Глава 35

Возвращаться с отпуска всегда сложно. Даже если несколько дней пропустил.

С утра в садике меня ждёт куча работы. Моя помощница крутится рядом. Сообщает, что случилось за два дня моего отсутствия.

Мероприятие, на которое мы ходили с Рустамом, помогло. Несколько новых заявок.

Я занимаюсь расчётами. Это теперь моя постоянная задача. Прикидываю, сколько ещё времени я протяну.

С новыми заявками — немного легче. Прогноз оптимистичный. Я очень хочу справиться.

Это моё детище. Моя мечта. И я делаю всё, чтобы не потерять собственный бизнес.

Я лично провожу экскурсию двум мамочкам. Показываю всё, рассказываю. Мы общаемся очень долго.

Мне даже приходится обсудить некоторые сплетни. Обо мне. Нинель была права.

Никто не хочет связываться с разлучницей. Нас видели вместе с Рустамом. А у него — кольцо. И...

В общем, говорю я много. Объясняю, что мы бывшие. Ну, почти.

— Мы взяли паузу, — адаптирую я историю. — По личным причинам. Теперь — пробуем снова.

— Двое детей у вас, да?

— Двое малышек.

Я киваю, улыбаюсь, объясняю. С одной стороны, никого не касается наша история. С другой...

Все любопытные. И лучше я расскажу сама, чем люди придумают свою историю.

Надеюсь, правильные слухи разнесутся. И после этого подобных вопросов станет меньше.

Я ощущаю себя лучше, когда разгребаю основные дела. Счета откладываю в папку. Просмотрю позже ещё раз.

Теперь рутинная работа. А ещё... Алмазов меня больше не беспокоит. Рустам разобрался и с этим.

Кажется, Алмазов сейчас занят тем, чтобы разобраться с бизнесом. Вернуть утерянный проект от мэра.

Обидно ли мне? Немножко. Сама я не смогла справиться. Но некоторые мужчины понимают только грубую силу.

— Да, Мария, — я отвечаю на звонок нянечки. Которая с моими дочками гуляет. — Всё хорошо?

— Да, вы не беспокойтесь, — отвечает она взволнованно. — С девочками всё хорошо. Но...

— Но?

— У Киры появилась сильная сыпь. Я ничего ей не давала нового! Я подумала... Может, её к педиатру отвезти? У меня есть знакомая в больнице хорошей. Сможет принять прямо сейчас.

Слова Марии заставляют сердце сжаться от страха. Аллергия? На что? Почему?

Страх скребёт, отравляя беспокойством всё сильнее. Я понимаю, что это излишняя реакция, но успокоиться не могу.

— Конечно, — соглашаюсь я. — Отвезите. И сбросьте мне адрес, пожалуйста. Я сейчас подъеду.

Сообщаю помощнице, что меня до конца дня не будет. Важные звонки прошу переадресовывать на мобильный.

Запрыгнув в машину, я выдыхаю. Успокаиваюсь, сжимаю пальцами руль. Спешу к малышкам.

На светофоре я тянусь за телефоном. Вспоминаю, что я не один родитель. Больше нет.

Поэтому я сообщаю Рустаму о случившемся. Он обещает, что скоро подъедет. Хотя в этом нет острой необходимости.

— Ты едешь, — приводит он аргумент. — И я тоже. Я хочу знать, что наши девочки здоровы. Надо обследовать.

Я усмехаюсь. Точно. На что я вообще надеялась? Рустам слишком внимательным в плане здоровья.

Может, это связано с его благотворительностью? Ведь мужчина организовывает лечение для деток из бедных семей.

Это влияет, каким бы чёрствым ты ни был.

В любом случае беспокойство лишнее. Я приезжаю в больницу первой, прижимаю к себе Киру.

Я выслушиваю рекомендации педиатра. Возможно, что это отложенная реакция.

Что-то из новых продуктов, которые попробовала дочь. Нужно ненадолго отказаться от них. А после вводить постепенно, давая время для реакции.

После это всё педиатр повторяет и Рустаму. Он требует подробностей, хмурится. Внимательно всё запоминает.

Такой напряжённый и серьёзный, что я невольно улыбаюсь. Моё сердце трепещет от вида, какой он заботливый к нашим дочерям.

— Давай мне, — мужчина забирает у меня Киру. — Тяжёлая такая, да? Здоровая малышка.

— Уф.

— Уф, — соглашается он.

— Ау.

Это Дина начинает хныкать. Слишком много внимания её сестре. А малышка тоже хочет.

Я беру её, успокаиваю. Мгновенно отвлекаю на разрисованные стены. Дина успокаивается.

— Мария, вы свободны, — я улыбаюсь. — Я дальше с девочками.

— Хорошо.

Мы неспешно направляемся к выходу. Рустам умудряется держать дочь, толкать коляску и меня касаться время от времени.

Чертовски продуктивный.

Я замечаю, что некоторые из персонала узнают Алиева. Здороваются с ним. Я приподнимаю бровь.

— Благотворительность, — объясняет он коротко. — Мы для этой больницы всё делали. Всех невозможно обеспечить. Поэтому сосредоточились на этой.

— А, вот почему Мария сказала, что это отличное место.

— Возможно. И...

— Здравствуйте, Рустам Рамилевич.

Нас окликает пожилой мужчина с сильным акцентом. На нём белый халат, седые волосы зачёсаны назад.

Один из специалистов, которого привлёк Алиев. Видеть воочию это... Вдохновляет.

Что Алиев действительно старался. Не просто для галочки всё делал. Восхищает.

Потому что раньше я не знала, что мой муж настолько многогранный.

— Красивая у вас жена, — я улыбаюсь на комплимент. — Жаль, раньше не познакомились.

— Такова жизнь, — легко отвечает Рустам.

— Да-да. А себя как чувствуете?

— Отлично. Нам пора.

— Конечно, не буду задерживать.

Волнение понемногу исчезает с моих плеч. Соскальзывает, когда Рустам укладывает ладонь на мою талию.

Я прижимаюсь к нему в лифте. Выдыхаю.

Вроде и не нужно было его присутствие здесь... Но мне приятно, что мужчина приехал. С ним спокойнее.

— Ой.

Я вздыхаю, когда Рустам сажает Киру в детское кресло. Отдаю ему Дину, проверяю сумку.

— Я папку забыла.

Я так спешила взять дочь, что бросила папку на стол. А там мои расчёты.

— Пристегнёшь их? — прошу я. — Я сбегаю за папкой. Ты же разберёшься?

— Конечно, — выпячивает он грудь. — Я всё выучил.

— Спасибо.

Быстро целую Рустама в щеку. Я отправляюсь обратно. Хочется поскорее оказаться дома.

Я, оказывается, уже привыкла к Алиеву. Что мы вечера вчетвером проводит. А вчера был без него.

Мы вернулись в город. Рустам завёз нас домой. Мы все были уставшими, поэтому я отправила мужчину домой.

А сама... Уснуть долго не могла. С удивлением поняла, что действительно скучаю.

— Извините, — стучусь я в нужный кабинет. — Я забыла...

— Папку? Вот она.

Я благодарю педиатра, спешу обратно. Врач придерживает для меня дверь лифта. Выдыхаю.

Повторно здороваюсь с израильским специалистом. Он внимательно осматривает меня. Уже без той улыбки.

Меня это тревожит. Слишком резкая перемена.

— Что-то не так? — уточняю я.

— Нет, — он качает головой. — Просто не понимаю... Но это не моё дело. Хотя... Простите, вашим девочкам сколько?

— Восемь месяцев.

— А, тогда понимаю.

Я съёживаюсь. Это он на что намекает? Видел Рустама с Лейлой? Сделал свои выводы?

Я шумно выдыхаю. Устала от того, что прошлое постоянно преследует меня. Хочется с этим поскорее разобраться.

— Простите, — он нервно улыбается. — Я сделал неправильные выводы. Просто... Ну, обычно семья всегда вместе.

— Ну вот так, — я отвечаю грубовато. — Не получилось.

— Я понимаю. Конечно. Рустам Рамилевич не стал бы тянуть беременную жену в другую страну...

— А, вы про Израиль?

Мне становится легче. Алиев провёл там полгода, путешествовал. Бог знает почему. Видимо, там и завёл полезные знакомства.

Лучше, чем упоминание Лейлы.

— А вы познакомились... — начинаю я неуверенно.

— Да-да, в больнице. Я был его лечащим врачом.