ГЛАВА 24

Тимур

Не успел я отойти от новости, что у меня вместо сына родится дочь, как Алёна подкинула для меня новую задачку на смирение.

Кто бы знал, что в скромной тихой девушке может быть столько сюрпризов? А семейная жизнь – вовсе не скучное болото, а полное ярких событий шоу!

Так вот, к слову о детях…

Конечно, я был не против и девочки, но все-таки, как и любой мужчина, в глубине души очень хотел сына. Вот что делать с девочкой? Косички плести я не умею, бантики завязывать тоже, в кукол играть даже не представляю себе как, да и юбочки-платьишки это не мое.

Куда лучше растить сына: собирать с ним конструкторы, гонять в машинки, пушки из пластилина лепить, в конце концов… Потом научить его разбирать тачки, передать семейное дело. Э, Котов, так ты скоро поймешь собственного отца.

Но не стоит о грустном.

В общем, уже как есть, буду, значит, учиться печь кексики и вышивать крестиком.

Я настолько привык к округлившемуся животику Алёны, что уже практически не представлял себе, как она выглядит без него. Привык заботиться о ней, помогать завязать шнурки, садиться в транспорт, целовать и гладить живот и придумать всякие забавные прозвища типа “бегемотик” или “мамонтик”. А ведь осталось всего ничего, и она снова станет худенькой, только на руках появится маленькая лялька. Обалдеть можно.

Так вот, когда Алёна рассказала про разговор с Николаем Павловичем, меня здорово тряхнуло. До сих пор она принадлежала исключительно мне, а я ей, и никто не вмешивался в наши отношения. Я настолько успел привыкнуть к этому, что впустить в нашу жизнь еще кого-то, кроме ребенка, оказался совершенно не готов.

С другой стороны, я прекрасно понимал, что моя мышка хочет большую семью, она сама не раз об этом говорила, так же как рассказывала о том, что мечтает найти своих родных родителей и посмотреть им в глаза.

Я даже подумывал попытаться помочь ей в этом, но все мои мысли и время были заняты обеспечением нашей семьи и открытием автомастерской.

Едва я официально объявил в клубе, что полностью передаю все права Королю, Макар перебесился и несколько раз заказывал у меня прокачку своего “audi”. Естественно, не бесплатно, а заодно притащил несколько друзей. И по факту мастерская еще не открылась, а первые клиенты уже были и заплатили аванс.

Собственно, на эти деньги мы с мышкой и жили последние пару месяцев. А звать кого-то в долю я передумал. Лучше раскрутиться не так быстро, понемногу, но самому, чтобы не было лишних проблема.

Конечно, немного повздорили с Алёной из-за Рязани. Я не понимал, почему он так привязался к моей Алёне, и даже немного ревновал. Вел он себя точно не как обычный начальник. В друзья лез. Или на что другое претендовал?

А что? Один раз он на молодухе уже женился, может, и на Аленькую глаз положил совсем не по-отечески? Хотя, судя по их отношениям, я прекрасно понимал, что он действительно видит в ней не более чем ребенка, требующего заботы.

Собственно, примерно такими же глазами на меня смотрел отец, когда возлагал великие надежды…

Еще совсем немного времени и усилий, и мастерская заработает в полную силу. Чтобы привлечь больше клиентуры, решил сделать официальное открытие. Пригласил через Макара друзей и, по правилу шести рукопожатий, народу должно было собраться просто немерено.

Мышкина рука уверенно лежала на моем колене, а я вцепился в руль, словно утопающий за спасительную соломинку. Вот вам и мажор, который привык быть на виду…

Вот последний поворот, и я уже вижу тачки гостей, припаркованные неподалеку от небольшого ангара, в котором я, собственно, и устроил свою автомастерскую. Конечно, он стоял немного поодаль от жилых домов, но парковаться там было особо негде для такого количества авто.

Если всё пойдет хорошо, то о деньгах можно будет не беспокоиться и заниматься любимой работой.

– Успокойся, котик мой! – в тысячный раз повторила мне Алёна.

– Пытаюсь! – снова ответил ей.

– Тимур, ну расслабься ты, в конце концов. Что будет, то будет. На данный момент мы уже ничего изменить не можем. Ты очень хорошо подготовился, всё спланировал, продумал… Ну вот что, по-твоему, может пойти не так?

– Ну, ничего… Вроде бы… – пожал плечами и припарковался в единственном оставшемся месте.

– Вот и не переживай! Из-за того, что нервничаешь ты, нервничаю и я! А вместе со мной и наша малышка. Так что, Котов, надевай счастливую улыбку и веди себя как самоуверенный бизнесмен, а не как мальчишка перед первым экзаменом! – включила начальницу Алёна, чем насмешила меня. Такая грозная мышка. Стало немного полегче.

– Спорим, я быстрее тебя доковыляю до ворот? – она подмигнула и, придерживая живот, первой вышла из машины.

Быстро выскочил следом, обошел тачку и приобнял Алёну, поддерживая за талию.

– Никаких споров. Это наше общее детище, а значит, будем вместе и до конца! – прошептал ей на ухо и гордо расправил плечи.

Нас встретили аплодисментами. Я даже представить себе не мог, насколько отвык от таких шумных тусовок. Было совершенно дико оказаться здесь, да еще и под руку с любимой мышкой.

Рязанцев стоял прямо возле входа, в компании Короля и Макара. Нарисовался, не сотрешь.

– А, приехали наконец-то! Опаздываете… – он шутливо погрозил нам пальцем и протянул подушечку, на которой лежали ножницы, перевязанные красной лентой.

Точно такого же цвета, только более широкая лента была натянута на воротах.

– Вот и пришло время тебе, Тимур, официально начать свой первый бизнес! Я искренне надеюсь, что это первая, но не последняя автомастерская под твоим руководством. Открывай, твои первые клиенты ждут! – Николай Павлович подмигнул мне и протянул ножницы.

– Давай ты? – предложил мышке.

Алёна тут же засмущалась, но ножницы взяла и сделала один надрез, затем передала их мне, словно приглашая вырезать кусок.

Искренне улыбнулся своей второй половинке и разрезал ленту, а затем снял замок с ворот и распахнул их настежь.

Толпа плавно потянулась внутрь, а мы с Аленькой остались стоять, пропуская их вперед и принимая поздравления.

Всё было прекрасно, но я ждал одного человека. Я точно знал, что отец был поставлен в известность о предстоящем мероприятии, и очень надеялся на его появление здесь.

Как это ни странно, но я действительно скучал по нему. Вроде бы и расстались плохо, но все те годы, что он растил меня, не так просто оставить позади. Я в самом деле нуждался в его поддержке, в его присутствие и одобрении.

Только вот, сколько я ни вглядывался в лица гостей, его не было. Сжал кулаки и опустил голову, смиряясь с правдой.

Ему на меня насрать. Свою гордость поставил выше сына.

Я все эти месяцы наблюдал, как Павел Николаевич трепетно относится к Алёне, так же как понимал, что примерно таким хотел видеть своего отца.

Сейчас, когда я не зависел от него, когда мне не было нужно от этого человека ничего материального, пришло время мечтать о простых, теплых отношениях.

Теперь я прекрасно понимал Алёну, ее желание обрести настоящую семью. Моей семьей всегда был отец… Отец, который так легко и беспечно вычеркнул меня из своей жизни, отец, которому, как оказалось, без меня жить намного проще и лучше.

С каждым днем я всё чаще вспоминал о нем, всё чаще анализировал и пытался понять, каким отцом хочу быть я для своего ребенка. Явно не таким, как он. Но, несмотря ни на что, всё равно постоянно ждал, что он позвонит, извинится, попробует опять наладить отношения…

– Ну что? Идемте? – позвал Николай Павлович, с другой стороны поддержав Алёну. Моя мышка явно устала стоять и немного покачивалась из стороны в сторону.

– Идемте, – кивнул и первым сделал шаг в огромные железные ворота нашей новой мастерской.

Гости расположились вокруг нехитрых столов, скрученных из деревянных поддонов и накрытых разнообразными нарезками из сыров и колбас, тарталетками и лимонадом.

Рязанцев поднялся на небольшой ящик, а Арс и Макар выволокли на центр помещения что-то плоское, завернутое в подарочную бумагу.

– Дети, надеюсь, в меня сейчас не прилетит монтировкой за эти слова! – начал Николай Павлович свою речь. Я натянуто улыбнулся, стараясь быть дружелюбным и не показывать того, что мне не нравятся его попытки сделать меня своим сыном. – Дети, я очень рад, что вы всего добились сами, но сегодня мне хочется сделать для вас небольшой подарок. Тимур, если не затруднит, ты не мог бы вскрыть упаковку? – спросил он, подмигнув мне.

Я вздохнул, подошел ближе и снял нелепый голубой бант, а затем разорвал бумагу.

– Надеюсь, эта вывеска принесет вашей автомастерской еще больший успех! С выбором названия и слогана мне помогали ребята, – Рязанцев указал на моих друзей, – и лучшие маркетологи города.

“АвтоДок: Лучшая прокачка для вашей тачки!”

– Не ожидал от вас! – в этот раз улыбнулся искренне и пожал Рязанцеву руку.

Отличное название! И слоган тоже хорош. А ту корявую вывеску, которую я сам делал три ночи, что уж… Выкидывать не придется, повешу с заднего входа. Машины будут подкатывать с двух сторон. Размечтался, даже не заметил, как меня окружили друзья.

– Удачи тебе, Тимон! – поджали они меня с двух сторон, хлопая по спине и искренне радуясь.

Все зааплодировали в очередной раз и принялись радостно уничтожать запасы. Коллективный хомяк, он такой!

– А ремонт в нашей квартире тоже вы оплатили? – Алёна подошла ближе и, юркнув ко мне под руку, поинтересовалась у Николая Павловича, хитро сощурив глаз.

Я невольно замер в ожидании ответа. Где-то глубоко внутри меня до сих пор теплилась надежда, что это сделал мой отец…

– Каюсь, грешен. Мне хотелось порадовать Алёнушку и обеспечить малыша всем необходимым. У меня как раз секретарша одного из замов родила на тот момент, попросил ее составить список и выбрать всё, что понадобилось ее ребенку. Ей дополнительный доход, а у вас теперь всё подготовлено… – ответил Рязанцев и пожал плечами. – Мне совершенно нетрудно, а вам деньги для бизнеса пригодились.

В голове всплыло облако с могилкой, а на ней плита с выбитым: “Надежды на примирение с отцом” и “R.I.P”.

– Спасибо! – Алёна подошла и целомудренно поцеловала его в щеку. Рязань поплыл и заулыбался.

А я в очередной раз убедился, что это не ревность. Это обида вызывала во мне всегда такие бурные эмоции, когда я видел их вместе. Обида на собственного отца. Чужой человек относится ко мне лучше, чем он, помогает моей семье и станет дедом моего ребенка.

Кто бы мог подумать, что он окажется настолько великодушен, учитывая мой перепих с Ирмой…

– Так, что-то вы совсем не в ту степь разговоры вести начали, – к нам бодрой походкой подошел Король в обнимку с рыжей подружкой моей мышки. И когда они успели спеться? – Идемте, примерим хоть красоту эту? – он указал на вывеску. – Неоновая. В темноте вообще офигенно светится! Видно издалека, я бы душу за такую вывеску продал!

– Так вроде бы место слесаря вакантно… – подмигнул ему Николай Павлович.

– Э, нет. Это потом все вещи маслом вонять будут! – нахмурился Арсений и жестом подозвал Макара.

Вместе они потащили вывеску к выходу, только там почему-то оказалось заперто.

– А чем это так воняет? – спросила Алёна, нахмурив брови.

– Бензин! – сказали мы с ребятами хором.

– Присмотрите за Алёной! – я аккуратно подтолкнул мышку к Рязанцеву и ринулся к выходу.