Глава 22

— Так?

Рустам на меня оборачивается. Он ждёт одобрения. А я слова выдавить не могу.

Внутри у меня всё переворачивается. Я смотрю, как мужчина держит на руках дочь.

Мою дочь!

Кира причмокивает губками. Она с интересом разглядывает "новую няньку".

Старшенькая дочь более любопытна и открыта к знакомствам. Дина сложнее к чужим идёт.

— Можешь так не придерживать, — выдавливаю я. — Кира уже давно головку держит.

— Да, точно, — Рустам серьёзно кивает. А после в улыбке расплывается: — Привет, Кира. Я твой...

— Рус.

Осекая его, я обнимаю себя за плечи. Понимаю, что это ничего не изменит. И вряд ли дочь поймёт, кто такой "папа". Точно не в этом возрасте.

Но мне от этого не легче. Всё внутри кипятком обливает. На душе волдыри выскакивают.

Я не готова к этому. Просто не готова.

У меня нет сил даже объяснять всё Алиеву. Но, судя по его взгляду, он всё прекрасно понимает.

— Пока я буду твоим другом, — неожиданно исправляется мужчина. — А потом твоя мама оттает. И всё будет хорошо.

— Ау.

— Точно будет. Кать, она... Она такая красивая.

— Я знаю.

— А ещё... У неё твои глаза.

— Ты прекрасно знаешь, что нет. Тёмно-серые. Как у тебя.

— Цвет — да. А форма — твоя. И смотрит так же. Недовольно, с...

Своё недовольство Кира и звуком выражает. Я тут же перехватываю малышку. Я прижимаю её к себе.

Я пытаюсь успокоить дочь. Дина ещё спит. Она чудом не проснулась, когда её сестра начала хныкать.

Но теперь шансов мало.

Едва Кира перестаёт хныкать, как младшая дочь даёт о себе знать. Она и так долго продержалась.

Кирочка тут же включает сирену по новой. Она не любит, когда ей уделяют меньше внимания.

Эта проблема каждый раз. Быстро успокоить двух малышек и не обделить ни одну из них.

— Я подержу.

Рядом оказывается Рустам. Скрепя сердце, я отдаю ему дочь. Малышку тут же затихает. Любопытно поглядывает на Алиева.

А я занимаюсь Диной. Покачиваю её, глажу по спинке. Я едва успеваю спасти свои волосы из захвата.

— Нельзя так делать.

Я шутливо грожу дочери. А после целую её в носик. Дина пхыкает, а после начинает улыбаться.

Я разворачиваюсь. Мне нужно проверить и Киру. Так всегда. Не выпускать дочерей из вида ни на секунду.

Но натыкаюсь на внимательный взгляд Алиева. Он словно в душу смотрит.

Так пристально и внимательно.

— Что? — я вздёргиваю бровь.

— Ты невероятно красивая в роли матери.

Я фыркаю. Комплимент от Рустама мне ни к чему. Они делают лишь хуже.

Я красивая. Я мать. Я это знаю. Пусть что-то другое придумает, раз промолчать не может.

— А теперь что? — уточняет мужчина. — Когда они проснулись — что ты делаешь?

— Обычно они играются в манеже.

Я заставляю себя рассказывать детали Рустаму. Это сложно... Но что уж?

Куда бежать с тонущего корабля? Нужно принимать новые реалии.

Я скоро привыкну. Справлюсь. Просто пока это всё ново. И я не до конца смирилась с присутствием Рустама.

Точнее...

Вроде уже не так остро реагирую на его присутствие. Привыкаю. Он как вернулся, так и не отступал.

Постоянно маячил на горизонте. Поэтому с эмоциями я умею справляться.

Но вот как мама... Чуточку эгоистично не хочу ничего рассказывать о детях. Но рассказываю.

— И покормить надо, — дочь тут же реагирует на мои слова. Хнычет. — Да, солнышко? Кушать хочешь?

— Я, хм, — Рустам явно теряется, — я выйду тогда? Пока ты кормишь.

— Зачем? Ты можешь остаться.

Прогнать Алиева надолго не получится. А я устала бороться с ветряными мельницами.

Вот только Рустам заметно удивлён моим ответом. Прищуривается, будто пытается понять меня лучше.

Взгляд мужчины ползёт по моей шеи и ниже. Задерживается на моей груди дольше положенного.

— Алиев, мои глаза выше, — хмыкаю я. — И нет, уже появился прикорм. И лишь изредка смесь.

— Понял, — серьёзно кивает Алиев. — А прикорм — это...

— Различные пюре и каши. Пока только пюре. Хотя девочки не в особом восторге.

— Тогда зачем ты... Понял. Пюре.

Рустам мгновенно реагирует на мой острый взгляд. Замолкает и соглашается.

Я понимаю, что у него много вопросов. Но пусть поищет в интернете. Я не позволю сомневаться в моих способностях.

Может, я такой себе предприниматель. И не самый крутой учитель в стране. И в личной жизни ошибаюсь...

Но с моими детьми я отличная мать. И для них всё самое лучшее готова дать. Ни в чём не ограничиваю.

Разве что в возможности заляпать меня пюре.

Раз уж Рустам вызвался покормить...

Я использую его в качестве живого щита.

Малышки и фыркают, и пачкают ручки. А после этими ручками тянутся к одежде.

А Дина ещё любит и ложкой помахать. Для неё есть отдельная.

Дочь просто машет ею или стучит по любой поверхности, до которой может дотянуться.

— Как ты...

Рустам поражённо смотрит на свою рубашку. После — на Дину. Не понимает, как пюре оказалось на его одежде.

Не сдержавшись, я хихикаю. Слишком уж комично выглядит сейчас Алиев. Он раздражённо поворачивается ко мне.

— Ты с ними заодно, — обвиняет он шутливо.

— Прости, — я поджимаю губы. Мои плечи дрожат от смеха. — У меня есть салфетки. И сменная одежда. Но вряд ли тебе подойдёт моя блузка.

— Ага. Вряд ли. Так... Это часто случается?

— Они дети, Рустам. Они найдут способ испачкать тебя.

— Понял, значит, нужно организовать запасную одежду. Хорошо.

Рустам кивает, словно делает пометку себе в голове. Я не сомневаюсь, что теперь у него в машине будет не один сменный костюм.

Я внимательно слежу за каждым действием Алиева. Стоит признать. Он старается.

Мужчина действует аккуратно. Он боится лишний раз прикоснуться. И явно не разбираясь во возрасте детей.

Он то относится как к грудничкам. То пытается научить Дину кушать самой. Чего она сделать не может пока.

Но... Он старается.

Я присаживаюсь рядом. Салфетками оттираю пюре с лица малышек. Привожу их в порядок.

— Рустам, время, — напоминаю я. — Скоро мне нужно будет контролировать праздник.

— А с детьми кто будет? — тут же прищуривается мужчина.

— Я и буду. Или моя помощница. Посмотрим, как малышки отреагируют на праздник. Если станет слишком громко — то они будут в манеже. Тоже под присмотром.

— Тогда я могу остаться? Если они всё равно будут здесь...

— Нет.

Я отвечаю резко и бескомпромиссно. Что очень не нравится Алиеву.

— Почему? — он хмурится.

— Потому что я жду подвоха от тебя, Рустам. Постоянно жду. Это вряд ли когда-то пройдёт окончательно. Но... Со временем, возможно, я перестану вечно ожидать худшего от тебя.

— Справедливо. Что ж... Тогда я подожду в машине, когда праздник закончится. И отвезу вас домой.

— Что? Мы так не договаривались!

— Я знаю. Но есть кое-что ещё, что я хочу с тобой обсудить. Важное. Поэтому... Я подожду.

Рустам вселяет смятение в меня своим заявлением. Что такое важное он хочет обсудить?

Ещё и ждать меня ради этого...

Я надеюсь, что это обычный каприз мужчины. Что-то обсудить по поводу детей. Поменять условия, которые мы совсем недавно обсудили.

Может ведь такое быть, да?

Может.

Тогда...

Тогда вот и получится, что ничего серьёзного и не случилось. А я весь вечер провожу в напряжении.

Я помогаю воспитательнице с детками. День рождения шумный. Поэтому мои малышки в моём кабинете.

Я слежу за ними по видеоняне. Моя помощница тоже мелькает. То тут, то там. Но вечер всё равно получается сложным.

Я зарекаюсь ещё раз проводить такие праздники! Я вымотана, а голова гудит.

Успела забыть, какого это — с шумными детками столько времени проводить. Хотя в школе они были взрослее, можно было договориться.

А здесь мечешься и стараешься всем время уделить. Становиться чуть проще, когда приезжают аниматоры.

Персонажи из мультфильмов перетягивают на себя всё внимание. А я сбегаю к себе в кабинет.

Немного играю с малышками. Потом — обратно в зал. Так и бегаю весь вечер. Устаю от этой шумихи, голова покалывает.

Но выдохнуть получается лишь когда праздник заканчивается. Мама именника благодарит меня лично.

— Спасибо большое, — улыбается она. — Вы нас очень выручили, Екатерина Тимуровна. Иначе...

— Не за что, — киваю я. — Но если что — предупреждайте заранее, пожалуйста. В другой раз может не получиться.

— Я всё понимаю. Просто так получилось. Кто же знал, что вот сегодня закроют то кафе? Конечно, хорошо, что надзор пришёл и нашёл нарушения. А таким хорошим местом казалось...

Я слушаю вполуха. Но всё же цепляюсь за эту информацию. Внезапная проверка...

Что-то это мне напоминает. Как на меня налетели. Только не получилось. Совпадение?

Из садика я практически выползаю. Усталость давит на плечи. Вместе с Ирой мы закрываем помещение.

Я ввожу код от сигнализации, помощница — закрывает на ключ. Малышки недовольно сопят в коляске.

Да, сегодня я ухожу намного позже, чем обычно. Уже темно и прохладно. Хочу скорее добраться до машины.

— Кать.

Я чертыхаюсь, прижимаю ладонь к груди. Рустам напугал меня. Я совсем забыла.

Точнее... Помнила. Но замоталась и тревога успела выветриться из головы.

А теперь фигура из темноты — такое себе зрелище.

— Испугал? — мужчина сразу понимает. — Прости. Я ведь говорил, что буду ждать.

— Да, я... — я взмахиваю рукой. — Что там такое срочное было?

— Думаешь, говорить на улице лучшая идея? Садись в машину.

— А как я потом...

— В свою машину. Я вас довезу, а за мной водитель приедет. Почти рабочая схема, не так ли?

Почему-то в моей машине мне спокойнее. Есть иллюзия безопасности. Что я хоть что-то контролирую.

— О чём ты хочешь поговорить?

Едва успев пристегнуться, спрашиваю я. Не хочу больше сомневаться и гадать, что у Рустама в голове.

Я прикрываю глаза. Пока мужчина думает — я даю себе передышку. Хоть немного тишины.

— Первым делом — деньги, — чеканит мужчина. — Ты воспитываешь моих детей. И я понимаю, что брать ты у меня ничего не хочешь.

— Правильно понимаешь, — бурчу я.

— Но это закономерно. Я не хочу, чтобы ты хоть в чём-то нуждалась. Сегодняшний день показал, что тебе нужна помощь.

— Что? Не нужна!

— Тебе нужно руководить садиком и смотреть за детьми одновременно. Явно не очень удобно.

— И что? До твоего появления я справлялась.

Хотя... Когда малышки были младше — было проще. Всего говорят, что первые месяцы самые сложные.

Но...

Это не совсем так. Близняшки спали много, хотя часто будили плачем друг дружку. Но у меня получалось ловить момент.

Во время сна — бегать по делам, проверять работников. Кормила и бумаги перебирала. Как-то я справлялась.

А вот сейчас малышки спят намного меньше. Поэтому и внимания требуют больше.

— Справлялась, — соглашается Рустам. — Но справляться — это не предел возможностей, не так ли? Могло бы быть лучше. Как минимум, можно нанять няню.

— Я не...

— Ты не можешь, я — могу. И раз я уже знаю о детях и занимаюсь их воспитанием, то платить за них — логичная вещь, нет?

— Возможно. Но...

— Я хочу дать моим детям всё. Ты сейчас против этого. Из-за старых, но заслуженных обид. Поэтому я предлагаю минимальный компромисс. Алименты.

— Я подумаю.

— Подумаешь? Я тебя не узнаю, Катюш. После нашего расставания ты меня на квартиру развела. А теперь — не хочешь малой помощи? Если тебя утешит, то официальная зарплата у меня сейчас не слишком большая.

— О, хочешь сэкономить на детях, Алиев?

Я подшучиваю. Так я пытаюсь справиться с нервозностью. Хочется гордо отказаться от помощи Рустама.

Но, раз он уже влез в нашу жизнь... То глупо будет отказываться.

Финансовая поддержка — это не шутки. Я действительно могла бы нанять няню для детей. И не так сильно думать, как распорядится деньгами.

Я не бедствую, конечно. Но до беззаботной жизни мне очень далеко.

— Ты сама мне позволяешь экономить, — усмехается Рустам. — Иначе спокойно бы взяла мою карточку и пошла тратить. Подумай, опустошить мои счета — отличная форма мести.

— Подумаю, — хмыкаю я. — Ладно, я согласна. Раз уж мне придётся терпеть тебя, то хоть компенсацию получу.

— Теперь я тебя узнаю.

Мужчина улыбается довольно. Машина останавливается на светофоре. Рустам тянется за своим телефоном.

А я захожу в переписку. Там обсуждаю возможное сотрудничество с дизайнером детской одежды.

Мы договорились ещё на благотворительном мероприятии. А теперь пытаемся найти удобную дату для обеих.

Едва увидев новое уведомление, я вскрикиваю:

— Рустам, что ты мне прислал?!