Глава 22

Немая сцена повисает надолго. Я такие только в кино видела. Выглядит, как постановка, но это, чёрт возьми, моя жизнь. «Невеста» Марата сверлит меня взглядом, кажется, точно определяя, чем я занималась накануне с её «женихом». – Марат, я что-то не понимаю, – уже громче говорит его отец. – Пап, я сейчас разберусь, – Марат быстрым шагом подходит к Кристине, хватает её за локоть и разворачивается к двери. – Нет-нет, – твердит та. – Я никуда не пойду. Я приехала отдыхать, как твоя невеста. Ты же сам меня сюда позвал. Поздравить отца. Я, кстати, не с пустыми руками, Константин Александрович, – обращается к Дивову старшему. – У меня для вас подарок. С днём рождения. Тот сдержанно благодарит. – Спасибо. Знаете, как меня зовут, – качает он головой. – А вы, девушка, кто? – Кристина, невеста вашего сына. – А это тогда кто? – кивает на меня. – Без понятия. Фиктивная какая-то. – И ребёнок, значит, фиктивный? – смотрит Дивов старший на меня, а я не могу ему врать. Поэтому просто мотаю головой, потому что сказать нечего. Мне больно. – Я никуда не пойду, – Кристина вырывается у желающего её увести Марата. – Ты сказал тебе нужна помощь, вот я приехала помочь. – Помощь, Марат? – усмехается Дмитрий, сидящий за столом чуть поодаль от всех. – А с чем помощь? Но Дивов на него не реагирует. Марат взбешён. Я вижу, как он напряжён, как он сдерживается. Если б перед ним не стояла девушка, он бы себя по-другому вёл. Схватил бы за шкирку, встряхнул хорошенько и выволок из комнаты. – Ты что-то путаешь, – отвечает он Кристине. – Вот моя невеста Юля, а с тобой, Кристина, мы никогда в ЗАГС не собирались. – А с ней значит, собираешься? Какой ты быстрый. Неделю назад ещё со мной спал, в любви признавался, а теперь невесту себе нашёл. Всамделишную? – бросает взгляд на Дарину. – И с ребёнком. Как удачно, Дивов. Оля с Дмитрием хихикают. А я чувствую, как области сердца колет, и сделать вдох сложно от её слов. Неужели Дивов действительно ей в любви признавался? – Да! – тут внезапно вскакивает Даринка. – Всамделишную принцессу. Дядя Марат влюблён в маму, он её принц. Дарит ей цветы, подарки и шоколадки. А мне мороженое покупает. А тебя я первый раз вижу, баба Яга. Дарина, кажется, на всех готова сказочные маски развесить. Мне смешно, а Кристина в ярости. – Ах, я? Баба Яга? – ахает Кристина, указывая на себя пальцем. – Нет, ну вы слышали, что она сказала! – Так, я уже запутался в твоих невестах, Марат, – басит Дивов старший. – Но раз пошла такая песня, ты уж сделай отцу подарок на день рождения. Женись, а? Побыстрее. Сразу после праздников. – Конечно, – кивает Марат. – На Юле хоть сегодня вечером. – Сегодня ЗАГС не работает, – хмыкает Константин Александрович. – Но после праздников жду дату и приглашение на свадьбу. – Марат, что значит, на Юле? Она ж тебе никто, ты сам мне говорил, что… – Замолчи. Ты чего-то попутала, Кристина. Он всё-таки выводит её из гостиной, и я слышу, как Кристина возмущается, а потом её голос стихает. – Простите, мы к себе поднимемся, – извинившись, беру Дарину за руку и тоже иду к выходу из комнаты. – Да уж простим, – потягивается довольная Ольга. – Куда денемся. Едва мы с Дариной оказываемся в спальне, как дочка бросается ко мне и обнимает крепко своими маленькими ручками. Утыкается лбом в мой живот и бормочет без конца прости. – Ты зачем наврала про шоколадки, мороженое и цветы? Дарина… – Мамочка, прости, что я так сказала дедушке Дракону. Я просто… я просто загадала папу. Моя маленькая девочка отчаянно вздыхает, а потом вскидывает голову и смотрит на меня. – Но Деды Морозы не дарят пап. А я хотела, как лучше. К тому же мне так нравится дядя Марат. Он хороший. – Да уж, хороший, – бросаю в сердцах, а потом осекаюсь. Мне нельзя так при ребёнке о Дивове говорить. Для неё он действительно хороший, а то, что произошло когда-то и происходит сейчас между нами двумя, никак Дарины не касается. – Всё хорошо, милая. Я не сержусь, – успокаиваю свою малышку. Мы долго обнимаемся, а потом Дарина отвлекается на игру, а я сажусь на кровать и пытаюсь игнорировать мысли про ЗАГС. Отец Марата ведь это несерьёзно говорил? Сначала фиктивные отношения, потом фиктивная помолвка. Теперь что? Фиктивная свадьба? Потом фиктивный брак? Вы вообще-то переспали сегодня, – напоминает мне внутренний голос, но я отмахиваюсь. – Всё. Фиктивность сплыла туда же, откуда и приплыла! Это вообще ни при чём. Вскоре открывается дверь спальни, я вижу Марата, который стоит на пороге, слегка нервничая. – Юля, нас зовёт отец, сходим? – Нас? И меня тоже? – Да. Нас. – Во что ты меня втянул? – Пока что ни во что. Я кидаю взгляд на Дарину, играющую на полу с игрушками. Внутри меня возникает мгновенное желание остаться с ней, но понимаю, что не могу игнорировать Марата. Дочка смотрит на него с невинной улыбкой. – А ты на меня не сердишься? – спрашивает она. – Что ты, нет, – отмахивается Дивов. – Это ты хорошо придумала. – Видишь, мама, я хорошо придумала. Меня похвалить надо! – Вот пусть дядя Марат тебя и хвалит, а я не ругаюсь, не сержусь, этого достаточно, – отвечаю, стараясь сохранить спокойствие. Затем смотрю на Марата. – Хорошо, я сейчас приду. – Пошли вместе. – А где Кристина? – На пути домой… – губы Марата кривятся. – Прости за эту отвратительную сцену. Я не думал, что она приедет. Мы с ней расстались уже. – Когда? Неделю назад? – кидаю со смешком. Марат молчит, и я на мгновение прикрываю глаза. Боже… реально неделю назад. Что же изменилось? – Ты с ней сюда собирался, да? – Рассматривал такой вариант. – Всё понятно. А чего передумал? Мне ж заплатить пришлось, а она бы бесплатно поехала. Игры у вас такие, господин Дивов, странные, – тихо, так, чтобы Дарина лишнего не услышала, кидаю я. – Юля, не надо, прошу тебя. – Думаешь, со мной так можно? – Я тебя встретил снова, и всё изменилось. – Сделаю вид, что поверила. Ладно, пошли к твоему отцу. Мы выходим из комнаты и направляемся к кабинету хозяина дома. Я чувствую, как в воздухе витает напряжение, и сердце колотится в груди. – Врать твоему отцу я не смогу, – предупреждаю Марата. – Он хороший человек и заслуживает честности. – Говорить я буду, – кивает Марат. Когда мы входим, Дивов старший уже сидит за столом, его лицо выражает строгость и решимость. – Садитесь, – говорит он, указывая на стулья. Я сажусь рядом с Маратом и, пока он готовится к разговору, оглядываюсь вокруг. Мой взгляд падает на каминную полку, где замечаю картину, которую подарила Дарина. Детская мазня, яркие цвета, хаотичные линии, но в этом есть что-то трогательное. Улыбка невольно появляется на моих губах, несмотря на серьёзность происходящего. Отец Марата начинает говорить, и его голос становится ещё более строгим: – Если вы подадите заявление в ЗАГС, я готов рассмотреть возможность допустить Марата к управлению компанией. Это будет важным шагом для вашей семьи. Ты же этого хотел, сын? Марат кивает, а я отрицательно мотаю головой. Дивов своего добился. А я? А я… чувствую себя использованной во всех смыслах.