Глава 21. Марика

Злость на себя, на Беркута и в целом на весь мир медленно разъедала меня. Держа в руках объемную сумку, я старалась не шуметь, заходя в нашу комнату. Коммуналка – дело такое… Рано или поздно из-за режима работы я не могла не стать предметом обсуждений, но еще никто не осмеливался высказать предположения мне в лицо. Тем не менее я всегда очень старалась не акцентировать внимание на этой особенности своей деятельности. Ну, подумаешь, по ночам лазаю. Кто так не делал? Подавила желание хлопнуть старой входной дверью так, чтобы штукатурка обсыпалась. Эмоции били через край, и я никак не могла успокоиться. Моя жизнь рушилась. Такое уже было, только совершенно в другом ключе. Несколько лет назад, в то время, когда я гонялась за деньгами на операцию брата, когда потом таскала его по реабилитациям, когда узнала о беременности… Это напоминало огромный блендер, что сожрал меня. Где надо цепляться за жизнь из последних сил. Это казалось чем-то, где я балансировала в миллиметрах от лезвий. Но сейчас… Сейчас происходило нечто зловещее. Что ни шло ни в какое сравнение с тем, что случилось тогда. Потому что я не представляла, что мне делать с новым раскладом. Вообще. Тогда все виделось сложным, но хотя бы понятным. Вот проблема! Смотри на нее, иди и решай, вперед навстречу приключениям. Это потребует сил, но ты ведь справишься, Марика, ты сильная! У тебя нет ни одного варианта не быть сильной! А что сейчас? Неопределенность сидела на неопределенности и неопределенностью погоняла. Да как же это достало, не успев начаться! – Ты, наконец-то, пришла! Из тени вышел брат, и я вздрогнула. Псих, что ли, совсем так меня подкарауливать? Посмотрела в его сосредоточенное лицо и едва не застонала. Тем не менее нашла в себе силы сказать: – Леша, сейчас не лучшее время… – Я считаю, что тебе надо уволиться из этого места! Ты сможешь найти другую работу, я тоже найду подработку и… Мой немного сумасшедший смех разнесся по комнате зловещим предзнаменованием. Брат осекся. А я сейчас поняла, что мне надоело беречь его чувства. Вот достало. Человек жил в плену каких-то розовых пони, и хоть я искреннее старалась его воспитывать в меру своих возможностей, но, судя по всему, немного просчиталась в части оберегания от реальности. Поздно ли теперь думать об этом? Жизнь все равно догонит так или иначе, сколько от нее ни беги. Это факт. Наверное, в этом элементе фатальности я была с хозяином согласна. Плюхнула коробку на стол со звонким звуком. – Что это? – спросил испуганный маленький мальчик, что пытался казаться мужчиной. – Мой расчет. Ты же хотел, чтобы я уволилась? Так вот… Твое желание сбылось, Леша. Теперь у меня нет удобной по времени высокооплачиваемой работы. Теперь мне надо искать ее снова, но боюсь, именно такого предложения с учетом наличия маленького ребенка я не найду. И ведь я, правда, уже успела прошерстить с десяток объявлений по профессии. Но проблема была в том, что двенадцатичасовой график мне не подходил, а частным поваром я идти побаивалась. Я знала, что с ними случается, особенно с такими, как я. Видела и чувствовала, что могу уйти на смену и не вернуться. Моя внешность только у хозяина играла на руку. Во всех остальных случаях превращалась в проблему. Не говоря уже про то, что я не имела права разглашать последнее место работы. И хоть мужчина рассчитал меня во всем правилам и выдал неплохую подушку безопасности… Мне ли не знать, как это временно? Особенно имея маленького ребенка и брата без работы. Устало сказала: – Иди спать, тебе на занятия завтра. Я сама отведу дочь в сад. Он отмер. Зашевелился как червяк, пытаясь что-то сказать и сделать. Мне лишь хотелось, чтобы меня оставили в покое. Что в этом сложного?! Судя по всему все. – Так это же хорошо! Теперь ты найдешь нормальную работу и… – Нормальную? Ты сейчас серьезно? Леша, вырастай! Ни ты, ни я не можем сейчас рассчитывать на нормальную работу. Ты, потому что учишься на бюджете в сложном и престижном заведении. Тебя попрут из него при первой же возможности. А я слишком молода и мать-одиночка. Тот график, что мне удобен не будет оплачиваться так… – Но у нас же есть сбережения… – было заикнулся он, но под моим гневным взглядом угас. Кажется, до него начало доходить, что моя страшно неприличная работа была не такой уж и плохой. Не стала с ним спорить. Я так устала! Я хотела спать. Минуя брата, пошла к дочери. Я дам себе день. Один день на то, чтобы прийти в себя, а дальше посмотрю, что можно придумать.