Глава 18

Ника. – Да что с тобой не так, Ян?! Почему нельзя быть хоть чуточку вежливым? Мне приходится кричать ему на ухо, потому что мы стоим посреди танцпола, а музыка здесь в разы громче, чем у бара. – Как ты вообще тут оказался, и где мой брат? – Антон собирался найти твою сестру, – холодно отвечает мой подставной парень. – Смотрю, ты зря времени не теряла, золотце. Уже нашла кому продемонстрировать своё новое бельё. – Издеваешься? – вскипаю я. – Да я счастлива, что избавилась от общества Рабиновича. Терпеть не могу его таким. – Каким «таким»? – тон бывшего всё ещё холоден, и это настораживает. – Непробиваемым. Не понимающим отказа. Приставучим, в конце концов, – поясняю я. – Эй, ты в порядке? – слишком обеспокоенно спрашиваю я, замечая, что его скулы по-прежнему напряжены, а руки скрещены на груди. От Левицкого так и разит алкоголем, и я удивляюсь, ведь мой бывший всегда знал свою меру, и никогда сильно не напивался. Я и сама прилично выпила с Рабиновичем, и алкоголь только-только начинает кружить мне голову. Ян молчит, а выражение лица его отсутствующее. И это не даёт мне покоя. Что-то не так. Я поднимаю руку и касаюсь его щеки, нежно проведя по скуле к подбородку. И тут бывший приходит в себя, вздыхает и непринуждённо улыбается. – Думаю, что я прекрасно справился с ролью ревнивого бойфренда, да, золотце? – и снова его самодовольная ухмылочка. – Советую сменить профессию и поступить на актёрское мастерство, – обиженно отвечаю я. – И как тебя угораздило начать встречаться с таким идиотом? – С тобой же я встречалась, Левицкий. – Ха! Всё ещё не хочешь признать, что я лучшее, что было в твоей жизни? – нагло осведомляется бывший. – Ты слишком много на себя берёшь, пупсик. И за что ты свалился на мою голову? – возведя глаза к потолку, спрашиваю я. – Может, оставишь меня в покое? – Я ещё ничего не сделал, а ты уже нервничаешь, золотце, – улыбается он. – Может тебе дать успокоительное, вместо шотов? – Слушай, Левицкий, тебе не кажется, что в этом клубе слишком душно и тесно? – я машу рукой перед лицом, как будто стою под палящим солнцем в тридцать пять тепла. – Ах, нет, я ошиблась! Это твоя непомерная самооценка занимает всё пространство. И тут же мой взгляд перемещается на знакомую парочку, которая ругается в другом конце зала. – Твою ж… Добром это не закончится. Хватаю ничего не понимающего псевдо-парня за руку, и тащу прямиком к Антону и Ксюше. И как только мы подходим почти вплотную к ним, я слышу срывающийся крик брата: – Ну конечно же! Я был в Германии, а он был здесь, – заплетающимся языком произносит Антон. Да он же не просто напился, а нажрался. – Я был на практике всего полгода, Ксюша! Не могла потерпеть?! – Тебя не было рядом! Мне было плохо и одиноко! А он был рядом всегда и поддерживал меня! – гневно отвечает сестра. – Поэтому ты раздвинула перед ним ноги? От скуки?! – Не смей обвинять меня! Если бы ты был рядом, ничего бы не было! – Эй, – решаю вмешаться я. – Прекратите орать на весь клуб. – Он почти что называет меня потаскухой! – огрызается Анисимова, но я вижу в её глазах слёзы обиды. – Потому что ты такая и есть! – рявкает Антон. Сестра срывается с места и несётся сквозь толпу к выходу. Я бегу за ней. Догоняю её только на улице. Оксана закрывает лицо руками и горько рыдает. Я приближаюсь и заключаю её в объятия. – Он не хотел этого говорить… – сочувственно произношу я. – Хотел, Ника. И ты меня считаешь такой же. Поэтому до сих пор не можешь простить, – хлюпая носом отвечает она. – Я сама ненавижу себя, за то, как поступила с Антоном. Думаю, что до сих пор люблю его… Но мы никогда не сможем быть вместе из-за наших семей. – А Егора ты любишь? – Мне хорошо с ним. Он заботится обо мне. – И этого достаточно? – Не знаю, – пожимает плечами сестра. – Наверное. В любом случае это уже не важно. Скажешь девочкам, что я уехала? – Ты в отель? – Да, – Ксюша выставляет руку, чтобы поймать попутку. – Хочу побыть одна. – Ладно. Когда такси останавливается, и мы с сестрой обнимаемся на прощание, на улицу выходят Ян и Антон с нашими вещами. Оксана, бросая взгляд на брата, спешит сесть в машину. – Я должен извиниться перед ней, – шепчет Антон и успевает сесть в такси до того, как машина трогается с места. – Твою за ногу! – бранюсь я. – Теперь они точно переспят и будут страдать ещё больше. – Не завидуй, Жуковская, – с губ бывшего срывается издевательский смешок. – Весело тебе? Смешно, да? – Очень. – Конечно, Левицкий, тебя же интересуешь только ты сам. До других дела нет. Что ты сказал Антону, из-за чего мой брат решил бежать за Ксюшей и извиняться? – Сказал, чтобы делал то, что ему хочется. И что он вправе поступить с Егором так же, как тот поступил с ним. – То есть ты, сказал моему брату, чтобы он пошёл и переспал с Анисимовой перед её свадьбой? Ты в своём уме, Ян? – я уже не могла сдержать злость. – Ты же сам постоянно твердишь, что прошлое должно оставаться в прошлом! – Да, и до сих пор так считаю. Но секс после расставания часто помогает расставить окончательные точки и отпустить. Я фыркаю в ответ. Мужчина, замечая, что дрожу от холода, пытается накинуть на меня моё пальто, которое всё ещё держит в руках, но я отталкиваю его. И спотыкаюсь, теряя равновесие. Тут же оказываюсь в крепких объятиях своего псевдо-парня. – Да ты пьяна, золотце, – хмурится он. – Давай вызовем машину, и я отвезу тебя домой. – С чего вдруг такая забота? Я не хочу домой. Я хочу танцевать, пить и веселиться, – упрямо и по-детски топаю ногой. – А если я пообещаю тебе, что мы потанцуем, выпьем и повеселимся дома? – хитро говорит бывший. – Признавайся, хочешь напоить и изнасиловать меня? – сощуриваюсь я. Видимо, выгляжу настолько смешно и глупо, что Ян разражается хохотом. – Хочу спасти того несчастного, которому ты хотела продемонстрировать своё бельишко, – вдруг с серьёзным лицом добавляет он. – Ах так? Да пошёл ты в баню, Левицкий! Я опять пытаюсь оттолкнуть мужчину, который всё ещё крепко обнимает меня. Но бывший настойчиво продолжает держать меня одной рукой, а второй вызывает такси. Когда машина подъезжает, Ян властно заталкивает меня на заднее сиденье и сам садится рядом. – Я с тобой никуда не поеду, отпусти меня! – злобно шиплю я. – Помогите, этот извращенец удерживает меня силой! – жалобно прошу я водителя. Таксист оборачивается и на его обеспокоенном лице читается удивление. Левицкий закатывает глаза, и доставая свой телефон, показывает водителю что-то на экране. – Вот видите, всё в порядке. Она моя девушка. Выпила слишком много и не хочет домой. Нам на Заставскую сорок шесть. Жилой комплекс «Московские ворота». Таксист кивает и отворачивается, вбивая адрес в навигатор. Я пристыженно поворачиваюсь к бывшему. – Откуда ты знаешь адрес моего брата? – спрашиваю на ухо. – Антон сказал, – пожимает плечами мужчина. – И что ты показывал в своём телефоне водителю? – Будешь хорошо себя вести, Жуковская, узнаешь. И бывший снова играет со мной в свои, одному ему известные игры. Машина трогается с места, и я глубоко вздыхаю, удобнее располагаясь на заднем сиденье. Мне страшно из-за того, что ситуация снова опасная. Я боюсь остаться с Яном один на один в пустой квартире. С другой стороны, я хочу этого так сильно, как не хотела никогда в своей жизни. Потираю переносицу и решаю – делай, что должно, и будь что будет.