подступают к глазам. Помогаю Нике надеть на плечики рюкзак с игрушками, хватаю сумку с вещами. Мы выходим из дома. На пару долгих мгновений я задерживаюсь на крыльце, бросаю тоскливый взгляд на дом Николая и Антонины. Простите. Я не могу втягивать вас в это. Возможно, когда всё снова уляжется, мы ещё встретимся. Сжимаю пальцы на ремне сумки и отворачиваюсь. Не давая себе шанса передумать, быстрым шагом иду к поджидающей машине. Олег стоит у открытого багажника. Когда мы подходим, он без лишних слов помогает усадить Нику в детское кресло, пристёгивает её. Затем забирает у меня сумку и закидывает в багажник. Я сажусь рядом с дочкой на заднее. Олег молча садится за руль и заводит машину. Дорога — тёмная, бесконечная лента. Мы едем долго. От мерного покачивая на кочках меня клонит в сон. Я устала. Глаза сами собой закрываются, и, не успев даже подумать о том, что нужно держать себя в тонусе, я проваливаюсь в сон. А когда просыпаюсь, в машине уже светло. За окном мелькают незнакомые поля, леса. Мир погружён в бледно-розовый туман утреннего света. Протираю глаза, приглаживаю пальцами волосы. — Сколько мы едем? Олег спокойно ведёт машину, не отрывая взгляда от дороги. — Четыре часа. — Далеко… Олег кивает. — Ты же хочешь спрятаться от Барсова? Вот я и прячу. — В голосе звучит уверенность. — Не переживай, мы уже близко. Буквально пятнадцать минут. Я молчу. Сердце тяжело сжимается. Смотрю в окно на то, как солнце медленно поднимается над горизонтом, разливаясь золотым светом по верхушкам деревьев. Потом, не поворачивая головы, спрашиваю: — Костя твой друг. Почему ты действуешь против него? — То, что Костя мой друг, ещё не означает, что он всегда прав. — Олег бросает на меня короткий взгляд через плечо. — В случае с тобой он не прав. Так делать нельзя. Однако в открытую я против него пойти не смогу. Барсов меня раздавит. Я молчу. Глаза Ники смежены, она крепко спит. Её носик-пуговка чуть морщится во сне. — Спасибо… — говорю я негромко. Олег поднимает бровь, пересекаясь со мной взглядом в зеркале заднего вида. — За что? — За то, что помогаешь. И за прошлый раз. Ты открыл мне глаза на моего мужа. Олег горько усмехается. — Ты достойна лучшего. То, что ваш брак был фиктивным, ещё не означает, что можно так жестоко с тобой обходиться. В этот момент Олег поворачивает на грунтовую дорогу. Колёса тихо скользят по рыхлой земле. Мы въезжаем в густой сосновый лес. Дорога извивается, пока наконец перед нами не появляется дом. — Мы приехали. — Где мы? — В безопасном месте. Я смотрю на дом. Он огромный, с белыми колоннами, величественный, как из старых фильмов. Рассветные лучи окрашивают его в тёплый персиковый оттенок. Окна высокие, покатая крыша покрыта тёмной черепицей. А вокруг — странная тишина. Это не деревня, не коттеджный посёлок. Это одиноко стоящий среди леса дом. Я замечаю нескольких мужчин, прогуливающихся по периметру. — Кто это? — Спрашиваю настороженно. Олег паркуется, выключает зажигание. — Охрана. Для вашей безопасности. Я напрягаюсь. — Ладно… Выхожу из машины. Отстёгиваю Нику и беру её на руки. Она протирает глазки, зевает, сонно обнимает меня за шею, прижимаясь своим маленьким тельцем. Мы входим в дом первыми, Олег идёт следом. Он проходит внутрь, бросает мою сумку на пол. Его губы кривятся в едва заметной усмешке. — Добро пожаловать домой, девочки. Я оборачиваюсь. Входная дверь плотно закрывается. Щелкает замок.