ГЛАВА 10: СПЛОШНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ
30 декабря
Если и есть на свете занятие, способное вытеснить из головы мысли о бывшем монстре, живущем по соседству, то это генеральная уборка.
По крайней мере, я на это надеюсь…
А когда драить будет нечего, можно заняться новогодним декорированием и кулинарными подвигами.
Мой план до гениального прост: превратить квартиру в эталон уюта из Пинтерест, приготовить романтический ужин, и встретить Артёма. И не просто встретить, а сделать так, чтобы он забыл обо всём, что не касается нас двоих. Чтобы понял: ради неё… нет, ради нас стоит лететь через полстраны.
Наська, предательница, после моего гневного, но справедливого выговора по поводу её сводничества со Стасом, трусливо сослалась на аврал на работе:
Леночка, у меня горят дедлайны перед праздниками(( Очень хочу встретиться, но уже на выходных… Ты справишься! Ты у меня умничка! Я в тебя верю! Люблю, целую, обнимаю! Скоро увидимся :)
Такая отмазка прилетела мне в чат вчера днём.
Умничка, ага. Хороша умничка! Проснулась вчера в квартире бывшего парня и умудрилась довести его до белого каления одной, казалось бы, безобидной фразой.
И вообще! Коза она короче! Всё из-за неё!
До сих пор гадаю, почему Настя позвонила Стасу вместо того, чтобы вызвать такси и помочь мне дойти до дома самой. Молчит, как партизанка! А я ни черта не помню.
Ладно. Что у нас там по плану?
Уборка. Точно.
И в голове тоже. Чтобы никаких посторонних мыслей!
Весь день я ношусь по квартире, как маленький ураган.
Воткнув наушники в уши, включаю драйвовую музыку. Пылесошу, усердно мою полы и вытираю пыль с каждой полки.
Когда наступает очередь декора, вешаю гирлянды на штору. Тёплый, золотистый свет мгновенно создаёт в квартире атмосферу уюта. Ёлка, украшенная фиолетовыми бантами и серебряными шарами, добавляет новогоднего настроения. Чтобы закрепить эффект, я расставляю на столике позолоченные подсвечники, помещаю в них ароматические свечи и разжигаю их.
По комнате разносится запах мандаринов и корицы и на душе становится легче, а на губах появляется улыбка.
Впервые за последние два дня, но это уже лирика.
Кухня превращается в пространство для творца вольного искусства. Включив расслабляющие новогодние треки, я пытаюсь слиться с образом идеальной, спокойной, собранной женщины.
Которая не думает о кареглазом демоне с блёстками в волосах. Не думает о чае с лимоном и имбирём. И о том, что могла поступить неправильно.
Я сказала: не думает! Вообще.
Но предательские мысли напирают ещё больше. Как будто фраза «не думает» равносильна красной тряпке для быка. И я уже не могу сдержать их поток.
Стоит отправить начинённую индейку запекаться в духовку и начать раскатывать тесто на «Наполеон», который Артём просто обожает, меня снова накрывает.
Воспоминания ослепляют вспышками.
Наша первая встреча со Стасом в лифте. Осознание, что сосед-козёл – это Воронов. Шок. Попытки отомстить за прошлое. Наши невольные столкновения. Брелок с вороном. Наше фото в блокноте Стаса. Коробка с общими фотографиями. Поцелуй, которому не суждено было случиться. И…
« Я больше не собираюсь тратить на тебя своё время. Второй раз я такой ошибки не допущу».
Его слова всё ещё режут мне сердце холодным, острым и бездушным лезвием. Не дают покоя. В груди распирает, и я будто задыхаюсь. Злюсь.
Не на него. На себя.
Почему я всё ещё думаю о нём, если через несколько часов приедет мой парень?
Не прошлое, о котором я хотела бы забыть. Не избалованный мажор, который делает всё, чтобы моя жизнь превратилась в ад. А нормальный, взрослый, серьёзный парень.
Когда телефон, лежащий на кухонном столе, принимается пиликать, тесто успевает превратиться в ресторанный «шедевр». Тот самый, в котором от торта – одно название.
Я с досадой сминаю раскатное до дыр слоёное тесто обратно в «лепёшку». Мну её, вымещая скопившуюся злость и (почему-то) желание плакать.
Сколько ещё Стас будет портить мне жизнь?!
Хватит уже думать о нём! Хватить испытывать хоть какие-то эмоции по отношению к этому пернатому гаду!
Немного успокоившись, вытираю руки и беру телефон.
Тёма 15:38 Солнышко, уже приземлились. Скоро буду. Соскучился невероятно!!!
С блуждающей полуулыбкой пишу:
Жду – не дождусь, любимый! — и, добавив сердечко в конце, отправляю.
Дабы совсем избавиться от упаднического настроения, включаю романтичную песню и подпеваю любимому треку. Пританцовываю, пока режу оливье.
Тяжесть в груди отпускает на какое-то время.
Тёма 16:01 Сел в такси, еду. Надеюсь, ты что-нибудь приготовила. Я голодный, как волк!
Смайлик с подмигиванием намекает, что Артём говорит не только о гастрономическом голоде. От его сообщения внизу живота появляется приятное тепло, и я начинаю улыбаться телефону, как дурочка.
Тёма был в командировке несколько месяцев, и я тоже успела по нему сильно соскучиться…
Решаю загадочно промолчать и просто ставлю на его сообщения огонёк.
Воодушевившись ожиданием приятного вечера, порхаю по кухне, как фея. Вытаскиваю индейку. Отправляю коржи выпекаться. Дорезаю оливье и принимаюсь за крем к «Наполеону».
За готовкой время летит незаметно. Поэтому, когда телефон снова пиликает уведомлением о новом сообщении, на часы даже не смотрю.
Тёма 18:08: Тут пробка. Как всегда… Немного задержусь.
Пробки в городе, особенно в праздники – обычное дело. Так что не удивительно.
Ничего. Как раз успею закончить всё, что планировала, к твоему приезду, — отправляю ему в ответ.
Каждое сообщение от Артёма – моя личная доза обезболивающего.
Всё будет хорошо. Всё наладится. Как только Тёма приедет, я и думать забуду о Стасе и обо всём, что произошло.
Мы вместе встретим Новый год. Всё будет так, как я себе и представляла. Больше никаких «пятьдесят на пятьдесят» и расставаний на долгие месяцы.
Да. Так и будет. Потому что мы взрослые люди, которые умеют разговаривать, договариваться и решать свои проблемы.
Домазав торт кремом, снимаю фартук и, коварно ухмыляясь, топаю в ванную.
Времени у меня полно, так что я буду при полном параде!
К восьми вечера квартира сияет чистотой и новогодними огнями. Стол ломится от еды, распространяя умопомрачительные ароматы. Я тоже сияю, как ёлочная игрушка. На мне красное блестящее платье с кокетливым разрезом на юбке, которое дополняют тонкие чулки. На лице лёгкий макияж и аккуратные кудри, ниспадающие на плечи мягкими волнами.
В зеркале напротив отражается красивая, уверенная в себе девушка, которая не совершает одни и те же ошибки дважды. Которая не напивается до беспамятства и не просыпается с утра у бывшего.
Кошмар…
Забудь об этом! Этого не было!
Пребывая в нетерпении, когда же раздастся такой желанный звонок в дверь, я сажусь в кресло и включаю фильм. И, пока Гринч на экране пытается в очередной раз похитить рождество, я то и дело поглядываю на упрямо молчащий телефон.
Тёма говорил, что приедет к восьми. Уже почти девять. С учётом пробок, он с минуты на минуту должен быть у порога моей квартиры.
Но фильм продолжается. И моё ожидание тоже.
Полдесятого я открываю чат, чтобы спросить, всё ли у Артёма хорошо и во сколько мне ждать его. Но в последний момент передумываю.
Вдруг он решил заехать мне за цветами? Весь сюрприз испорчу.
Поёрзав в кресле, поднимаюсь. Подхожу к окну, смотрю на подъезжающие к дому машины. Пытаюсь разглядеть среди заходящих в подъезд людей Тёму.
В десять вечера фильм кончается. Сердце сжимает холодный ком, подкатывающий к горлу.
Пишу: Ты как? Всё хорошо?
Ответ приходит почти моментально.
Тёма 22:03 Солнышко, случился небольшой форс мажор. Разбираюсь. Ещё немного и буду у тебя.
Форс мажор? Опять работа?
Он же обещал…
Ладно, неважно. Главное, что всё хорошо.
Иду на кухню. Горячие блюда уже остыли. Индейка грустно лежит посреди стола. Я бездумно поправляю закуски. Перекладываю и без того идеально сервированные приборы. Навожу себе чай. Помешивая сахар, то и дело кошусь на телефон на кухонной тумбе.
В десять тридцать я включаю какой-то новогодний концерт. Ведущие слишком громко и радостно вещают о счастье и семейном уюте. Разозлившись на пустом месте, раздражённо выключаю телевизор.
Пожевав губы, накрашенные бордовой помадой, открываю чат с Артёмом.
Елена Н. 22:43 Во сколько мне тебя ждать?
Тёма 22:46 Прости, солнышко. Сегодня все, как с цепи сорвались… Выпей пока шампанское)) Я уже еду.
Внутри всё опускается. Сердце покрывается толстым слоем льда, который насквозь пропитан разочарованием.
Я листаю чат. Мысленно подсчитывая, сколько прошло с того момента, когда он написал мне эту фразу в первый раз. И прихожу чуть ли не в бешенство.
Выпей шампанского? Серьёзно? Он издевается?
И что ещё за скобочки? Он никогда так не писал.
В одиннадцать я прекращаю измерять квартиру шагами и сажусь за праздничный стол. Закуски начали сохнуть. Свечи догорели. Гирлянды продолжают мигать, но их свет теперь кажется издевательским подмигиванием. Или нервным тиком.
Тишина в квартире становится оглушительной. Каждый звук в подъезде заставляет сердце ёкать: чужие шаги, хлопок двери, мужской голос, разносящийся по лестничной клетке.
Артёму я больше не пишу. Просто сижу, сжимая зубы и кулаки. Давя чувство глубокой обиды и слёзы. Уговаривая себя не делать из мухи слона. Не накручивать. Но получается плохо.
Понимание случившегося накатывает постепенно. Как раз к полуночи. Как ледяная вода, медленно заполняющая лёгкие, пока ты тонешь. Тихо и беспощадно.
Его нет. И он не приедет.
«Пятьдесят на пятьдесят» превратилось в «ноль из ста». Артём кинул меня. С романтическим ужином. С обещанием. С Новым годом. Со всем.
Встав из-за стола, я беру в руки блюдо с «Наполеоном».
Я так старалась…
И тут меня накрывает. Не злость, не истерика, а пустота. Громадная, всепоглощающая, леденящая пустота.
Всё это – гирлянды, романтический вечер, платье, Новый год, надежды на счастливое будущее с Артёмом – было просто мечтами. Пустыми и никому, кроме меня, не нужными.
На деревянных ногах подхожу к мусорной корзине и без единого сожаления отправляю туда торт, над которым трудилась с такой любовью. Выключаю гирлянды. Квартира погружается в темноту, нарушаемую только тусклым светом фонаря за окном.
Я остаюсь в этой темноте ещё какое-то время. Без особой надежды смотрю на тёмный экран телефона.
Чуда не происходит.
Значит, вот как я встречу Новый год? В одиночестве, но под аккомпанемент разрушенных надежд и иллюзий?
Да уж. Зашибись.
Сплошное разочарование…