ГЛАВА 9

Алена

– Алёна, я думала, вы приличная девушка, поэтому квартиру вам сдала, а вы взяли и уехали без предупреждения, а теперь просите вернуть квартирную плату.

Хозяйка квартиры позвонила прямо с утра и насела по поводу моего срочного выезда из ее “прекрасных апартаментов”, я же, в свою очередь, хотела вернуть уплаченную наперед сумму, мне эти деньги лишними точно не будут. Но хозяйка была непреклонной.

– По условиям договора, спешу вам напомнить, вы обязаны меня предупредить за два месяца, милочка, причем письменно, что собираетесь его расторгнуть.

– Я знаю и помню, но так сложились обстоятельства, мне пришлось срочно съехать, – повторила снова. От ее нападок хотелось плакать и я держалась из последних сил. Вот вам и доброе утро!

– Даже номер набрать не получилось? Невежливо и некрасиво так поступать, девочка моя. Внесенную квартирную плату за полгода не верну. Считаю себя вправе. Можете обижаться, ваше дело. Но мне нужно время, чтобы найти квартирантов, а это будет непросто, если я соседа сверху не выселю! Вы тоже из-за шума съехали? – с пониманием, как мне показалось, поинтересовалась она.

– Да-а… – ухватилась за эту возможность, чтобы попробовать уговорить хозяйку.

– Я сегодня с утра в квартиру приехала. Соседи телефон оборвали. Звонят, собираются вместе с начальником домового хозяйства пойти в сто пятнадцатую и поговорить с этим молодым тунеядцем. Вчера весь дом дрожал от его музыки. Вечеринку устроил до трех часов ночи. Законы ему не писаны, что шуметь после одиннадцати вечера нельзя… – она выразительно поцокала языком, осуждая Тимура за его легкомыслие. – Говорит, паршивец, что у него шумоизоляция. Будем сегодня проводить технический эксперимент. Вы можете присоединиться, Алёна, будем измерять уровень шума. Вы, как соседка снизу, должны поставить подпись в коллективной жалобе. Я вас очень прошу приехать.

Положив трубку, обхватила лицо руками и глухо засмеялась. Ситуация комическая. Как представлю этот технический эксперимент и наглую рожу Котова с бодуна после вечеринки, так не знаю, плакать или смеяться. Сегодня последний день перед началом проекта в офисе Рязанцева. Я едва проснулась, а хозяйка уже огорошила меня этим звонком. Вот совсем не собиралась ехать в старую квартиру, хотя, честно говоря, нужно было забрать оставшиеся вещи, встретиться с ней, раз уж она меня приличной девушкой считает.

Помимо этого, нужно было подготовиться к работе. Выбрать одежду, еще раз уяснить для себя детали проекта, а при всем при этом у меня слабость, меня тошнит, чувствую себя старой развалиной. Говорят, беременность – не болезнь, только я себя чувствовала очень больной, а зеленое лицо в отражении зеркала в ванной подтверждало, что здоровой я точно не выгляжу.

Лиза залетела ко мне в растянутой футболке и домашних шортах, схватила зубную щетку и начала яростно чистить зубы. Со смешным хвостиком и совсем без макияжа она была ни капли не похожа на вчерашнюю себя. Ту роковую леди, которая отправилась добывать волосы мажора. Мне ужасно хотелось расспросить ее о результатах этой миссии, но я не хотела выдавать свой интерес, потому что решила начисто стереть из своей памяти всё, что связано с Тимуром Котовым.

– Какие планы на сегодня? – спросила Лиза со щеткой во рту.

Сквозь шум воды едва услышала, что она говорит, я красила ресницы и рассказывала ей о своих планах. Дел предстояло слишком много, и в них никак не вписывалось участие в безумном техническом эксперименте разъяренных соседей.

– Ерунда какая! – заявила Лиза. – Конечно, тебе не нужно участвовать в этом шапито. Вот еще, ты больше не живешь в этой квартире. Пусть твоя хозяйка сама подписывает все документы, сама деньги не хочет тебе отдавать, но требует от тебя, чтобы ты в чем-то участвовала, фигня какая…

– А что, там действительно был такой страшный шум? – спросила я как бы невзначай…

Закусила губу и напряглась в ожидании ответа.

– А я всё думала, когда ты спросишь! – с пониманием рассмеялась она. Конечно же, Лиза меня раскусила, глупо было думать, что я от нее скрою свой интерес.

– А сама что скажешь? Ты же жила под этой квартирой, и Тимур постоянно устраивал вечеринки. Я думала, что оглохну вчера… – она закатила глаза и скорчила страдальческую мину. – Как ты вообще жила под этим гадюшником?

– Даже не знаю, – пожала я плечами. – Никогда не слышала особо громкой музыки. А вчера, наверное, Тимур праздновал, что я оттуда съехала.

– Да ладно, перестань! – Лиза махнула на меня рукой. – Твой мажор был грустный всё вечеринку. Он, конечно, пытался сделать вид, что развлекается с девчонками, какие-то конкурсы устраивал странные, но всё время посматривал на дверь и почему-то на балкон.

– Лиза, ты придумываешь, чтобы меня успокоить, не надо, не надо меня убеждать, что Тимур ко мне испытывает какие-то чувства. С волосом ты это зря придумала. Надеюсь, с тобой там ничего такого страшного не случилось?

Лиза отвела взгляд и как-то по-глупому улыбнулась, как будто девчонка, которая напроказничала.

– Ну, волос я добыла, – с гордостью сказала она и подняла палец. – Теперь мы докажем отцовство, и Тимурка не отвертится от алиментов. Он богатый мальчик, от него не убудет, а тебе деньги не будут лишними. Я пойду с тобой, поговорю с твоей хозяйкой, что она там такое придумала, не отдавать тебе уплаченные вперед деньги.

– Она всё правильно делает… – с грустью признала я. – Ведь по условиям договора....

– Даже слушать не собираюсь! – Лиза покачала головой из стороны в сторону. – Ты съехала из-за невыносимых условий. Короче, подруга, руки в ноги и поехали на квартиру. Заберем твои деньги и остальные вещи.

– Но я не хочу сталкиваться с Тимуром! – попыталась запротестовать я.

– Алёна, ты как маленькая. Глупо пытаться всё время его избегать. Ну когда-то так сильно столкнулись, что у вас ребеночек получился. – Она развела руки в стороны, потом громко хлопнула ими, сперва изобразив столкновение, а после взрыв, сказав громкое “Бум!”.

О, боже… Вот уж действительно, бум…

Тимур

Почти до самого рассвета в квартире гремела музыка. Дрожали динамики на колонках, дрожали и стекла. Подвыпившие девушки были настолько доступными и… приторно-сладкими, что хотелось незамедлительно разбавить этот букет нормальным обществом немного занудной мышки.

Как бы я ни пытался, мысли всё равно постоянно возвращались к ней.

Фак! Я даже утащил одну из тупоголовых пустышек в отдельную комнату, надеясь полечить нервы, но…

В самый ответственный момент, за секунду до совершения греха, я увидел алчный блеск в глазах этой надутой куклы. Девка смотрела на меня, а видела лишь мешок денег.

Идиотутка… Вот как этим курицам объяснять, что у меня пока нет почти ничего? Бизнес моего отца – это бизнес моего отца. Я к нему не имею ни малейшего отношения.

А если я накосячу, меня вообще всего лишат!

Нужно было что-то придумать, как-то выпутаться из этой ситуации, в которую я сам себя и втянул. Но как?! Мысленно коря себя за слабость, притворился, что напился, и уснул за секунду до.

Отстала? Нет. Пришлось пробурчать что-то невнятное вроде: «Ну мам, еще пять минуточек» – и перевернуться на живот, чтобы она не касалась.. кхм… моих интимных зон.

Прокараулив полчаса, она все-таки тихо обматерила меня и ушла, громко хлопнув дверью. Ну-ну, катись, дешевка, туда тебе и дорога!

Вздохнул и решил, что лучше и не выходить из комнаты. Пусть народ там сам веселится, нечего мне портить им настроение.

Всё бы ничего, но, чтобы не думать о Мышкиной, я закрыл глаза, а открыл их только от громкого стука во входную дверь.

В разрушенную после вечеринки квартиру ввалилась целая толпа соседей, и я в полной мере понял ведьм, которых в далеком прошлом сжигали на костре.

Бабки орали так, что я практически оглох. Но спящие по разным углам гости продолжали сладко храпеть. А соседи угрожали мне выселением, кричали, что от шума в моей квартире спать не могут. Когда я стал лупить по стенам, доказывая, что они с отличной шумоизоляцией, соседи предложили произвести технический эксперимент.

Ну как – предложили. Сказали, если откажусь, сразу же выселят. Можно было бы откупиться и обратиться к отцу, но угроза лишения всех благ продолжала давить на меня, поэтому скрепя сердце согласился.

Эксперимент так эксперимент.

– Что делать? – спросил у старшей по дому, вредной бабки, похожей на бульдога, а она достала какие-то бумаги.

Скривившись, взял их в руки и стал изучать. Цифры, цифры, ничего не понятно. Посмотрел на нее в ожидании пояснений. Она не заставила себя ждать.

– Тимур, включайте музыку, а люди будут стоять на каждом этаже и в своих квартирах и отмечать уровень шума по десятибалльной шкале. Еще одного поставим на балкон. Вы же говорите, у вас и стекла шумонепроницаемые? Это мы проверим! – заявила, не дожидаясь ответа, и погнала всю толпу по обозначенным местам.

– А вот и главная пострадавшая, – обрадовалась какая-то тетка с рыжими волосами, вся в бусах. Из-за спины робко вышла Мышкина, а у меня дрогнуло сердце. – Я девочке квартиру сдавала, и она съехала, потому что этот ирод шумел так, что она спать не могла. Мне теперь жильцов искать, а как их найдешь, когда такой сосед-гуляка портит всем жизнь?

Она причитала, другие тетки охали и ахали, глядя на меня как на чудовище, а Аленькая стушевалась и стояла тихо в уголочке, пряча от меня свои красивые глаза. В этот момент я понял, что, если бы она не приехала сюда сама, я бы стал ее искать. Где угодно бы нашел и заставил объясняться.

Хотела от меня убежать, но только ничего не получится! Похоже, судьба-злодейка на моей стороне… Вот ты и попалась, Мышкина, теперь-то я тебя точно не выпущу из своих лап, пока ты не дашь мне все ответы!

– Начинаем эксперимент! – прокричала сумасшедшая старшая по дому, и мне пришлось подойти к стереосистеме и врубить музыку на полную катушку.

Сначала проснулись спящие красавицы и красавцы и стали, кряхтя и охая, расползаться по квартире, как тараканы. Я смотрел на них и глумливо ухмылялся. Я – за здоровый образ жизни и никаким спиртным на вечеринке не угощал. Кто сказал, что веселиться можно только под горячительным? Так что, если кто на стороне напился, их проблемы.

Алёна морщила свой аккуратный носик, явно осуждающе смотря на бардак в квартире. Сложила руки на груди и прикинулась, будто меня не видит. Ну-ну, давай поиграем, маленькая упрямая мышка.

– Воды, воды, – стонали вокруг.

– Громче, громче! – командовала тетка.

Полное сумасшествие и настоящий дурдом на выезде.

Стоило музыке затихнуть, и я пытался поговорить с Мышкиной.

– Съехала, значит? Из-за шума? Или спрятаться хотела?

– Вот еще! – фыркнула моя упрямая мышка. – Делать мне больше нечего. Не думай, что всё вертится вокруг тебя, Котов.

– Разве? А зачем тогда подружку подослала?

– Никого я не подсылала. Вечеринка у тебя, судя по всему, на весь мир была, вот она и пошла. Наверное… Я не знаю! Она сама по себе.

Аленькая снова сморщила нос, показывая, как ей не нравится то, что ее втянули в эксперимент по определению уровня шума.

Пользуясь тем, что плохо слышу Алёну, подошел к ней близко-близко, чтобы видеть пылающие огнем глаза. Когда она злится, хочется разозлить ее еще больше, она в ярости такая красивая.

– Я просто пришла за вещами, а тут этот чертов эксперимент.

Дядька на балконе, как аквариумная рыбка, открывал и закрывал рот, показывая, что ничего не слышит.

Тетка скомандовала прибавить звук. Я сделал громче и тут же выключил, когда Мышкина побледнела, поморщилась и зажала уши.

– Что такое? Продолжайте! – потребовала бабка.

– Девушке плохо! – кивнул на Алёну, подошел к ней и взял за руку. – Продолжайте без нас, – сказал тетке и повел Алёну на улицу, так как балкон был занят.

К счастью, она не сопротивлялась. Вся зеленая, висела на моих руках, ее действительно тошнило. Но стоило выйти на улицу, как Мышкина взбрыкнула и выпуталась из моих объятий. Покоробило. Как от заразного отскочила. Интересно, с тем, который якобы папаша ребенка, она тоже себя так ведет?

Прохладный утренний воздух пощекотал ноздри, а она в одной футболке. Стащил с себя пайту, оставшись в одной майке, и надел на нее, не принимая никаких возражений.

– Ты как? – спросил, приобняв ее за плечи.

– Котов, как мне от тебя избавиться, а? – вздохнула она и посмотрела на меня глазами, заблестевшими от слез.

Вот уж не ожидал такого прямого вопроса. Ладно, откровенность – это хорошо. Есть шанс вытащить из мышки правду о ребенке.

– Никак. Мы в одной связке, помнишь? Мне всё еще нужна твоя помощь, а ты всё еще можешь просить что угодно взамен.

– Я не хочу помогать тебе, Тимур! Не впутывай меня в разборки со своими любовницами. Разбирайся сам. Я чувствую себя отвратительно! Будто вывалянной в грязи! – воскликнула она и попыталась вырваться, но я лишь прижал ее покрепче.

– Тебе всего лишь надо изобразить мою невесту. Ты не соприкоснешься с грязью, – раздув ноздри от злости, выдал ей. Грязь, надо же! Ладно, пока спущу ей это. Она нужна мне, действительно нужна.

– Чего ты хочешь, Алёна? Ну, хочешь, пока мы вместе, я пообещаю и не буду лезть ни к кому под юбку? – спросил, не зная, как подписать мировую.

Мышкина поджала губы и задумалась, а потом поморщилась и сказала:

– То есть ты думаешь, меня волнует, лезешь ты к кому-то под юбку или нет? Пф!

– А будто не волнует, Мышкина? – приподнял бровь и подмигнул ей, на что она поежилась и задрала нос.

– Нисколько! Можешь хоть каждый день новую юбку заводить, целую коллекцию, ко мне это отношения не имеет.

– Тогда скажи, что нужно именно тебе! – уперся я и с вызовом уставился ей в глаза.

– Ничего… Я же сказала. Хочу, чтобы ты от меня отстал, – она покачала головой и вздохнула.

– Не отстану, даже не надейся. Ну хочешь, я найду отца ребенка и набью ему морду!