Глава 9

Доронин резко разворачивается и уходит, а я… остаюсь в палате, ощущая, как у меня сердце в груди разрывается…

Последующие дни в больнице проходят как в тумане…

Я просто… отключаюсь, выплываю из марева сна, когда в мою палату входит мужчина. Высокий. Тощий. С очками и сединой на висках.

Он окидывает меня пристальным взглядом, каким-то едким, как если бы я вызывала у этого незнакомого человека омерзение.

Меня так и тянет передернуть плечами и поежиться от острых серых глаз, которые проходятся по мне, будто лезвие клинка.

- Добрый день, Алиса Григорьевна.

Странный человек. От него каким-то могильным холодом веет, и глаза мертвые, акульи. В таких нет ни тени эмоций. Словно передо мной не человек, а киборг какой-то.

– Добрый… – отвечаю сипло.

Я не жду ничего хорошего от незваного гостя, потому что… я буквально нутром чувствую, что этот мужчина работает на Виктора. Слишком дорогой костюм, а также кожаная папка известного бренда. Не то что там везде логотипы приклеены. Как раз наоборот. Доронин, например, приказывал портным срезать все этикетки с его костюмов. Этакая тихая роскошь, когда нет ни одного лейбла, но все равно такие вещи стоят еще дороже, потому что специально для Виктора убираются все отличительные знаки…

Так и тут. Этот щуплый задохлик буквально резонирует властью и деньгами, от него ими несет.

– Я от господина Доронина.

Развеивает все мои сомнения, подтверждает догадки, и я во все глаза смотрю на этого мужчину, пока он достает из своей папки все документы.

– Вас в жизни моего работодателя никогда не было. Вот здесь документы.

Кладет рядом со мной файл с какими-то бумажками, а затем достает огромный конверт и демонстрирует мне.

– Что это?! – в шоке задаю вопрос, ощущая, как злость поднимается в груди с каждой секундой все больше. Мне хочется заорать, вскочить и с кулаками наброситься на этого высокомерного мужика, который продолжает смотреть на меня, будто я грязь под ногами! Не более!

Конечно! Ведь у меня нет богатой родословной! Нет отца-олигарха! Я – невыгодная партия для Доронина! Я девушка из простой семьи, а он с золотой ложкой, видимо, родился!

– Что это, я вас спрашиваю?! – рычу уже.

Мужчина улыбается, вероятно, неправильно считывает мою реакцию и злость принимает за нетерпение.

– Я сейчас отвечу. Не нужно так спешить, – подтверждает мои догадки и вновь демонстрирует конверт.

– Я задала вопрос!

– Отвечаю. Здесь необходимая сумма, чтобы вы больше никогда не появлялись в жизни моего работодателя.

– То есть... он от меня так откупается?! – опешив, переспрашиваю, вновь в груди все чувства поднимаются. От ярости до злобы, от разочарования до жгучей обиды.

– Что-то в этом роде. Сумма достаточная. Так что без глупостей.

– Без глупостей?!

Отчего-то улыбаюсь горько, ощущая, как в сердце еще один клинок вонзают, а я... я изнутри кровью обливаюсь, потому что мне деньги дают! Вероятно, за услуги, которые я оказала не как жена, а как подстилка олигарха, которой вдоволь попользовались, а сейчас просто выбрасывают за ненадобностью!

– Именно так. Господин Доронин дал четкие указания, и последствия нарушений будут крайне ощутимы для вас. Но хозяин не поскупился, так что советую прислушаться к моим словам и не допускать промахов.

Четко. По существу. Без лишних эмоций. С легким прищуром, словно он не с человеком говорит.

Вновь окидывает меня взглядом, прищуривается и, добавив льда в голос, спрашивает:

– Вы все поняли?!

Просто киваю, потому что ответить ничего не могу.

Да. Я поняла, что Доронин – последняя сволочь и предатель! Да, я поняла, что он исполнил все те обещания, которые мне дал!

Жаль только, что обеты, которые мы давали друг другу, этот мужчина позабыл.

– Отлично. Ознакомьтесь с документами и имейте в виду: если нарушите запрет и приблизитесь к господину Доронину ближе, чем на сто метров, последствия будут удручающие для вас, а сумма неустойки – неподъемной…

– Что?! Что за запрет?! – выдавливаю из себя в шоке, и мужчина вновь кривит губы, как если бы я была рыбешкой, которая слишком привлекает внимание, но вместе с тем не стоит того.

– Обо всем написано в документах. В свободное время изучите.

Больше ни слова не говорит и выходит из моей палаты, а мне хочется крикнуть вслед уходящему мужчине, чтобы забрал свою подачку, хочется заорать, что не все в этом мире покупается и продается. Отказаться от денег, которые мне Доронин напоследок оставил, вероятно, откупаясь и покупая мое молчание, и тем не менее я не могу произнести и слово… Это шок… Это боль… Это обида и горечь, которые не отпускают меня.

– Будь ты проклят, Доронин. Будь ты проклят… предатель… – шепчу бессвязно, даже не осознавая смысл сказанных слов.

– Однажды ты пожалеешь, Виктор… Этот день придет, клянусь. Но я тебя не прощу…

На этих мыслях силы покидают меня, веки тяжелеют, а я… уплываю в сон без сновидений…

Прячусь там, где нет боли, обиды и горечи, но самое главное – приходит четкое осознание, что теперь уж точно все.

Вот и закончилась история… Вот и все между нами…

Вот и все…