Глава 5. Спасение

Мужские губы замерли у яремной ямки девушки. Парень выдохнул и выпрямился. Заглянув в глаза Маше, он мрачно спросил: — Что не так? Ты же тоже меня хочешь. Маша решила, что это звучит грубо, ее нежная душа обиделась, и девушка сердито выпалила: — Что не так?! Мы хрен знает где сейчас, вокруг дикая тайга, минус двадцать, и ты спрашиваешь: «Что не так?» Ты собрался раздеть меня прямо здесь? А что дальше? Прижмешь меня к дереву и трахнешь? Не о таком первом опыте я мечтала. Глаза Савы вспыхнули, и он, как под гипнозом, повторил: — Первый опыт?.. Маша мысленно отвесила себе затрещину. Ну зачем было делиться таким с бывшим?! — Я спать, — закончила разговор девушка и отвернулась от разгоряченного парня, но он не позволил, схватил за руку, развернул и потянул на себя. Девушка вновь оказалась в его объятиях, а он нерешительно спросил: — Почему у тебя никого не было? — Не твое дело, — пряча глаза, ответила смущенная Маша. — Не сложилось… С тобой это точно никак не связано. Девушка снова попыталась оттолкнуть парня, но он держал ее крепко и удивительно бережно при этом. — Посмотри на меня, Маш, — с мольбой в голосе попросил он. Девушка не смогла противиться его смиренной просьбе, никогда не могла. Подняла глаза и тут же утонула в его полном нежности взгляде. Он заговорил тихо и немного торопливо. Было понятно, что он нервничает. — Маша, прости, что накинулся на тебя. Просто я очень скучал… Очень-очень. Я собирался ехать на Валдай через неделю. Даже билет на самолет купил до Москвы. Хотел тебя найти и рассказать о себе. Могу торжественно тебе поклясться чем угодно, что рядом со мной тебе ничто не угрожает. Давай поговорим, когда все это закончится. Хорошо? Маша не могла поверить своим ушам. — Ты правда собирался меня искать? Уверенный кивок. В голове девушки роилась куча вопросов и признаний, но она не успела ничего сказать, потому что совсем рядом послышался треск, и к ним из-за деревьев вышел тощий, но все равно огромный медведь. Его шерсть местами свалялась, местами клочьями торчала в разные стороны. Из открытой зубастой пасти капала слюна, а глаза будто кровью налились. Маша, увидев явно голодного после зимней спячки зверя, жалобно пискнула. Сава встал лицом к медведю и заслонил собой девушку. — Иди в шалаш, — строго сказал он. — Нет! Ты что удумал? — жалобно зашептала она. — Ты один с ним не справишься. — Справлюсь, уходи! В этот момент медведь встал на задние лапы и начал надвигаться на людей. Саву окутал голубой искрящийся туман. Маша растерянно всматривалась в него, не забывая следить и за нападающим на них зверем. Неожиданно из тумана выскочил здоровый волк и кинулся на медведя. Он вцепился в его шею острыми белыми зубами и начал терзать, грозно порыкивая. Его соперник не стал безвольно ждать, когда волк выгрызет ему горло, и принялся лупить по серому лапами, не забывая про когти. Кровь лилась рекой из ран волка и медведя, забрызгивая девственно-чистый снег алыми пятнами. В какой-то момент от боли и потери крови волк ослабил хватку, и медведю удалось отшвырнуть от себя противника. Волк влетел в березу и свалился к ее корням, жалобно поскуливая, но тут же вскочил на лапы, ощерился и завыл — громко, призывно. Медведь фыркнул, мотнул головой и начал наступать на волка. Но неожиданно совсем близко послышался ответный вой, а потом еще один — немного в другой стороне. Медведь повел ухом, снова фыркнул и побежал прочь, тяжело дыша и оставляя за собой кровавую дорожку. Волк тут же обессиленно завалился на бок, тяжело дыша и прикрыв глаза. Маша, пока наблюдала за этой дикой сценой, зажала рот руками, чтобы случайно не привлечь внимание зубастых противников к себе жалобными всхлипами. Увидев, что волк обессилен, она растерялась, но зато у нее появилась возможность подумать. «Сава — волк… Бред! Но я сама, своими глазами видела, как он превратился в волка. Это объясняет его вспыльчивость. Видимо, тяжело подавить в себе животные инстинкты. Еще и глаза закрыть попросил в такой ситуации. Не хотел, чтобы я его видела его оборот. Но только благодаря этой… особенности он нас спас. Запах псины и скрежет когтей мне не померещились. Неужели этот секрет нельзя никому знать? Он меня теперь убьет?» Волк жалобно заскулил. Маша вздрогнула. Зверь мотнул острой мордой в направлении шалаша. Девушка решила, что не стоит злить опасного хищника, и скрылась в хлипком укрытии. «Но что же будет с ним? А вдруг он истечет кровью и умрет? Там так холодно…» — размышляла Маша, с завистью рассматривая, как сладко спит ее подруга. — Пусть он и волк, но он сказал, что мне рядом с ним ничего не угрожает! — решительно напомнила себе Маша и, взяв широкий вязаный шарф, который она аккуратно сложила на импровизированном ложе вместо подушки, снова вышла из шалаша. Волк все еще лежал на боку, но дышал уже не так тяжело. Девушка осторожно подошла к нему. Он поднял на нее светлые глаза, в них был вопрос: «Что ты тут делаешь?» Маша присела и укрыла шарфом волка. — Холодно. А ты много крови потерял, — пояснила девушка. Волк тявкнул, извернулся и лизнул руку Маши, лежащую на ее коленке. Девушка вздрогнула и прижала руки к груди. Волк снова тявкнул и настойчиво указал мордой на шалаш. Маша вздохнула и пошла спать. Она думала, что после всего пережитого проваляется всю ночь, прислушиваясь к звукам тайги, но организм решил, что ему нужен перерыв, и девушка оказалась в сладком плену крепкого сна. Утром она проснулась от рева моторов и окрика: — Эй, туристы, хватит дрыхнуть! Пора возвращаться к цивилизации! «Сава! Как он там? Его же не убили спасатели?» — была первая мысль девушки. Снежа, застонав, села. Катя недовольно завозилась рядом, Маша же поспешила выглянуть из шалаша и растерянно заморгала. На утоптанной площадке между шалашами не было ни капли крови. Ничто не напоминало о вчерашнем страшном бое медведя и оборотня. Рядом стоял снегоход, за рулем которого сидел улыбающийся мужчина, удивительно похожий на Саву: тот же нос, подбородок, глаза. «Так вот он какой — идеальный отец, — подумала Маша. И тут ее осенила еще одна очевидная мысль: — Светлана Сергеевна сбежала от такого красавца, потому что он тоже волк. Испугалась, но вернулась. Не справилась с волчьим темпераментом сына. А отец помог. И теперь они счастливы… Ну, если верить Саве». Размышляя о семейной жизни с оборотнем, Маша осторожно вылезла из шалаша и неуверенно поздоровалась: — Доброе утро! — Как спалось на свежем воздухе? Кошмары не беспокоили? — с усмешкой спросил мужчина. Он говорил легко, но в его взгляде пряталась настороженность. — Немного поначалу помучили, но выспалась я хорошо, — в тон спасателю ответила Маша. Тут из мужского шалаша вышел Сава. Он был очень бледный. Его отец тут же соскочил со снегохода и поспешно обнял сына, чтобы поддержать. Маша тоже кинулась к парню; назвать его бывшим даже мысленно у нее уже не получалось. — Как ты? — резко спросил отец Савы. — Все хорошо, — улыбнулся парень, но улыбка у него получилась вымученной, — Па, познакомься, это Маша. Маша, это мой отец — Алексей Петрович. Девушка улыбнулась мужчине и вежливо ответила: — Приятно познакомиться, Алексей Петрович. Отец Савы осмотрел ее с ног до головы пристальным взглядом и уточнил у сына: — Та самая Маша? Парень кивнул. — Та самая? — удивилась девушка. — Я рассказывал отцу о… нас, — тихо произнес Сава, еле шевеля бледными губами. — Его срочно нужно отвести в больницу, — тихо проговорила девушка. — На нас вчера напал медведь. Глаза Алексея Петровича сузились, превратившись в подозрительные щелочки. Он отвел сына к снегоходу, всунул ему в руки упаковку вяленого мяса и усадил на свое место. Пока Сава жевал мясо, его отец снял с пояса рацию и продиктовал неизвестному Шмелю их координаты. — Жду. Нужны еще пять снегоходов. Быстро. — У Снежи повреждена нога. Ей тоже нужен врач, — поспешила сообщить Маша. Алексей Петрович хохотнул в рацию: — Ильича подготовь, к нему пациентку везут. Красивую. Тут из шалаша практически одновременно вышли Катя и Игорь, обменялись сонными взглядами, и улыбки тут же расцвели на их помятых лицах. — Как спала? — подойдя ближе к рыжей красотке, спросил иркутянин. — Ужасно. Ощущение, словно на булыжниках, — пожаловалась Катя, воображая из себя принцессу. Тут она заметила новое лицо и обрадованно подскочила к Алексею Петровичу. — А вы нас спасать приехали? Тот усмехнулся, кивнул и подтвердил: — Да. Всех спасем. Помощь уже в пути. Доберемся до базы, там вас ждет уже горячая баня, нужно согреться и смыть с себя стресс, потом будет плотный обед. Ну и вы решите, что будете делать дальше. Можете остаться на ночь на базе, а завтра мы отвезем вас в Новосибирск в гостиницу или аэропорт. — А мы должны были остаться на горнолыжном курорте, — пожаловался качок, тоже высунувший нос из мужского шалаша. — Но Снежа повредила ногу, не знаю, как теперь быть. — Не волнуйтесь, наш чудо-врач подлечит вашу красавицу. Послезавтра точно полетит с горы, как орлица! — Мы на сноубордах предпочитаем, — сообщил зачем-то качок. Пока шла беседа о планах, Катька заметила болезненную бледность Савы и шепотом спросила у Машки: — Ты, случайно, не пыталась ночью прибить своего бывшего? Он неважно выглядит. — Нет, — отрезала Маша. Ей было не до иронии и шуток подруги. Она беспокоилась за Саву и будущее, их будущее… Послышался рев моторов, и через пять минут рядом с импровизированным лагерем остановились пять снегоходов. Горе-туристов эвакуировали на базу. Сава сидел с отцом, Машу Алексей Петрович лично посадил за седым, но весьма крепким на ощупь старичком. Ему можно было дать лет семьдесят. Маша думала, что они приедут на базу позже всех, но ее водитель оказался большим любителем скорости, он несся по тайге так, что стволы деревьев расплывались перед Машиными глазами. Она сначала попискивала, прижимаясь к широкой спине спасателя, но очень быстро от страха потеряла дар речи, зажмурилась и ехала молча, мысленно молясь о благополучном прибытии. База «Сибирский волк» располагалась среди тайги, на территории, огороженной невысоким деревянным заборчиком; имелось озеро, на его берегу стояли русская баня и десять одинаковых одноэтажных домиков с жилой мансардой. Большое вытянутое здание поодаль оказалось рестораном и администрацией. Напротив него расположилась одноэтажная гостиница. Каждый номер в ней имел свой выход прямо на центральную аллею к ресторану. — Красиво! — выдохнула Маша, осмотревшись. Старичок-водитель довольно улыбнулся, но ответить не успел: подъехали одновременно отставшие снегоходы. Сава выглядел уже пободрее. А восторженная Катька тут же кинулась к подруге и отвела ее немного в сторону от толпы. Вид у нее при этом был весьма заговорщицкий.