ГЛАВА 3. КОШЕЧКА И ОРУДИЕ МЕСТИ

22 декабря

Естественно, Воронов чхать хотел на мои угрозы. Ровно в одиннадцать ночи того же дня начался очередной концерт и свистопляски. А мой гениальный план мести провалился, так и не успев начаться.

Мало того, что из-за Нового года Стасу придётся ждать «приятный» сюрприз от соседушки не меньше двух недель, так эта вонючая рыба ещё и ст оит, как самолёт! А я (как оказалось) не готова тратить на бывшего ни копейки. При виде праздничных цен, меня банально жаба задушила.

Вселенная точно не на моей стороне…

Может к тому времени Воронов вообще съедет? Или ему надоест устраивать вечеринки день-через день?

Да-да, надежда умирает последней.

Но гештальт я всё же решаю закрыть.

Остановившись перед витриной молочного отдела, в красках представляю как я, интеллигентный дизайнер, в костюме СИЗ* измазываю дверную ручку бывшего вонючими консервами. А потом убегаю, злобно хохоча.

Месть была бы страшна! Блевал бы не только Стас, но и весь подъезд…

И я в том числе.

Меня вдруг охватывает приступ истеричного смеха. Пожилая продавщица странно на меня косится и спрашивает, не нужна ли мне вода. Я отказываюсь, благодарю за заботу и в качестве извинений покупаю у неё сыр с плесенью. На всякий случай.

Помнится мне, Стасик терпеть его не может. Даже запаха не выносит. Особенно, когда в микроволновке разогреваешь.

А я вот его обожаю! М-м-м, вкуснятина!

Закупившись продуктами на ближайшую неделю, возвращаюсь домой. Беру с собой ноутбук и остаток дня провожу за работой – идея посетить атмосферную кофейню и поработать там оказывается удачной. Меня, наконец, посещает вдохновение, и я не замечаю, как заканчиваю дизайн.

Сдав проект и получив восторженный отзыв от заказчика, довольная топаю домой.

Погода решает побаловать москвичей, одарив столицу крупными снежными хлопьями. Белоснежное покрывало незаметно становится толще, скрывая всю грязь и серость. Неспешный вальс снежинок завораживает, и я решаю прогуляться.

Настроение стремительно скачет вверх. Я сворачиваю на улочку, украшенную гирляндами, ёлкой и оленями в упряжке. Покупаю сбитень, чтобы согреться, и понимаю: даже стасовское «бум-бум» не в силах расстроить меня сегодня.

Вот только, как по закону подлости, вечером случается ЧП. И оно портит мне не только воодушевление от проделанной работы, но и праздничное настроение в принципе.

« Леночка, случился форс-мажор. Задерживаюсь. Новый год – пятьдесят на пятьдесят. Целую!», — в конце сердечко и смайлик самолёта.

Всё.

Даже не звонок. Просто. Сообщение.

Сухое и безразличное.

Видимо, это всё, чего я достойна по его мнению.

Так и не успев толком раздеться, сажусь на пуфик у двери и минут пять просто тупо пялюсь в экран.

Пятьдесят на пятьдесят…

Мои планы на уютный романтический вечер с Артёмом медленно и безжалостно трещат по швам, а затем слезают и рассыпаются в труху. Как старая краска на стенах подъезда.

Представляю, с каким безразличием он строчил мне это сообщение, чтобы быстрее продолжить свои «важные переговоры».

И тут – злой рок, не иначе – за стеной начинает громыхать музыка. А пятью минутами позже к ней присоединяются гул голосов, смех, крики и звон бокалов.

Похоже, мажорская тусовка Стаса решила меня добить.

Ярость, горькая и ядовитая, поднимается откуда-то из недр. Топит сознание, лишая его здравомыслия.

Весело Стасу, значит. Всё у него прекрасно, с каких сторон не посмотри: успешный айтишник, куча бабла и друзей, девушки, которых он меняет, как перчатки каждый день, судя по стонам после вечеринок. А я тут сижу одна с сообщением «пятьдесят на пятьдесят» и куском сыра дорблю в холодильнике.

Нет. Так не пойдёт.

Моя месть случится сегодня. Прямо сейчас. И начнётся она с Воронова, который не воспринимает меня и мои просьбы о тишине всерьёз. А закончится Артёмом, который слишком поздно поймёт, что в этой жизни важно правильно расставлять приоритеты.

Застегнув сапог, который всё это время уныло свисал с голени, подхожу к зеркалу. Поправляю волосы и одежду, натягиваю кривую ухмылку, и отправляюсь прямиком в участок.

Раз Воронов не понимает по-хорошему, будет по-плохому. Моему терпению пришёл конец.

Но, видимо, сегодня не мой день.

В участке приходится просидеть до самой полуночи. А после два часа расписывать участковому – уставшему и абсолютно безразличному к чужим проблемам – свою проблему и почему он должен принять меры и моё заявление прямо сейчас.

Я в красках рассказываю ему про систематические вечеринки, музыку, превышающую установленные законом децибелы и мешающую спать и работать. Говорю про полное отсутствие реакции на мои просьбы. Мужчина лет пятидесяти с уставшим взглядом и фиолетовыми кругами под глазами, кивает, как болванчик.

А под конец моей пламенной речи вздыхает:

— Девушка, я вам, правда, очень сочувствую. Но вы же понимаете, что это ни к чему не приведёт? Куча бумаг, разбирательства, — машет перед собой руками, жестикулируя, — вы будете бегать в участок, потом ваш сосед, а потом вас ещё и дергать будут по поводу и без.

— Но… — начинаю поспешно, понимая, что он не собирается принимать моё заявление.

Вот только участковый и слушать меня не желает.

— Де-вуш-ка, — произносит по слогам, словно несмышлёному ребёнку. — Послушайте меня ещё раз. Внимательно. Сейчас праздники. Новый год на носу. Я прекрасно понимаю ваше негодование, но и вы поймите. Подобные жалобы поступают к нам по сто раз на день. И если бы мы разбирались с этими пустяками, то не осталось бы времени на дела, которые действительно требуют нашего внимания.

— П-пустяками? — повторяю за ним растерянно.

— Попробуйте договориться с ним. Сами. По-хорошему. А то мы начнём разбирательство сегодня, куча бумаг, отчёты, наряд – людей дёргать. Поймите же, на первый раз это будет просто предупреждение. Максимум – штраф. И что вашему соседу с этого? Испортите ему настроение ещё больше, и всё. Завтра он опять возьмётся за своё. В таких ситуациях лучше самим договариваться. По-соседски как-то. Он же мужчина, — кривится снисходительно. — Улыбнитесь ему, принесите пирог в знак примирения. И всё наладится.

Задыхаясь от гнева, я подскакиваю с места. Упираюсь ладонями в стол, нависая над мужчиной.

— Знаете что?

— Девушка… — тянет уже слегка раздражённо.

— А не пойти бы вам всем, дяденька! — выпаливаю я и едва ли не выбегаю из участка.

С ощущением полнейшего фиаско, останавливаюсь на улице посреди тротуара.

Хочется топать ногами и рычать от злости – даже закон на его стороне! Вернее, на стороне праздного беззакония.

Чёртов Воронов! Чёртов Артём с его пятьдесят на пятьдесят!

Усилившаяся метель теперь кажется не чем-то волшебным, а последним гвоздём в крышке гробика моих надежд, настроения и планов, которым не суждено сбыться. Холод безжалостно пробирается под пальто, в котором было довольно тепло днём. И мне приходится унять свою злость и срочно вызывать такси.

Выходя из машины у своего проклятого подъезда, я мысленно уговариваю себя смириться с поражением:

Всё, Лена. Ты проиграла. Вселенная глуха к твоим мольбам о справедливости. Будешь слушать «бум-бум» до самого Старого Нового года. А потом, возможно, сойдёшь с ума и начнёшь выплясывать под его же музыку.

Но зайти в дом не успеваю. Подъездная дверь распахивается и из неё вываливается компания парней со знакомой рожей по центру.

Я даже подумать толком не успеваю. Действую на автомате: резко ныряю в тень и прижимаюсь к шершавой бетонной стене.

Парням весело.

А вот меня переполняет ядовитая злоба и желание кого-нибудь придушить.

Они громко смеются, что-то обсуждая, и один из друзей Стаса толкает его в бок. На лице пернатой сволочи появляется очень знакомая улыбка. Беззаботная, красивая. С ямочками.

Я раньше так её любила. Глаз не могла отвести от этих милых ямочек, преображающих его суровое лицо…

Поймав себя на том, что невольно засматриваюсь на Воронова, яростно лохмачу волосы руками.

Да что со мной? Нашла время!

Компашка меня не замечает, рассаживаясь в подъехавшее такси. И спустя пару минут машины одна за другой выезжают со двора.

Я выхожу из тени, бездумно глядя им вслед.

Похоже, я зря послала участкового. Он, по сути, мне одолжение сделал. Спас.

Ну, кто же знал, что Стас решит свалить куда-то именно сегодня?!

Вне себя, я делаю шаг в сторону подъезда и тут наступаю сапогом на что-то твёрдое. Останавливаюсь. Присаживаюсь на корточки и поднимаю… ключ от квартиры Воронова.

Как я поняла, что это ключ от его квартиры? Всё просто: на связке висит брелок в виде ворона, который я когда-то давно дарила Стасу на день всех Влюблённых.

Зачем он до сих пор хранит его?

Сердце делает кульбит и начинает стучать быстро-быстро. Но не от щемящего чувства, а от ледяной, хищной решимости.

Вселенная, наконец, меня услышала! Это мой шанс! Квартира пуста. А у меня в руках билет в чудесное путешествие под названием «да свершится месть».

О, да! Это чувство…

Я прикрываю глаза от наслаждения.

Как он там сказал? «До твоего первого нервного срыва, кошечка»?

Хмыкаю и, скалясь, подбрасываю ключи, как трофей.

Сейчас эта кошечка с удовольствие устроит тыгыдык по твоей квартире. И посмотрим у кого из нас теперь будет нервный срыв, сволочь пернатая!

*СИЗ – средство индивидуальной защиты.