Глава 5. Кира

– Чаю налей! – командует Артур, заходя на кухню. Он слегка протрезвел и готов к разговору.

Я молча достаю кружку из шкафа с покосившейся дверцей и наливаю ему чай.

– Ненавидишь меня? – громко прихлебывая, спрашивает, не сводя прищуренных глаз.

– Что ты, милый? Люблю до потери пульса! – картинно улыбаюсь я.

– О богаче своем вспоминаешь? Что, не дал тебе Артур Луневич той жизни, о которой ты мечтала всегда? От судьбы не убежишь, любовь моя! Все детство маялась в нищете, ненадолго вылезла, и опять туда же.

Я не отвечаю, кладу сахар и помешиваю его ложкой. Я никогда не пила чай с сахаром, сейчас приходится, чтобы были силы.

– Ты сама виновата в том, что сейчас имеешь! Ты и никто другой!

– Да? И почему? – вопрошаю я.

– Потому что муж – это голова, а жена – шея. С хорошей женой горы свернуть можно, если она его опора. А ты – болото, Кира. Эгоистичная Кикимора! – сам ржет от своей шутки. Как же я его ненавижу!

– Артур. Давай разведемся! – устало прерываю его веселье. – Найдешь себе хорошую жену, с крепким фундаментом. Бросишь пить!

– Не. Я тебя люблю! Зачем мне другая жена? Ты мне ребенка роди, и я пить брошу. Вот увидишь!

Я хмыкаю про себя. Ага, как же. Нашел дуру!

– А что? – продолжает он. – Первая жена мне не дает с дочкой видеться, Яся мне не родная. Вот и топлю свое горе в водке.

– Ты пьешь, потому что ничего в этой жизни не добился! Машину и ту проиграл!

– Я пью, потому что ты не любишь меня, Кира. Думаешь, я не замечаю, как тебе неприятно ложиться со мной в постель?

– От тебя воняет перегаром! Поверь, это вообще не возбуждает! А когда ты в пьяном угаре наряжаешься в свои костюмы со времен работы водителем, еще ужаснее.

Он замолкает и прожигает меня взглядом, от которого меня передергивает.

– Я пойду помоюсь и зубы почищу! – бросает мне муж, поднимаясь с места. – Иди на диван, трахаться будем! Погода уже прошло, наверное, с последнего раза.

– У меня месячные! – хладнокровно парирую.

– Тогда отсосешь!

– Сам себе отсоси! – кричу я вслед. – И работу найди!

Выходит из кухни, я слышу звук льющейся воды в ванной. Я не беременею, потому что принимаю таблетки. Несмотря на острую нехватку денег – покупка противозачаточных обязательна. Изначально, мне было стыдно обманывать Артура, а сейчас понимаю, что все сделала правильно.

Я подпустила его к себе спустя год после нашей росписи. Он был хорош собой, с рельефной фигурой и кубиками на животе, но влечения как к мужчине я не испытывала. Полный штиль. Он пришел ко мне ночью, когда я сладко спала. Начал поглаживать и ласкать, мне снился Макар, и я не поняла в чем дело. Очнулась уже в тот момент, когда он погружался языком в хлюпающую промежность. Назад пути не было, из чувства благодарности, я отдалась ему. Оргазма я не испытала ни в тот раз, ни в последующие.

С Макаром же меня разрывало на атомы от прикосновений, здесь ощущения были, словно меня гладят через толстую шубу. Слава богу, у Артура низкая половая конституция, и ему достаточно было заниматься сексом раз в неделю-две, а сейчас и того реже. Не скажу, что это было отвратительно для меня, но я не горела и не хотела его, все происходило механически. Сейчас же меня тошнит от его присутствия.

В свете последних событий понимаю, что надо уходить. Я бесконечно благодарна Артуру, что он нам с Ясей помог, но та точка, в которой мы оказались сейчас – не то, что мне нужно. И я ему все вернула сполна. Последний год он полностью сидит на моем обеспечении. Раньше хоть не трогал Ярославу, а сегодня и до нее добрался. А за дочь я глотку перегрызу!

На утро я отвожу ребенка в детский сад и звоню маме. Они с папой не пьют уже три года, сделали в доме ремонт и даже пробурили скважину. Внучку видели, когда ей было всего три месяца. Сейчас, когда Ярослава подросла, мама хочет взять ее к себе на целое лето. Поесть ягоды с огорода, побегать босиком по траве – настоящее детское счастье. Если раньше я была категорически против, сейчас понимаю, что это хорошая идея. Отправить дочку хотя бы на месяц. В это время у меня будут развязаны руки, я что-нибудь придумаю, и мы съедем от Артура. На крайний случай, займу денег у Саши. Так больше продолжаться не может.

Сегодня по расписанию с самого утра изнуряющие тренировки у моей двенадцатилетней подопечной. Мы готовимся к поездке в Питер, там будет проводиться Чемпионат России по художественной гимнастике среди юниорок. Василиса Яровая – моя яркая звездочка. Грациозная, артистичная, чрезвычайно гибкая и выносливая девочка. Сейчас, когда такие важные соревнования на носу, тренировка проходит трижды в день. Это общая физическая подготовка, хореография и отработка спортивного выступления.

Я не совсем стандартный тренер. Часто жалею своих девочек, иногда плачу вместе с ними. Но, если мы поставили цель – идем до нее во что бы то ни стало.

Василиса выполняет упражнения с мячом, который теряет каждый раз. С психу пинает по нему ногой.

– Стоп! – выключаю музыку. – Извинись перед ним.

– Я не буду! – зло отвечает девочка. Она изрядно вымотана и тяжело дышит, а занятие будет длиться еще минимум двадцать минут.

– Извинись перед мячом, Василиса! Он твой друг и помощник. Так нельзя. В самый ответственный момент он тебе припомнит!

Она всхлипывает, и садится на ковер. Обхватывает себя руками и горько плачет. Я сажусь рядом и крепко ее обнимаю. Прекрасно понимаю ее состояние. Сложно быть всегда сильной, иногда нервная система не выдерживает и дает сбой.

На обед идем вместе с Лерой, молодой и яркой девушкой. Она ставит девочкам хореографию и просто обожает свою работу. Как раз через дорогу от спорткомплекса находится вполне приличное кафе, где недорого можно поесть бизнес-ланч.

– И вот, – трещит она без умолку, подставляя солнечным апрельским лучам веснушчатое лицо, – он провожает меня домой и целует, прикинь!

Лера рассказывает про своего очередного бойфренда. Я ей немного завидую. Ни забот, ни хлопот. Живет с родителями и совершенно не парится, чем заплатить за кредит, как я.

Сделав заказ, уходит в санузел, а мой телефон вибрирует от входящего сообщения. Разблокирую экран и захожу в мессенджер.