Глава 32-1

Извинения вышли… исчерпывающими.

– Если бы ты не призналась в том, что не Аннэт, я бы тоже не стал рассказывать о личине. Теперь же я не вижу смысла скрывать от тебя хоть что-то. И я прошу прощения за своё поведение. Я не должен был так поступать с тобой, – ко всему прочему и взгляд ещё состроил такой – честный-честный.

Вот… стервец! Знает на что надавить. Не видит он смысла, даёт понять, что мне, в отличие от Аннэт, он всецело доверяет. Это было… приятно? Бесспорно! Настолько, что пресловутые бабочки в животе ожили и вновь принялись кружить в танце. Э-э-э, нет, так дело не пойдёт. Надо бы прекращать этот балаган.

– Хэмлин, – спросила строго, пытаясь призвать к порядку собственные эмоции, – раз уж мы решили больше не играть в молчанку и говорить начистоту, то, может быть, ты посвятишь меня во всё, что происходит? Нарисуешь полную картину, так сказать? А то от этих недомолвок меня уже начинает мутить.

И ведь вправду, что ему стоит рассказать всё? Нет, из обрывочных фраз Аннэт я кое-что знала, но не всё же. Да ещё и вот эти меры предосторожности, кругом мужчины в форме и запрет на выезд из поместья… Я не глупая пигалица, чтобы рваться нарушать все предписания, вот только хотелось бы понимать, чего ждать.

Герцог скривился, но ответил:

– Давай отложим разговор до вечера? Мы спокойно сядем и всё обсудим, хорошо?

До вечера, так до вечера. Возражать я не стала и мы медленным шагом отправились к дому, чтобы застать занимательную картину – Ханс выносил из кареты бесчувственное тело Вистеры. Старушка в его мощных руках вовсе казалась ребёнком, такой же маленькой и беззащитной. А вот сам парень выглядел отнюдь не презентабельно – глубокая царапина на всё лицо и синяк под глазом, который уже успел приобрести распрекрасный синеватый оттенок.

Я первой сорвалась с места и оказалась возле охранника, чтобы спросить:

– Что произошло? Что с ней?

Ханс закатил глаза и выдал:

– Вот уж никогда не думал, госпожа Аннэт, что получу по лицу от хилой на вид старушки! – а потом поняв, что его слова ситуацию ничуть не прояснили, добавил: – Она не хотела уезжать, сказала, что умирать ей уже не страшно, а бросать детей это вообще уму непостижимо. Сопротивлялась. Украшение, – сморщился, – вон оставила. Пришлось её усыпить.

Я с трудом сдерживала смех, а вот Хэмлин не удержался – сдавленно хрюкнул, а потом расхохотался. Сама не поняла, как подхватила его смех, да и Ханс последовал нашему примеру.

– А я предупреждала, – когда веселье иссякло, я не преминула вставить, – что с ней просто не будет. Вистера крепкий орешек.

– Ещё какой, – улыбнулся охранник и тут же скривился. Знатно всё же она его приложила.

– Отнеси её в дом, – отдал распоряжение Хэмлин. – И попроси кого-нибудь из прислуги присмотреть за ней. Думаю, как только проснётся, она предпримет попытку сбежать.

Наверное, он прав. Сомневаюсь, что Вистера сдастся так просто.

– С детьми всё хорошо? – спросила, пока Ханс не ушёл. Парень широко улыбнулся.

– Всё хорошо, там директор появился, шуршит что-то, может и возьмётся за ум.

Я улыбнулась уголками губ и посмотрела на Хэмлина. Когда парень ушёл и мы вновь остались одни, герцог довольно проницательно заметил:

– Не доверяешь мистеру Коллинсу?

Усмехнулась безрадостно и призналась:

– Не верю. На моей памяти такие люди редко исправляются, а вот дети… Детей жалко.

– Анна, почему у тебя не было своих детей? – тему он переводил так резко, что меня уже стало заносить на виражах. Но ответить стоит, и сделать это по всей форме.

Равнодушно пожала плечами, пытаясь скрыть горечь:

– Не сложилось как-то. Сначала учёба, потом распределение после института, дети в школе, которым я посвящала всё свободное время, а дальше… Года пролетели быстро, я и оглянуться не успела.

Я умолчала о том, что любовь у меня была, кривобокая, но всё же. Да и ни к чему ему знать о том, о чём я сама уже и забыла. Меня всегда окружали дети, а то, что моим они не были – не так уж и важно. Я их всё равно любила. И этой любви мне всегда хватало. До последнего времени – точно…