Эпилог

Елисей

Поставив фотокамеру на таймер, я быстро нажимаю кнопку и бегу к Василисе и Ане. Пять секунд проносятся как одна, и стоит мне замереть за спинами моих девочек – «вылетает вспышка».

– Как думаете, я справился?

Мы повторяли уже в третий раз. Пожалуй, если не вышло сейчас, то они с меня сдерут шкуру и пустят на коврик у нашего дома. Нового дома, на фоне которого мы и решили сделать фотографию всей семьи.

В общем… с чего бы начать подводить итоги?

Прошло два года с момента, как Василиса вернулась ко мне. Вернулась к прежней жизни. И хоть мы знали, что на той дороге оставили очень многое, что уже не вернуть, мы не тоскуем об утерянном, потому что заняты настоящим. Мы строим нашу жизнь заново.

Аня через две недели пойдёт в школу, и какое же счастье, что дом успели отстроить к этому моменту. Ведь у нас ожидается пополнение, и новая детская для нашего сына уже готова принять в свои уютные объятия малыша.

Эти два года мы учились заново любить друг друга. Любить себя, то, какими мы стали, – ведь изменений, на самом деле, не счесть. Не скажу, что всё было очень просто. Особенно моей жене.

Но какое же счастье я испытал, когда она перестала дёргаться во сне, чувствуя меня рядом, плакать и просыпаться в страхе прямо на рассвете. Она перестала быть скованной и с нежностью обнажала своё тело. Позволяла любить и поклоняться каждой клеточке моей прекрасной женщины.

Я люблю её так сильно, что иногда мне кажется, что сердце однажды попросту не выдержит этих чувств и взорвётся в груди. И я не могу сдержать любви к дочери. К этой замечательной девочке, которая признала меня своим отцом и, назвав впервые «папой», больше никогда не планировала прекращать это делать.

Она с нетерпением ждала появления брата и болтала с животом Василисы днями напролёт.

А сама Василиса? Она расцветала с каждым днём, если это было возможно, и становилась ещё более желанной мной и моим сердцем. До жадности к минутам, что нам приходилось проводить врозь. Я ненавидел это время. И никогда не задерживался на работе. Она тоже.

Сестра Василисы называла нас дураками, Анна Павловна приговаривала: «Дай-то Бог». Моя мама в основном плакала и баловала их обеих.

С первой их встречи после Нового года (так как мы решили отпраздновать его втроём) мама стала нашим постоянным гостем. Родители Василисы не имели желания присоединиться к нам. Ни разу. Хотя я прекрасно знал, что её отец присматривает за дочерью, оставаясь в стороне. Я так и не понял его позиции, но принял её. Марина Робертовна ушла в свои дела, которые становились всё хуже, и я в это вмешиваться не планировал. Что касается моего отца? Он меняться тоже не планировал, так же как и я – его прощать.

Впрочем, мы даже не предприняли ни единой попытки. А когда мама приехала, я поставил условие – без сводничества. Она поклялась, не дослушав до конца, так сильно её пугала мысль, что она больше не увидит Василису и внучку.

Ложь, ставшая правдой, осталась моей тайной. И тайной Анны Павловны, потому что она и так всё знала. Но мы с ней об этом даже никогда не говорили.

Ложь во имя семьи, во имя моей жены и нашей дочери была оправдана. И я ни за что не отрекусь от принятого решения. Никогда.

Василиса

– Ты снова моргнул, папа! – топает ногой Анна, и я начинаю смеяться.

– Не может быть!

Елисей берёт камеру и вздыхает.

– Наверное, я сделаю фотографию вас и всё. У меня сейчас будет солнечный удар.

Он театрально хватается за голову.

– НЕТ! – говорим с дочкой в голос и тащим его на то же место.

– Я буду нажимать на кнопочку, – деловито сообщает Аня и просит встать правильно.

Я поворачиваю голову к любимому и с улыбкой отмечаю, насколько ему всё это нравится.

Почувствовав, что я смотрю, Елисей поворачивается и подмигивает.

– Любуешься мной.

– И делаю это с удовольствием.

– Ты можешь меня поцеловать, я не против.

– О, правда?

– Ага, – он вытягивает в мою сторону голову, Анна кричит «Вспышка!» и несётся к нам, а я тянусь и целую Елисея.

Именно этот снимок мы вешаем в гостиной, заказав его у одной местной художницы как картину. Он наш самый любимый в новом доме. Старый дом был местом, где всё началось, и мы его очень ценили, но когда я узнала, что беременна, всё решилось само собой.

И вот уже как месяц мы живём здесь. На новоселье приехали все наши близкие. Соседи Вероника с Семёном и их дочь с мужем и годовалой малышкой. Бабушка с Настей и мама Елисея. Я так же пригласила кое-кого из центра, где работала, ну и, конечно же, Святослава, который то и дело задирал Настю.

Тот день был прекрасным от начала и до конца, но день, когда наша дочь пошла в первый класс, стал эмоциональным. Тогда я почувствовала, что время действительно неумолимо движется вперёд.

Вспомнились первые дни после её родов. Моё, казалось бы, окончательное решение отказаться от неё и момент, когда сердце почти остановилось в принятии уже другого.

Калейдоскоп событий сопровождал меня весь тот день, и слёз стало так много, что разболелась голова.

– Она всё ещё наша малышка, – шепнул Елисей, касаясь губами виска и крепко обнимая.

– И ей уже семь лет.

– И не успеем оглянуться, она поступит в колледж.

– Пройдёт минимум одиннадцать лет, прежде чем это случится.

– И всё же…

– Послушай, – он встал напротив и притянул ближе, обхватив руками талию, смещая руки на мой выдающийся живот и обратно. – Мы ещё не раз будем думать и со страхом осознавать, что Аня растёт не по дням, а по часам. А потом появится наш сын, и эти страхи умножатся. Но каждый раз я буду держать тебя за руку, – он делает именно это, переплетая наши пальцы. – Мы будем улыбаться этому, а не грустить. Потому что время должно идти вперёд. Оно должно заставлять нас этой скоротечностью помнить и пользоваться каждой минутой, милая. И мы будем делать именно это.

Ёся переводит дыхание, а я замираю, когда он берёт моё лицо в свои крепкие и тёплые ладони.

– Потому что я так устал тратить время на сожаления.

– И я, – отвечаю, чувствуя, как моё сердце снова переполняется любовью к нему. – Я люблю тебя.

– А я люблю тебя.

Он целует меня в губы, словно запечатывая наше обещание друг другу. И смотрит так, что я вижу в его глазах отражение собственной души, когда-то потерянной, но найденной им же.

Елисей не просто мужчина, которого можно любить и называть мужем. Он – надёжный друг, верный супруг и замечательный папа. Он искренне любит, заботится и даже ругает искренне. И если он даёт обещание, то обязательно его выполняет. Он не просто мой муж. Он – моё всё. Моё начало и конец.

1-я книга цикла (читается отдельно) – Бывший муж. Если я тебя прощу