Глава 16. Мама не будет скучать?

— Дима! Ты понимаешь, что это неправильно?! — шиплю на мужа, который совсем скоро станет бывшим.

Он внимательно следит, как Вероничка с мячом и скакалкой переходит дорогу. У калитки дома с зеленой крышей она машет нам рукой и улыбается.

Дима тоже ей машет

— Дима!

Вероничка скрывается за калиткой.

— Что ты разоралась? — он переводит на меня сердитый взгляд. — Что ты завелась на пустом месте?

— Если дети у тебя, они не должны ко мне бегать!

— Мы просто мяч взяли, Лена! — Дима тоже повышает на меня голос. — Тон сбавь!

— Купи себе свой мяч!

— Куплю, — наклоняется ко мне и зло вглядывается в глаза. Повторяет, — куплю. Можешь успокоиться.

— Я для тебя терпила, что ли?

— Да что ты несешь?

Вздыхает и поднимает взгляд на облака, намекая, что я сейчас веду себя как истеричка. Шумно вдыхает и выдыхает.

— И детям надо сказать, что вот такая беготня неприемлема, Дим. Я серьезно. Жил бы ты на другом конце города…

— Но я живу здесь, — вновь смотрит на меня. — И тебе с этим придется смириться.

— Мы скоро будем в разводе!

— А то я, блять, не в курсе! — гаркает он на меня и резко замолкает. Выдерживает паузу с шумным выдохом и переходит на напряженный шепот. — Лен, выдыхай. Мы просто забрали мяч. Решили поиграть. Я принял, что надо купить себе другой мяч. Кстати, может, сегодня и сходим в игрушечный.

Переиграл.

Он же накупит всякой бесполезной, но очень дорогой фигни, которая станет для него плюсиком в карму. Он будет хорошим полицейским, а плохим и до кучи еще и истеричным, который заводится из-за тупых мячей.

— Я пойду, Лен, — делает несколько шагов к дороге. — Я тебя понял. Лишний раз тебя не дергать.

— Это вопрос уважения, Дима.

— Ты о чем? — оглядывается.

— Мы в разводе, и у нас должны быть правила, понимаешь?

— О каких правилах речь?

— Ты, что, не понимаешь?

— Да, блять, не понимаю! — опять повышает голос. — Лена! Ау! Это твоя дочь забежала за мячиком! Да, она забыла мячик! И ей теперь боятся домой заглядывать, чтобы тебя не разозлить?

— Должна быть дисциплина, Дима! Они должны понять, что мы больше не вместе! — я в отчаянии почти кричу. — Это так сложно понять? Ты так только хуже делаешь для них! Для их психики!

— Зато ты своими скандалами очень полезна для их психики? — смеется. — Что-то я не улавливаю логики.

— Не было бы скандалов, если бы ты не… — я вовремя замолкаю, потому что из калитки дома напротив выглядывает Саша. Перехожу на шепот. — Не надо сваливать на меня вину того, к чему мы пришли.

— Мам! А ты с нами будешь играть? — кричит Саша. — Мам!

— Я тебе про это и говорила, — всматриваюсь в лицо Димы в надежде, что до него доперла вся абсурдность ситуации.

— Мы с тобой, Лен, не враги, — рычит Дима, — но ты прямо добиваешься того, чтобы мы друг друга возненавидели. Все, я ушел.

Торопливо переходит дорогу, и Сашка выходит к нему:

— А мама?

— Мама занята, сына.

— Чем? — смотрит на меня и кричит. — Мам, а чем ты занята? Мам! Пойдем играть!

— Не надо маму отвлекать, — Дима подхватывает сына на руки, а затем под его хохот перекидывает через плечо. — Мы и втроем неплохо сыграем.

— Мама не будет скучать одна? — долетает до меня обеспокоенный голос Саши.

— Мы ее позвали? Позвали, но она занята, — калитка за Димой закрывается, и я улавливаю обрывки смеха нашего сына.

Может, правда, позвонить владельцу дома и сказать, что Дима, например, пьяница? Нет, слабовато.

Наркодилер? И он в розыске?

Господи, какая глупость.

Закрываю за собой калитку, и меня на дорожке ждет Мила с круглыми глазами:

— Это капец, Ленусь, — подходит ближе и в ужасе шепчет. — В каком тоне он с тобой говорит… у меня аж внутри все похолодело, Лен, — прикрывает рот ладонями, — это ужасно. Ты уверена, что с ним можно оставлять детей?