– 31 Макс -

Меньше всего хочется уезжать от Даши, но оставить без присмотра Вайсмана я не могу. Не сейчас, когда Алла вдруг нарисовалась на горизонте, да еще и угрозы пошли в ход.

Нет, тут однозначно что-то нечисто.

Судя по голосу, Воронцова не в восторге от моего самоустранения. И черт подери, это пиздец как не вовремя. Только я с ней нашел контакт, и тут это…

В голове мгновенно рождается план, как использовать подвернувшуюся возможность, чтобы, наконец, решить вопрос с моим прошлым, которое так филигранно подпортил Вайсман.

Раздражение и злость на бывшего тестя набирают обороты, пока издалека наблюдаю за тем, как он чешет в административное крыло.

Интересное дело.

Палиться мне совершенно точно нельзя, спугнуть противника – дело такое. Поэтому, глядя на то, как Вайсман заходит в кабинет главврача, достаю телефон и  набираю номер Инги.

– Что-то ты зачастил, – усмехается она вместо приветствия.

– Скажи-ка, а у твоего отца есть какие-то интересы в сфере медицины?

– Интересный вопрос ты задаешь. А с чего ты этим заинтересовался?

– Да вот наблюдаю, как бывший тесть обтяпывает делишки.

Слышу смешок.

– Ты прям как порядочный детектив. Но если серьезно – не лезь. Ты прав, у отца действительно есть кое-какие контакты в клиниках. Причем в нескольких.

– А что ты под этим подразумеваешь? – спрашиваю, осторожно выглядывая из-за угла.

Инга тяжело вздыхает.

– Не лезь, Макс. И раз уж ты позвонил, это даже хорошо. Давай-ка встретимся. У меня появились хорошие зацепки. Но действовать надо быстро.

– О чем ты? – хмурюсь, прикидывая, как расставить приоритеты.

– О том, что ты вроде как хотел аннулировать судимость. Или уже передумал?

– То есть появился реальный шанс вывести твоего папашу на чистую воду?

Инга довольно фыркает.

– Ты сегодня как-то туговато соображаешь. Не ударялся?

– Не поверишь, в точку, – усмехаюсь и все-таки решаю уйти. В конце концов, разобраться с тем, как ловко и красиво меня подставили три года назад, важнее.

С Ингой мы встречаемся в уже ставшим привычным для нас кафе. За тем же столиком, что и обычно.

– Ты вроде должна была улететь куда-то, – говорю, когда она садится за стол и пробегает глазами по меню.

– Вот только вернулась. И раз уж ты так удачно позвонил, решила не мотаться десять раз. Все равно по дороге было, – затем Инга смотрит на меня куда более внимательно. – То есть про “ударился” ты не пошутил.

– Случайность, – усмехаюсь, вспоминая, как сцепились с Воронцовым.

Мы делаем заказ, и лишь после того, как официант оставляет нас одних, я спрашиваю:

– Ну и? Давай, не томи. Что ты накопала?

– Я думаю, что отец действовал не один, – заявляет Инга. А я недоуменно смотрю на нее.

– Серьезно? И это твой гениальный вывод? Это было очевидно сразу.

– Конечно, сразу, – не моргнув глазом, кивает она. – Но раньше мы не знали, кто это мог быть. Вариантов было слишком много.

– Погоди, то есть ты узнала, кто ему помог все провернуть?

Инга самодовольно усмехается, откидывается на спинку стула и кивает.

– Не просто узнала. Нашла доказательства.

– Охереть. Как?

Я реально в шоке. Я почти год бился над этим. Мне улыбнулась удача – срок мне скостили и выпустили досрочно. Не за просто так, конечно. Повезло в местах лишения свободы познакомиться с нужными людьми, которые оказались не только порядочными, но и благодарными.

– Это сейчас неважно. Вопрос в том, как ты это используешь?

– Так, что он ответит за все, – мрачно обещаю.

– Принимаю. Но пока ты не знаешь имени.

– Так, и? Кто этот мудак?

– Александр Воронцов. Знаешь такого?

Что, мать вашу?! Почти минуту я смотрю на Ингу, пытаясь понять – то ли это гребаная шутка, то ли она что-то знает, то ли…

– Это проверенная информация? – медленно спрашиваю, а сам пытаюсь осознать новые данные.

– Другой нет.

Повисает тишина. В кафе кроме нас почти никого и нет, а я все никак не могу уложить в голове. Выходит, Воронцов помог Вайсману меня упрятать. Почему? За дочь? Поэтому сегодня он смотрел слишком уж предвзято?

Херня какая-то. То, что узнал про него, говорит о том, что этот мужик не станет подлячить за спиной.

Но что если в  нем взыграли отцовские чувства? А ведь Вайсман – тот еще ублюдок – мог и выставить все в нужном свете. Ведь формально я был женат на Алле.

– Черт, – вздыхаю, – а доказательства? Они у тебя есть?

– Конечно. Но нужны ли они тебе? Сможешь использовать?

По ее взгляду я уже понимаю – она в курсе моих отношений с Дашей. Впрочем, чему удивляться? У Инги отличный аналитический ум. И если бы он достался ее сестре, то та стала бы куда опаснее. А так она безмозглая болонка, которая только и умеет, что лаять. И мне очень повезло, что у Инги врожденное чувство справедливости, и что из всей их гнилой семейки только она одна способна быть человеком.

– Мне надо подумать, – честно отвечаю. – И решить, что делать с новыми фактами.

– Понимаю, – кивает она. – Все, что нужно, здесь, – она кладет передо мной маленькую флешку. – Понадобятся оригиналы, привезу.

Нам приносят наш кофе, который мы оба пьем в полном молчании. Я, прямо скажем, выбит из колеи новой информацией.

– Не торопись принимать решение, – советует Инга чуть погодя. Но я и сам знаю, что просто так этот узел не разрубить. Дашку зацепит. И вот тогда…

Пиздец какой-то. Перекидываемся с Ингой еще парой фраз. После собираемся и вместе идем на выход. Но уже почти возле дверей какой-то пацан влетает на всей скорости, так что Инга отшатывается, и я ее придерживаю, чтобы она не упала.

– Бешеный какой-то, – фыркает она.

– Не ушиблась?

– Нет, но…

Разворачиваюсь в сторону придурка, но Инга кладет ладонь мне на плечо.

– Макс, не надо. Мне, и правда, пора. Не хочу здесь застрять.

Под ее умоляющим взглядом соглашаюсь,  и мы просто уходим. Время позднее, и завалиться сейчас к  Даше будет вряд ли хорошим решением, особенно если учесть, что там у нее родители и племянник.

По-хорошему бы наплевать на это и… Но я же помню, что права на ошибку у меня нет. К тому же, прежде всего надо разобраться с тем, как Воронцов меня подставил.

Так что еду я к себе домой и до полуночи изучаю данные с флешки. По всему выходит, что доказательства железобетонные. Связь между Воронцовым и Вайсманом финансовая, но такая, что подкопаться сложно. Хотя и возможно.

Утро встречаю раздраженным и невыспавшимся. Новые обстоятельства сильно влияют на мой изначальный план. Естественно, я не собирался оставаться с судимостью – тем более что я был не виноват. Мне нужно лишь доказать это, и тогда мое прошлое очистится.

Вот только по всему выходит, что, сдав Вайсмана, я должен буду сдать и Воронцова.

И что тогда?

В общем, проблема та еще вырисовывается. Однако когда не выдерживаю и все-таки набираю номер Даши, она опять не отвечает. И нет, телефон у нее в сети, но сначала она не отвечает, затем начинает сбрасывать. А вот потом….

Потом телефон, наконец, вырубается.

Твою ж налево-то! Естественно, после этого ни о какой работе и речи быть не может. И конечно же, я снова еду домой к Даше. В этот раз я уже сдерживаю порыв колотить в дверь так, чтобы слышали все вокруг.

Но едва дверь открывается, вместо Даши я вижу ее отца. На его лице появляется понимающая ухмылка. Затем он медленно отходит в сторону и, открыв дверь пошире, делает приглашающий жест.

– Заходи, генеральный директор, поговорим.