Глава 27. Рома

Густой запах пива и жареных крылышек ударяет в нос сразу, как только я переступаю порог бара. Пятница, вечер — классика. Встреча старых друзей: трёх мужиков, которым не хватает до тридцати пары лет, и у каждого своя правда жизни.

Бар "Неон" стал нашим убежищем, местом, где можно сбросить с себя маски, надеваемые для офиса и прочих социальных ритуалов.

Кирилл и Егор уже сидят за нашим обычным столиком в углу. Кирилл, как всегда с видом образцового семьянина, потягивает светлое пиво. Он выглядит так, будто выиграл в лотерею под названием "семейное счастье".

Егор, напротив, излучает беспечность и уже нацелился на виски. Вечный холостяк, сменивший больше девушек, чем я носков. Он считает, что серьёзные отношения – это добровольная тюрьма. Я где-то посередине. Я не против подобной тюрьмы, но пять лет назад я решил, что это не для меня, и так и не нашёл себе достойную камеру-одиночку.

— О, явился, не запылился, – ухмыляется Егор, когда я плюхаюсь на свободный стул. — Я уж думал, опять работа тебя в плен взяла.

— Да ну её, эту работу, — отмахиваюсь я, жестом подозвав официанта. — Мне двойной виски. И побыстрее.

— Что-то ты сегодня не в духе, — замечает Кирилл, внимательно разглядывая моё лицо. — Что стряслось?

Я залпом осушаю половину виски. Горячая жидкость приятно обжигает горло, отвлекая от навязчивых мыслей.

— Да всё как обычно, — неопределённо буркаю я. – Работа, дела… – и тут же осекаюсь, едва не выпалив имя Катьки. Но Кир не был бы моим другом, если бы не умел читать между строк.

— Что с Катей? — спрашивает он, будто прочитав мои мысли.

— А что с ней? — включаю дурачка, делая вид, будто вообще не понимаю, о ком речь.

Кир лишь молча выгибает бровь, отпивая пиво. Его взгляд говорит: "Не валяй дурака, Ромыч, я тебя как облупленного знаю".

— Да ничего, — сдаюсь я, признавая поражение. – Ничего хорошего. Я как идиот. Вроде и понимаю, что не надо, это прошлое… Но ничего не могу с собой поделать. Накрыло меня опять, как цунами.

Пять лет. Всё это время я намеренно избегал серьезных отношений. Вместо этого погрузился в бизнес. Пахал на износ. В перерывах встречался с девушками, но ни одна не задерживалась рядом надолго. Все они были лишь тенью Смирновой, блеклой копией той, которую я когда-то любил.

— Погоди, — хмурится Кирилл. — Я что-то совсем запутался. На базе отдыха, мне казалось, у вас всё на мази.

Я замолкаю, пытаясь подобрать слова. Знаю, о чём он. Эта чёртова база отдыха… наш спонтанный секс, который лишь разворошил очаг.

Но Катя оттолкнула меня, выбрав позицию страуса.

Ничего не было, и всё в прошлом…

— Ну да, — пожимаю я плечами. — Было дело. Она меня сторонится, как от чумного. Не доверяет. Боится, наверное, что я ей мстить начну за все эти годы. У неё там какие-то с бывшим мужем непонятки. Прессует он её.

— Так выясни, чего он от неё хочет,— советует Кирыч. — Чего тебе стоит?

— Да, сам об этом думал, – соглашаюсь я. – Сейчас как раз этим вопросом и занимаюсь. Правда, до конца не понимаю, на кой оно мне надо? – я залпом осушаю свой стакан.

Егор непонимающе переводит взгляд то на меня, то на Кира.

— Стоп, стоп, стоп, — перебивает меня Егор, округлив глаза. — Катя? Та самая? А что, она вернулась?

Я киваю, допивая остатки виски.

— Работает у меня теперь, — поясняю я. — Помощницей.

— Вот это поворот, — на лице друга читается неприкрытое удивление. – Это что, такая изощрённая месть с твоей стороны? Или ты мазохист? — хмыкает Егор.

— Да вы все сговорились, что ли? — возражаю я, со звоном поставив бокал на стол. – То один, то другой…

В воздухе повисает тишина, музыка в исполнении рок-группы играет фоном и слышна где-то на периферии слуха. Парни, конечно, помнят мою историю с Катей. Это первые мои серьёзные чувства, а потом – моё самое большое разочарование. Пять лет назад она не нашла ничего проще, чем просто свалить в родной город и выйти замуж за какого-то хмыря.

А теперь вот она снова здесь, в моём офисе, моя помощница.

— В любом случае ты делаешь только хуже, — продолжает Егор. — Только себе. Забудь ты её, Ром. Она тебя бросила, ушла к другому. Чего ты за ней бегаешь? Нашёл бы себе другую…

— Да легко тебе говорить, — огрызаюсь я. — Ты вообще в отношениях как свинья в апельсинах.

— А мне и не надо, — отрезает Егор. — Я свободен и счастлив. И тебе советую. Забудь про Смирнову. Она закрытая книга.

— Вот не слушай ты его, — подаёт голос Кирилл. — Егор, ты как всегда в своём репертуаре. Ром, дай ей время. Может, она просто боится снова обжечься. Может, ей нужно убедиться, что ты серьёзно настроен.

— Да в чём тут серьёзность? — почти рычу я, чувствуя, как голова начинает немного кружиться. — Серьёзность в том, что я до сих пор не могу видеть ни одну женщину, кроме неё? Или в том, что я намеренно не вступал в серьёзные отношения, обходясь мимолетными, удобными? Кроме физиологии ничего. Ты хоть знаешь, каково это — тра@аться как робот? Это прикольно поначалу, а потом это приводит к тому, что ты теряешь навык чувствовать.

— Ничего подобного, — невозмутимо выдаёт Егор. — Да кому нужны эти чувства? Что в них хорошего? — продолжает заводиться, подзывая официанта.

— Погоди, Егор, хорош гнать, — вмешивается Кирилл, отрываясь от своего пива. — Ты всегда так говоришь, пока сам по уши не влюбишься. А потом будешь страдать, как щенок, и песни под окном петь.

Егор фыркает, но видно, что слова Кира его задели.

— Да не будет этого, — отрезает он. — Я научился не наступать на одни и те же грабли. Но Роме я всё равно не завидую. Сам себе создал проблему.

— Дело не в проблеме, — вступаю я в разговор, — Я пытаюсь вести себя профессионально, но, блин, это сложно. Она постоянно рядом, такая же красивая, такая же… Катя. И я не могу перестать думать, что было, о том, что могло бы быть.

Я делаю большой глоток виски, чувствуя, как алкоголь согревает меня изнутри.

— Ладно, — смягчается Егор. — Делай что хочешь. Только потом не жалуйся. Я тебя предупреждал.

— А я тебе говорю, — добавляет Кирилл, — попробуй поговорить с ней. Откровенно. Выясни всё. Может, она и сама не знает, чего хочет.

Мы сидим в баре ещё несколько часов, выпивая и обсуждая всякую ерунду. Кирилл рассказывает о дочке, жене, бизнесе, Егор – о своих последних завоеваниях. Я пытаюсь не думать о Кате, но это бесполезно. Она у меня в голове, как заноза в заднице. И хмель, овладевший мной, лишь усугубляет эти ощущения.

К концу вечера я уже прилично пьян. Слова путаются, мир кажется расплывчатым. Я помню, как попрощался с друзьями, как вышел из бара, как вызвал такси. Дальше – как в тумане.

Следующее, что я отчётливо помню – это как стою перед дверью её квартиры. Зачем я здесь? Что я собираюсь делать? Ноги сами принесли меня сюда. Я поднимаю руку и нажимаю на звонок. Сердце бешено колотится в груди. Я не знаю, чего ожидать. Но точно знаю одно: мне нужно её увидеть.

Дверь открывается, и на пороге появляется Катя. Она выглядит так, будто только что проснулась, но всё такой же чертовски привлекательной. На ней надета простая футболка и шорты, волосы растрёпаны. В животе всё сжимается от желания.

— Рома? Что ты здесь делаешь? — спрашивает она удивлённо.

Я молчу, не в силах вымолвить ни слова. Просто смотрю на неё, как голодный волк на добычу.

— Ты пьян? — догадывается она, громко выдыхая и обнимая себя руками, словно защищаясь.

— Возможно, — хриплю я. — Но я должен был тебя увидеть.

Я делаю шаг вперёд, и она отступает.

— Не надо, Рома. Уходи, — говорит она тихо.

— Не отталкивай, — настаиваю я.

Я протягиваю руку и касаюсь её щёки. Она вздрагивает, но не отталкивает меня.

— Ты не понимаешь, — шепчет она, глядя мне прямо в глаза. – Всё очень сложно. Я не люблю пьяных… Я их боюсь…

— Я не обижу… — отвечаю я.

И, не дожидаясь ответа, притягиваю её к себе и целую.