Глава 23. Тимур

Глаза закрыло красной пеленой.

Я даже чуть не споткнулся на ступеньке.

Этот прыщ, этот мерзотный тонкий говнюк пытался ворваться к моей девочке в квартиру!

Тело среагировало само.

Пальцы сгребли воротник пижонской рубашонки, закрутив ее в узел. Прыщ захрипел, забился в моих руках, плюясь слюной.

Мне даже размахиваться не нужно было. Безумная ревность накачала меня такой силой, что кулак впечатался в слащавую морду женишка Аси со страшной силой.

Костяшки пальцев ощутили, как смещается чужая челюсть.

Лопается кожа.

Злобная радость затопила душу.

Бить.

Бить.

Бить его так, чтобы выбить из него даже самую память об этом доме. Чтобы даже смотреть в сторону Аси не смел, сучёныш.

Дрыщ согнулся, закашлялся.

Сплюнул на бетонный пол подъезда сгустки крови из разбитого рта.

– Тимур! – моя сладкая вскрикнула, но не посмела подскочить.

Я зло ощерился.

Правильно я ее воспитал в свое время. Когда мужчина разбирается, надо стоять на месте и не вмешиваться.

Желательно еще и не вопить под руку, но это она могла и подзабыть. Не визжит как сирена и уже окей.

– Слушай меня, гандон, – я вздернул больничного прыща вверх. – Еще раз увижу в радиусе километра от этого дома – я тебя кастрирую сразу же, понял меня? Понял?!

Я встряхнул его так, что брызги крови, льющейся из носа и из разбитой губы, разлетелись по стенам.

– Пнил, – пытаясь подобрать сопли руками, еле-еле прогундел он.

– Шикарно, блядь! Пшел!

Отшвырнув его как тряпку от себя, я отряхнул руки.

Покачиваясь, держась за перила, парень как мог, заторопился на выход.

Блядь.

Адреналин выжигал кровь.

Но тут же накатила дикая радость. Он ей не жених! Не жених, сука! Иначе она бы впустила его в квартиру. Но я точно видел, что Ася этого делать не хотела.

Значит, свободна.

Значит, моя.

Полностью.

Я обернулся к девушке.

Прижав ладошку ко рту, она стояла как солдатик на пороге. Испуганная, дрожащая.

Из-за соседней двери выглянула соседка.

Круглые глаза старушки еще больше округлились от крови на полу.

– А что…

– Дверь закрыла! – рявкнул я, не остыв от драки.

Металлическая тяжелая дверь послушно стукнулась. Громко, с хрустом два раза повернулся ключ в замке.

Славно.

Нам еще соседей сейчас не хватало.

– Ася, – я посмотрел на свою сладкую девочку.

Пустит или не пустит? Я ж не просто так пришел. Поговорить надо. Хотя и просто так бы пришел. Не мог я ее сейчас оставить. После того, что произошло между нами – не мог.

Намотал несколько кругов по району и приехал обратно. Меня сюда тащило магнитом.

Да еще и утренний визит этой идиотки, которую я периодически трахал последние полгода.

Сука…

Подставился я знатно. Обидел. Но сладкая поймет. Она простит.

Я шагнул к Асе.

Она зажмурилась, сжалась в комочек, но не отступила. Я аккуратно отвел прядь волос от лица. Кулак был разбит, но я бы никогда не испачкал ее бархатную кожу.

– Сладкая моя, – я наклонился к ней.

Твою мать, как же она пахнет.

Член сразу же зашевелился в брюках. Не реагировать на ее близость было невозможно. Я притянул девушку ближе. Вдавил податливое тело в себя.

Никому не отдам.

Я забрал ее первый раз давно и уже больше никому не отдам.

Мой маленький, растрепанный космос.

Ее мягкие, пухлые губы дрогнули. На поцелуй Ася не ответила. Я обхватил тонкую талию пальцами.

Ну же, сладкая.

Ты же хочешь меня, я знаю. Отдайся мне, я больше не обижу. Я может, и рад бы тебя больше не встречать, но уже поздно.

Компьютер Аси уже был передан спецам. Срок, когда они выкопают из него что-то стоящее – пара дней, не больше.

Ее служебная электронка и письма на ней – уже подарок для них.

Но я костьми лягу, чтобы обезопасить ее.

Потому что не верю, что моя сладкая малышка могла быть замешана в каком-то дерьме. Только если ее использовали втемную.

Я прошелся губами по тонкой шейке.

Ася судорожно выдохнула, а мне захотелось еще кого-нибудь избить. До слез, до соплей и кровавого месива. Убью любого, кто попробует воспользоваться моей доверчивой девочкой.

– Тимур, – слабые ручки уперлись мне в грудь.

– Впустишь, сладкая? – мог бы, съел бы ее прямо здесь.

Но пришлось выпустить.

Из подъезда действительно надо уйти. Ушей в таких местах навалом, мне ли не знать?

Ася посторонилась. Повернулась и прошла вглубь квартиры.

Я закрыл дверь.

Что ж, уже хорошо. Прогнать меня у нее бы не вышло все равно, но то, что она готова к диалогу – много значит.

– Спасибо, – в женских глазах была страшная усталость.

– За что?

– За то, что, – она сделала неопределенный жест рукой.

– Ты про прыща, что ли? – я хмыкнул. – Да там не сильно сложно было. Будет еще приставать, скажи.

– Не будет, – она пожала плечами. – Не все такие, как ты. Покажи руку.

– Ася…

– Покажи! – в мелодичном голосе прорезались строгие нотки.

– Да, моя госпожа доктор!

Она иронично подняла брови, но на шутку не отреагировала. Взяла меня за разбитые пальцы и повела на кухню. Достала вату, перекись и обработала ссадины.

– Не больно?

– Очень больно! – я посмотрел ей в глаза. Почему же ведет-то от тебя так? Разве так бывает? – Мне очень нужен наркоз. Желательно в виде поцелуев.

– Шут! – она фыркнула и стала убирать свои штучки. – Зачем пришел?

– Чаю нальешь? – я поудобнее сел на стуле.

– Тимур! – Ася оперлась руками на обеденный стол. – Ты же не на обед ко мне пришел. Чего тебе надо? Мне показалось, что мы все выяснили уже.

Так. Понятно.

Легкого разговора не выйдет. Но я, в общем-то, и не рассчитывал.

Я поднялся, подошел к ней.

– Ася, сколько человек работает в твоем отделении?

– Чего? – по ее лицу было видно, что она вообще не понимает, о чем я ее спрашиваю.

– Сколько у тебя было персонала в отделении? Всех. Врачей, медстестер, санитарок. Кто там еще есть обычно?

– Тимур, зачем тебе это? – девушка явно была ошарашена. – Что за вопросы?

Сука-а…

И что мне ей ответить?