Глава 11. Марика

– Ничего себе, пораньше отпустили! Хотя куда тебе работать с такими руками? Чего не уходишь? – спросила Вика. Со мной тут немногие так спокойно общались. Все же, я была на должности шеф-повара, то есть, руководила всем этим. Вика же просто оказалась, наверное, самой простой и в некотором роде бесцеремонной. – Я обещала эклеры на завтрак. Сейчас быстренько сделаю и потом уже со спокойной душой домой. Вот брат с дочерью обрадуются, что я так рано. Как раз смогу провести с ними время. Все же, этих мгновений с моей работой очень не хватало. – Да у тебя на руках места живого нет. О чем речь вообще? Вот ты неугомонная! Подождали бы твои эклеры. Не неугомонная, а профессиональная. Я бы не смогла пройти путь от простой помощницы повара до шефа в этом доме, если бы вот так вот забивала на свои обязанности. Если уж я сказала, что все приготовлю, то так оно и будет. – Ничего, потерплю. Вика закатила глаза, а потом просто взяла мои руки и еще раз перебинтовала их. Я молча наблюдала за ее движениями. Из нее вышла бы прекрасная медсестра или врач. Заботливая, с четкими нежными руками и отвратительным, но в глубине души добрым характером. Вика была стервой, но при этом делала свою работу на отлично. Тот случай, когда такой человек не провалится в эмоции и сострадание, но помогать не перестанет и не начнет делить людей на хороших и плохих. При этом о себе не забудет, а я уже поняла, что сердобольность и включенность в страдания окружающих – это пути в никуда. Вика закатила глаза и ушла выполнять свои обязанности. Я же окунулась в приготовление эклеров, не в силах прогнать мысли о Беркуте. Надо же, как жизнь повернулась… Какова была вероятность, что я встречу его здесь? Близкая к нулю. Тем не менее он тут, совсем рядом. Смотрит осуждающе, делает вид, что презирает и брезгует. Я не могла его осуждать. Я собственному брату не рассказывала ни слова про работу. Зачем ему знать подробности? Подростковый максимализм не дал бы ему смотреть на вещи адекватно. А мне только его истерик и не хватало. Не дай Бог, еще кинется защищать мои якобы попранные честь и достоинство. А то статей про этот дом, полный разврата, предостаточно. Хорошо, что я эту информацию не искала, и лишь потом ребята рассказали всю правду. Точнее, ту правду, что преподносила желтая пресса. А там было что почитать… Так вот не удивлюсь, если Беркут сочтет меня многоопытной куртизанкой с извращенными амбициями. Даже судить его за это не буду! Первый раз я оказалась перед ним нагая в костюме эскортницы, а второй – одетая как девка из секс-шопа, хоть и якобы в приличном обществе. Да я бы сама в жизни не поверила в то, что я приличная девушка и мать. А доказывать ему что-то нет никакого желания. Ну, его и мысли о нем! Через час эклеры были готовы. Я достала их из духовки и начинила свежайшим кремом разных вкусов. Самой понравился результат. Впрочем, как и всегда. Пошла одеваться. Точнее, раздеваться, снимая с себя все вот это. Потом мне вызовут такси, и я поеду домой. И, дай Бог, с Беркутом больше не встречусь. Ребята сновали вокруг без отрыва от работы. Носили и выносили столовые приборы и тарелки, мыли, чистили, наводили порядки. Этот дом требовал очень много внимания. А все потому, что стиль, в котором он был отделан, напоминал что-то весьма витиеватое. Я не разбиралась в дизайне интерьера, но знала, что это что-то близкое к барокко, но более современное, что ли. Эдакое смешение несмешиваемого. Но смотрелось классно. А мы, одетые в странную форму, что подчеркивало атмосферу, идеально вписывались словно живые статуэтки. Еще же и легкий макияж со сценическим гримом у некоторых… Я шла по коридору, думая о превратностях судьбы. О том, как сначала оказалась в объятиях Кирилла, чтобы заработать денег своим телом, а потом и тут… И снова в весьма спорной ситуации. Именно в этот момент я сперва почувствовала ЕГО присутствие, а потом и ощутила. Меня грубо толкнули к стене и прижали. Ладонь мужчины опустилась на горло, сдавливая его. Не больно, но словно фиксируя меня. – Не ожидал тебя тут увидеть, Мари. Все же, я искренне полагал, что ты не такая. Из моих легких весь воздух вышибло. Беркут смотрел на меня, словно был каменным холодным изваянием. Я дернулась, но хватка лишь усилилась. Без боли, но как-то очень унизительно. – Пусти! – прохрипела я. И он отпустил. Мы зависли друг напротив друга. Такие разные, такие… Чужие друг другу. Я не представляла, что мне делать! Но в какое-то мгновение просто развернулась и пошла дальше. С надеждой, что никто не последует за мной следом.