Глава 34

Диля. Бывшая подруга. Которой я доверяла. Которая была для меня один из самых близких людей.

Диля. Сестра второй жены Рустама. Которая хотела избавиться от моих детей.

Две таких разных личности в одном теле. И теперь Диля спешит ко мне быстрым шагом.

Словно холод пробирается под мою кожу. Я вздрагиваю. Сжимаю пальцами край стола.

Мне очень хочется уйти. Я не думала, что в городе можно столкнуться с ней. И не готова к разговору.

Я не злой человек. Но скорее всего — просто стукну эту змею.

Её окликают. С ней зашло ещё две женщины постарше. С очень строгим лицом. Но Диля не тормозит.

Она действительно спешит ко мне. И на её лице сменяются десятки эмоций за секунду.

— Катя, — её голос подрагивает. — Нам нужно поговорить.

Диля одновременно звучит и умоляющие, и напористо. Смотрит решительно на меня.

— Нужно? — я переспрашиваю. — Нет, я так не считаю.

— Мы были подругами, Кать. Ты можешь уделить мне несколько минут. Ты должна!

Каждое её слово занозой врезается в душу. Как она смеет упоминать нашу дружбу?

Дрожь злости проходит по телу. Я приподнимаю голову. Усмехаюсь горестно.

— Друзья? Мы? — я наклоняю голову. — Когда именно, Диль? Когда ты меня на аборт отправляла? Или когда свою сестру подкладывала под моего мужа? Или угрожала...

— Ты мне тоже угрожала! И я просто делала то, что нужно. Для выживания. Ты не знаешь, какого в нашей семье...

— А мне всё равно Диль. Иди обратно к своей семье.

— Нет.

Она немного взвизгивает. Всё тело девушки напрягается. Нервно сглатывает. Её глаза начинают блестеть.

— Останови его, — просит шёпотом. — Просто останови.

— Кого? — я хмурюсь.

— Рустама! Не говори, что не знаешь. Но он... Его нужно остановить. Он уже переходит грань.

Я поджимаю губы. Не представляю, о чём говорит девушка. Но... С другой стороны...

Я догадываюсь. Рустам обещал разобраться со всеми, кто причинил мне боль.

Он уже посадил женщину, которая поставила мне ненастоящий диагноз. Теперь принялся за других?

Вглядываясь в лицо Дили, я прищуриваюсь. Девушка выглядит усталой. С бледным лицом, огромными тёмными кругами под глазами.

Она нервно крутит кольцо на среднем пальце. Подрагивает.

Но у меня нет к ней жалости. Не чувствую ровным счётом ничего. Кроме ненависти.

— Он уже отправил Лейлу куда-то, — она прикусывает губу. — В какой-то... Мне даже страшно представить, где она. Ей ничего не разрешено. Даже связываться с семьёй. Она там с маленьким ребёнком, в диких условиях...

— Отправил после того, как она родила от другого? — я уточняю. — А ребёнка на него хотела повесить?

— Да! Ну и что? Это было в прошлом! Она просто глупая и маленькая была. Она хотела...

— Диль, мне откровенно плевать на твою сестру. Уж извини. Рустам давно говорил, что её отправили подальше.

— Да! Но теперь... Теперь Алиев поговорил с моим отцом. Он взбешён. И... Меня тоже могут куда-то отправить. Хорошо, если просто к тёткам на перевоспитание. Но если замуж... Я хочу просто жить!

— Мои дети тоже хотели жить, Диляра. Помнишь, как ты их убить пыталась? Расчищала дорогу своей сестре.

— Мне жаль. Очень жаль.

Диля лихорадочно шепчет. Тянется к моей руке, но я отшатываюсь. Мне неприятна её близость.

Злость и ненависть разъедают душу. Говорят, нужно прощать своих врагов?

Бабушка бы точно так сказала.

Но я, наверное, слишком слабая для подобного. Не могу представить, что когда-то прощу, забуду.

Повернись всё иначе...

Я бы потеряла своих малышек.

— Я не могу остановить Рустама, — произношу я чётко. — И не уверена, что хочу. Мы все отвечаем за свои поступки.

— Я сожалею. Я просто хочу, чтобы всё успокоилось... У тебя же всё нормально теперь. И я хочу...

— Тогда найди способ справиться с этим сама. Раньше ты была довольно сообразительной.

Я поднимаюсь со стула. Расплачиваюсь за нетронутый чай. Я беру свои вещи, ровняюсь с Дилей.

— Не смей ко мне больше подходить, — цежу. — Иначе Рустама я буду просить о другом.

Диля вздрагивает. В неверии смотрит на меня. Не узнаёт. Хорошо, я сама себя не узнаю.

Вот только когда дело касается моих детей — я становлюсь жестокой. Я могу простить своих обидчиков.

Но не тех, кто тронул малышек.

Я ухожу из кафе. Оставляю Дилю позади. И, кажется, свои эмоции тоже. Страх, ненависть, презрение.

Всё остаётся в том кафе, покидая мою душу. Я чувствую лёгкое освобождение.

И к своим девочкам бросаюсь с улыбкой.

— Мои хорошие, — улыбаюсь им. Киваю Ангелине. — Привет.

— Привет. А ты чего здесь? — девушка поглядывает на кафе. — Разве мы не...

— Давай поменяем место? Здесь не очень позитивные гости. Привет, Иль.

Я улыбаюсь сыну подруги. Он протягивает мне ладонь, я даю пять. Пока мы загружаемся в машину, я решаю набрать Рустаму.

Я не жаловаться хочу. А просто сообщить, что происходит. И услышать его голос.

— Да, — в его тоне намёк на улыбку. — Уже соскучилась?

— Вроде того, — я прикусываю губу. — Просто... Я решила, что ты должен знать. Ко мне Диля подходила.

— Диляра?

— Да. Она просила остановить тебя. Что ты что-то с её отцом решает. Она тебя боится.

— И правильно делает.

Рустам отрезает резко. И я с ним согласна. Я знаю, что Алиев может быть пугающим. Я сама его боялась.

Долго. Сильно.

Но больше... Нет, ни капли. Сейчас я даже немного наслаждаюсь его тяжёлым характером.

Потому что рядом с ним я чувствую себя защищённой. И знаю, что девочек наших тоже никто не обидит.

Рустам просто не позволит.

Мы с Ангелиной сидим достаточно долго. Болтаем обо всём, делимся последними новостями.

Я никак не ожидала, что она сойдётся с бывшим. Она указывает на то же. Мы понимающе улыбаемся друг другу.

За это я обожаю Ангелину. Она классная, забавная и без осуждений. Она легко поддерживает мои решения.

— Было бы забавнее, — шепчет она. — Если бы вы встретились на быстрых свиданиях.

— Не напоминай, — я смеюсь. — Тогда бы я его прибила просто. С удовольствием.

— А что поменялось?

— Не знаю. Со временем просто. Будто Алиев... Он понемногу выстраивал доверием между нами. Близость. Он шаг за шагом вмешивался в мою жизнь. И при этом делал её лучше. Понимаешь?

— Очень понимаю. Ильяс, даже не думай скормить девочкам торт!

Сын Ангелины резко поднимает ладони вверх. Ложка падает, мальчик смеётся. Строит невинные глазки.

В общем, день был наполнен смехом и развлечениями. Расходиться совсем не хотелось.

Но пришлось. Девочки устали, хотели играться дома. Ильяс тоже напоминал про какую-то свою игру на ноуте...

В общем, разошлись. С обещанием встретиться в скором времени. Сложно дружить, когда вы живёте в разных городах.

Рустам присылает водителя. Но его дома ещё нет. Какая-то затяжная встреча.

Девочки настолько умотались, что они засыпают быстро. Я вздыхаю. Проснутся они тоже рано.

Скорее всего — среди ночи.

Отлично, будет шанс испытать Рустама на прочность. Отправить его, раз другие ночные вылазки он пропустил.

Я кручусь на кухне. Занимаю себя готовкой. Помешиваю грибы на сковородке, когда слышу щелчок.

Рустам вернулся.

— Ммм, как пахнет, — он быстро вычисляет меня. — Что готовишь?

— Жюльен, — я добавляю курицу. — Голодный.

— Немного. Но нужно было сказать, Катюш, что кушать хочешь. Или просто самой заказать.

— Я не голодна. Я просто... Захотелось.

Обычно у меня не много времени на готовку. А здесь — свободный вечер. И мне захотелось поколдовать.

Бросаю взгляд на Рустама. Он отвечает мне тем же. В его взгляде я читаю усталость, перемешанную с нежностью.

— Подождать нужно будет ещё полчаса, — предупреждаю я.

— Отлично.

Мужчина усмехается. Он подходит ко мне, обнимает со спины. Его губы касаются моей шеи.

Я вздрагиваю от этого жаркого прикосновения. Таю за секунды, пока даже сердечко перестаёт биться.

Я прикрываю глаза, наслаждаюсь моментом. Искорки рассыпаются по коже. Рустам обнимает крепче.

Губы мужчины скользят. Ладони поглаживают низ живота. Дыхание ласкает.

— Устал? — уточняю я хрипло.

— Немного, — шепчет. — Нормально.

Я разворачиваюсь, укладываю руку на его щеку. Чуть поглаживаю, наслаждаюсь ощущением щетины под пальцами.

Делаю первый шаг. Приподнимаюсь, касаясь его губ. Всего на секунду. После отскакиваю.

— Всё сгорит, — возмущаюсь я.

— Какая у меня злая девочка, — посмеивается Рустам. — Сначала раззадорит. А после сбежит.

— Я? Это ты начал приставать.

— Так я и не прекращал.

Я угрожаю ему лопаткой. Рустам посмеивается. Почему-то не воспринимает угрозу серьёзно.

Но не мешает. Наоборот, он спрашивает, чем может помочь. Достаёт форму для запекания. Включает духовку.

Краем глаза слежу за ним. Я не могу себе отказать в таких мелочах.

Поэтому я и замечаю, как мужчина кривится. Упирается ладонью в столешницу. Другой ладонью он касается затылка.

— Тебе плохо? — я сглатываю. — Голова болит?

— Ничего такого, — отмахивается он. — Сейчас выпью обезболивающе.

— Уверен? У тебя она раньше постоянно болела тоже.

— Не болит она. Порядок, Катюш. Ничего такого, как было раньше. Честно.

Рустам подходит ко мне. Целует в макушку, обнимает крепко. Так сильно, что дыхание перехватывает.

Но при этом я не спорю. Наслаждаюсь теплом.

Лишь после Рустам находит заполненную аптечку. Пьёт лекарства. А я странно кошусь.

С каких пор у мужчины столько таблеток? То есть, там всё базовое. Обезбол, от горла...

Просто обычно Алиев был из тех, кто "само пройдёт".

Отмечаю это изменение. Я, как по пазлам, складываю новый образ Рустама.

— Катюш, — его шёпот звучит над ухом. — Я тебя больше никогда не отпущу.

— Да? — я откидываюсь на его грудь. — И ты это говоришь, потому что...

— Просто. Не допущу старых ошибок. Новых тоже.

Моё сердце замирает от этих слов. Рустам проводит пальцами по моей руке. Сплетает наши пальцы вместе.

Его обещание звенит в голове.

И я...

Я верю Алиеву.