Глава 31. Макар

– Блядь! – хмыкаю, пытаясь тронуться и снова глохну. – Как она вообще ездит?

Егор выглядывает из своего БМВ и ржет как ненормальный.

– Сцепление не бросай! – советует.

На механике сто лет не двигался. Наконец, с третьего раза «Опель» Киры слушается, и я выезжаю из двора. Главное, не заглохнуть на светофоре. Вот будет позорище. На следующем перекрестке я приноравливаюсь и более-менее двигаюсь с места без подгазовки. Егор с Сашей едут за мной как приклеенные.

Я наблюдаю за ними в зеркало заднего вида. Мы направляемся к дому моей бывшей жены, которая скоро станет нынешней. Сама противится и сопротивляется, но еще не знает, что я сдаваться не собираюсь.

Ключи от ее ржавого ведра оказались в салоне. Саша туда случайно заглянула и увидела в то время, как мы с Егором колотились в дверь на четвертом этаже. Артур нам не открыл. Либо прячется, либо дома нет.

Вчера я оставил его сидящим у стены, бросил несколько крупных купюр на аптеку и попрощался. Мы пожали друг другу руки и разошлись. Вот так, по-пацански. Я вырос на Уралмаше. Это такой бандитский район в городе Екатеринбург. На кулаках давно вопросы не решал, быстро построив карьеру, научился вести дипломатические разговоры и решать все мирно. Но здесь, к сожалению, языком чесать было бессмысленно. Такие, как Артур, понимают лишь пиздюли.

С Юмшановыми у нас тандем, Саша мне раз сто позвонила. Вчера от Киры я поехал к ним домой, где мы долго строили планы по ее завоеванию. Ребята мне исчерпывающе рассказали историю своей семьи, о которой я знал без подробностей. Это меня очень воодушевило, как и то, с каким рвением Сашка приняла решение нам помочь. Пропиздонов мне вставила, конечно, не по-детски, но я не обижаюсь. Все по факту.

Находясь на восьмом месяце беременности, просто пышет энергией и не сидит на месте. Разумеется, она стала старше, рядом с Егором более домашняя, но дерзкий огонек пылает. На этом они и сошлись с моей Кирочкой.

У Сани нашлось много фотографий моей дочери, начиная с рождения. Признаюсь честно, у меня слезы навернулись на глазах. Так это трогательно, черт возьми. Особенно внимательно я рассматривал свою жену. После развода черты лица заострились, она словно постоянно находится в напряжении. Хотя, немудрено. Я сам до этого довел. Но все равно самая красивая девушка на свете. Как и наша дочь.

Моя тачка припаркована в соседнем дворе, чтобы не нервировать Киру, я же оставляю «Опель» напротив ее подъезда. Вообще, удивительно, как эта машина все еще ездит. По ощущениям, ей лет сто. Но надо отдать должное – салон идеально чистый, хоть и старый, и приятно пахнет. Егор оставляет свое авто чуть поодаль, помогает Саше выбраться, и они вместе направляются в мою сторону.

Пока праздничные дни, дочка гостит у бабушки, мамы Егора.

– Кира дома! – сообщает Саша, уперев руки в бока. Круглый живот задорно торчит вперед. Егор, как гора возвышается здесь же и ласково приобнимает жену. Скольжу по ним взглядом и завистливо вздыхаю. Тоже так хочу. Обнимать, целовать и прижимать к себе свою жену, заботиться о дочери, играть с ней, радоваться успехам. Сука! Все же сам проебал!

– Идемте! Одного меня она с лестницы спустит! – киваю головой в сторону подъезда.

– И правильно сделает!

– О! – тянет Егор. – Я помню эти ощущения, когда впервые к Сашке приехал. Она такая злая была, жуть!

– Я тебя убить хотела, зая! – хихикает его жена и прижимается щекой к мощному плечу. Он тут же склоняется к ней для поцелуя. Ненормальные, ей богу!

Хмыкаю, и уверенно шагаю к входной двери. Юмшановы догоняют меня на ступеньках, я звоню в домофон, и дверь с писком открывается.

Этот подъезд, по сравнению, с предыдущим небо и земля. Чистый, светлый, приятно пахнущий. И район гораздо лучше. Но Кира пусть даже не надеется, что надолго здесь поселилась.

Мы поднимаемся в лифте на нужный этаж и выходим на лестничную площадку. Дверь в квартиру предусмотрительно распахнута. Из квартиры доносится запах кофе и творожной запеканки. Боже мой! Я ее просто обожаю.

– Привет! – радостно выглядывает на звук Кира и тут же меняется в лице. На ней надеты черные леггинсы и белая футболка оверсайз. Длинные волосы убраны в хвост, косметики нет. Выглядит охуительно! – Блин, Саша! Предательница!

– Привет, зая! – широко улыбаюсь, пропуская подругу-предательницу вперед.

Она тут же начинает тараторить, рассматривая Кирино новое жилье и подмигивает мне. У бывшей жены от возмущения едва пар из ушей не идет. Ничего, родная, привыкнешь к моему присутствию в своей жизни. Любит меня все еще? Думаю, да. Иначе, не реагировала бы так мое присутствие и поцелуи. Пылко и жарко. Еще бы мозг отключить на время, вообще шикарно получится!

– Будете чай? Я запеканку испекла.

– Конечно будем! – подаю голос, считываю каждую эмоцию на лице. Она мне не рада. Совсем.

– Спелись за моей спиной, да? – злобно прищуривает глаза Кира, расставляя тарелки на столе и щелкая чайник. – Не стыдно? После всего, что он сделал?

– Кирусь! – примирительно тянет Егор. – Никто не спелся. Это называется – здравый смысл. Мы приехали поддержать тебя и Макара.

– Да! – подхватывает его жена, крепко держа его за руку. – Возможно, на нашем примере ты по-другому посмотришь на ситуацию. Помнишь, ты говорила, что Деревеньке нужен отец? Вот! У нашей дочери есть папочка. Я дала Егору шанс, и сейчас – Тая растет в полной семье, окруженная любовью и лаской. Ясе тоже нужен отец. Настоящий, а не мифический.

– У вас другая ситуация! – резко осекает ее Кира.

– По сути, в общих чертах, примерно такая же! И ты же меня уверяла, все ему простить! – пылко парирует подруга. – Сама говорила, если любишь по-настоящему, простишь.

– Если любишь – да! – переводит на меня взгляд Кира, в котором явно читается лед и разочарование. – Но я давно его не люблю. Следовательно, и прощать причин нет.