ГЛАВА 22

УЛЬЯНА Я то просыпалась, то вновь проваливалась в сон, в котором мне было легче чем наяву. Мне снился Рома, живой, здоровый! Там не было проблем, боли и переживания! Моя Даша была с нами, нам было хорошо. В таком состоянии я пробыла оставшийся день и ночь, утром больше не кололи успокоительных. Я держалась ради нашего с Ромой малыша, я не имела право его потерять! С врачом мне пришлось общаться, как сказала тетя Галя. Что было, кстати удобно и легко! Беременность спасли, но риск потерять его ещё присутствовал. В десять утра дверь палаты открылась. Как же я была рада увидеть мою дочурку! Даша за руку с тётей Галей, буквально ввалились в палату! – Вот торопыга! Заставила бежать меня, так хотела к тебе, – с улыбкой произносит Галина Михайловна, отпуская руку Даши и закрывая за ними дверь – Я соскучилась, тётя Уля! Когда ты вернёшься к нам? – подбежав к моей кровати, затараторила малышка. – И я соскучилась, хорошая моя, – принимаю полулежачее положение, врач запретил вставать или садиться, пока угроза не минует! Протягиваю руку к Даше, ловлю её за ладошку, притягиваю к себе ближе, целую в щёчку. – Как только поправлюсь, так сразу и вернусь, - – Ульян, я тут покушать принесла, всё, что разрешил врач, – ставя большой пакет на тумбочку, – ох и бардак здесь у них, – с осуждением говорит тётя Ромы. – Что-то случилось? – не выпуская ладошку, Даши, спрашиваю женщину. – Всё нормально, не переживай, просто, дико как-то вчера было, тебя по скорой без сознания привезли, а тут такая очередь в приёмном отделении, что сама чувств чуть не лишилась. Хорошо, что тебя быстро оформили. Я вчера не интересовалась, что к чему, а сегодня узнала, оказывается у них тут можно попасть только в ту больницу, что дежурит! Так мало этого, в очереди ещё и простые пациенты, что пришли на обычный приём! – шокирует меня тётя мужа. – Видимо у них такие правила, – только и могу, что сказать. Вот тебе и заграница! – Тётя Уля, а ты больше не будешь падать? – подаёт тихий голосок Даша, и я слышу в нём испуг. – Нет, Дашенька, – спешу успокоить ребёнка, – я теперь буду аккуратнее, – обещаю малышке. Даже страшно представить, что она вчера пережила. – А баба Галя сказала, что у тебя будет ребёночек, и когда он родиться, я буду с ним дружить, это правда? – и смотрит с такой радостью, что в душе всё переворачивается. – Правда, – выдавливаю из себя. Как же хочется сказать, что это не просто ребёночек, а её братик или сестрёнка! И я обязательно скажу, только бы Ромка поправился и всё у нас получилось! – Ура! – вскрикивает малышка, подпрыгивая. Глаза начинает печь от подступающих слёз. – Даша, ну-ка присядь вот сюда, – заметив моё состояние, тётя Галя спешит отстранить малышку на стоящий у окна стул, – а ты бери себя в руки, тебе нельзя волноваться, – а это уже предназначается мне. Сделав глубокий вдох, берусь гасить в себе бурю эмоций. – Давай мы тебя сейчас покормим, и ты дальше будешь отдыхать, – раскрывая пакет и доставая контейнеры, говорит женщина. Как только первый контейнер оказался открытым, по палате стал разносится ароматный вкус супа. Тут же почувствовала, насколько я голодная! Утром мне принесли завтрак, но мне на тот момент есть, как-то совсем не хотелось! Тётя Галя и Даша пробыли у меня ещё полчаса, а после ушли. Это правильно, как бы грустно не было, так надо! Во-первых, это больница и малышка может, подхватить, какую-либо инфекцию, а во-вторых, им не следует так вот расхаживать по улицам! Крамские, уверена, уже ищут малышку! Телефона на тумбочки заиграл мелодией звонка, протянув руку и взяв его, увидела номер звонящего, чуть не вскакиваю с постели и лишь в последний момент удерживаю себя в лежачем положении. Пальцы трясутся, не с первого раза получается принять видеозвонок. – Рома! Ром, любимый, ты…, – кричу имя мужа, когда вижу его лицо, слёзы тут же брызгают из глаз. Живой! Живой! Боже! – Тише, тише любимая, всё хорошо, слышишь? Всё хорошо! – тараторит Рома, – скажи, как ты, как у вас дела? – туту же сыплет вопросы. А я поверить ещё не могу, что вижу его, слышу! А ещё теряюсь, что ему ответить, как он отреагирует на новость о беременности? Почему я так боюсь? – Ульяна, ты где? – хмурит брови. – Ром…, я…, – слова застревают комом в горле. – Говори! – требующим тоном – Я в больнице, – еле пищу ответ, и чуть не зажмуриваюсь. – Что? Почему? Ульян, что с тобой? – летит взволнованное, вижу, как Рома дёргается, после чего его лицо кривится от боли. Ему больно! Он сильно пострадал! И всё из-за меня! – Ульяна, не молчи! – практически рычит. – Ром, – облизываю вмиг пересохшие губы, – я…, мы…, – кажется я теряю возможность говорить нормально, сердце заходится в бешеном ритме. – Уличка, любимая, прошу, скажи, что с тобой, – его тон меняется, становится ласковым, но волнение не уходит. – Ром, я беременна, – произношу, и чувствую себя словно в прорубь с ледяной водой нырнула! – Ты…, что? Ну-ка повтори, – смотрит так пристально. – Я беременна, – повторяю, а голос такой глухой, что кажется он не услышал меня. Ромка прикрывает глаза, его губы растягиваются в улыбки, и она…, она такая счастливая! Он рад! Рад! Вся тревога вмиг исчезает, в груди становится так тепло. – Скажи ещё раз, – открывает глаза, просит муж. – У нас будет ребёнок, – произношу уже без страха, и с улыбкой. – Я тебя люблю, Ульян, как же я тебя люблю! Малышка, я очень рад, нет, не так, ты сделал меня сегодня ещё счастливее! Как же я хочу оказаться с тобой рядом… Рома неожиданно замолкает, его взгляд меняется, он хмурит брови. Что такое? – Уля? Почему ты в больнице? – голос мужа становится хриплым. – Я переволновалась и у меня открылось кровотечение, но малыша успели спасти, меня положили на сохранение, как только угроза минует, меня выпишут, сейчас мне лучше, на много лучше, – объясняю мужу, но не говорю в какой именно момент всё произошло. Он будет себя винить, я в этом уверена. – Чёрт! Уля, было бы хорошо, ты бы там не лежала! Прости, прости, что так всё получилось, но я обещаю тебе, я скоро буду рядом, и никогда, слышишь, никогда больше не оставлю тебя одну! – он расстроен, злится, но ен на меня, а на всю ситуацию в целом. – Ром, всё хорошо, теперь всё хорошо, ты живой, ты поправишься, нашего малыша спасли… – Уля? – перебивает Рома, – ты знала, что со мной? – осторожно задаёт вопрос. В ответ только киваю, понимая, что сболтнула лишнего и Ромка тут же поймёт, он умный, очень умный. – Кто тебе сказал? Отвертеться не получится, да и Ветров ему всё расскажет! Про него я совсем забыла! – Ты пропал, мы бежим с острова, мне пришлось позвонить Ветрову, он обещал найти тебя, а потом позвонил и рассказал, что с тобой произошло, – глаза наполняются новыми слезами. – Ясно, после этого тебе стало плохо, – он не спрашивал, а констатировал факт! – Я испугалась, Ром, я так за тебя испугалась, не вини себя, и Ветрова тоже, – прошу мужа. Рома вновь прикрывает глаза, вижу, как скулы напрягаются. – Ром? – зову мужчину. Глаза открыл, а я чуть не вскрикиваю, когда вижу в них плещущеюся вину! – Я должен был быть осмотрительнее, знал с кем имею дело из-за этого попал на больничную койку и тебя уложил! Ты чуть не потеряла нашего малыша, и говоришь, «не вини себя»? Ветров тоже получит, нашёл, что говорить! – рычит на последних словах. – Нет! Он поступил правильно, сказал правду! Я должна знать, что с тобой, или ты собираешься скрывать от меня, все неприятности? Всё, что может случится плохое? Я думаю, ты тоже желаешь знать, всё! – во мне заиграла злость! – Уля…, – Рома замолкает, – прости, ты права, я сейчас злюсь, злюсь на самого себя, что не рядом с тобой, что не могу сорваться к вам, но мы скоро будем вместе!