ГЛАВА 19

Ника приехала домой. Первым делом бросилась к телефону. Остановилась на полпути. Нельзя из дома звонить маме и девочкам. Одноглазый мог и у нее жучков наставить. Только из автомата можно. Как же она соскучилась по дочкам. Сил нет. И не поехать ни проведать. За ней могут проследить. Нужно Артему позвонить, пусть узнает, как там они. Посмотрела на фотографии дочек и сердце сжалось, заболело. Скучают наверно, плачут. Особенно Анечка. Она всегда к Нике привязана. С самого рождения. Катя самостоятельная, а Анечка нежная и ранимая. Вроде сестры, а такие разные.

Ника положила цветы, подаренные Владимиром, на стол и села в кресло. С утра она его так больше и не видела. Он уехал еще до того, как Ника встала с постели. Позвонил, правда, поблагодарил за чудесный вечер. О ночном откровении ни слова. Как будто и не было ничего. Впрочем, Ника понимала, что ему неприятно вспоминать о своем поражении. Коршун сказал, что будет отсутствовать два дня. Звал ее с собой в столицу, но она отказалась. Ей нужно собраться с мыслями. Обдумать, что именно она скажет Одноглазому.

Внезапно Ника вскочила и прижала руки к груди. Коршун уезжает на два дня. А что если...

Что если вернуться вечером к нему в дом под предлогом, что она что-то забыла и попробовать открыть сейф?! Ее пропустят. Должны пропустить. Ведь сегодня Владимир ясно дал понять, что для него Ника дорогая гостья.

Адреналин тут же волной ударил в голову. Это ведь шанс. Такой больше никогда не подвернется. Оказаться самой в доме Коршуна. Если ей удастся открыть чертов сейф, она может послать их всех к такой-то матери. Больше не нужны встречи с Владимиром, больше не нужно распихивать жучки, не нужно боятся Одноглазого. Она просто сбежит, а тот не посмеет ее задерживать, если так сильно мечтает получить код. А что, если ее будут преследовать? Что если Коршун неожиданно вернется?

«Я должна рискнуть. У меня просто больше такого шанса не будет. Рано или поздно мне придется переспать с Коршуном, изображая наслаждение. Мерзость. Тьфу! Никогда мне еще не было так противно. Если достану код сегодня - забуду, как он выглядит. Тогда будет, с чем идти к Одноглазому.»

Ее глаза засверкали, щеки вспыхнули от возбуждения. Она почувствовала, как быстро трепыхается сердце в груди. Посмотрела на портреты дочерей.

- Если у меня все получится - мы снова будем вместе и забудем про этот кошмар. Только вы и я. Уедем как можно дальше.

Ника открыла кейс, отданный ей Одноглазым, и пересчитала деньги.

- На первое время хватит.

А потом все померкло перед глазами – слишком просто все получается. Слишком. Не выйдет у нее ничего. Если отдаст код – от нее тут же избавятся. Нужно узнать код и все Андрею рассказывать.

***

- Ты почему, сучья твоя душа, девок спрятал, а мне ничего не сказал?

Генка яростно сжал трубку в руке и развалился на топчане. Его белое, дряблое тело энергично растирала массажистка-азиатка, одетая лишь в набедренную повязку. Ее маленькие груди качались в такт умелых движений проворных пальчиков.

- Значит, так. Еще раз что-то сделаешь у меня за спиной - пристрелю как собаку. Свои не помогут, понял? Сучонок, я тебе сколько бабла плачу, чтобы ты работал как положено? И именно сейчас ты подкладываешь мне эту свинью? Я весь город обыскал. Мне это в такую нервотрепку вылилось - ты не расплатишься.

Массажистка переместилась к бедрам, заплывшим жиром, и крепко помяла их маленькими пальчиками. Одноглазый поморщился от боли, но продолжал говорить по сотовому.

- Что еще ты от меня скрываешь, мразь? Почему не сказал, что телку давно знаешь? Не надо мне блеять, что забыл. Я твою продажную душонку как дважды два знаю. Это хорошо, что она тебе доверяет. Так даже лучше. Но еще хоть что-то скроешь, порежу тебя на шнурки. С девок ее глаз не спускай. Обо всем докладывай мне лично. Что там с ее бывшим? Мешать нам не будет? Это хорошо. Пусть пока свою работу выполняет. Последний доклад уже есть? Почему я копию не получил? Когда встреча с Вахой?

Кряхтя, перевернулся на спину и облапил массажистку. Та полила на ладони нагретое масло и принялась растирать его безволосую, белую грудь.

- Мне нужен день и время. Не корми меня загадками. Пусть твой агент лучше работает. Твою мать. Я за что тебе плачу?! Нахрен мне нужен федерал, у которого нет информации?! Значит так - копию рапорта передашь мне. И держи ухо востро. Без меня не рыпаться. Деньги передаст тебе Лихой. Сам позвонит. Как договаривались.

Массажистка распахнула полотенце на бедрах Одноглазого и принялась за самую вялую часть его тела.

Внезапно он схватил ее за волосы и резко наклонил к своему паху.

- Давай, ртом работай. Руками я и сам умею.

Андрей припарковал автомобиль за несколько дворов от дома Корецкого. Достал из бардачка шапку, натянул по самые брови. Проверил заряд пистолета и вышел из машины.

Снова написал сообщение Корецкому, но тот не ответил.

- Ну, как говорится - если Магомет не идет к горе...

Асланов быстрым шагом приблизился к дому Артема. Профессиональным взглядом окинул улицу. Заметил старушку с собачкой. Пару ребятишек возле горки. Бросил взгляд на окна пятого этажа - темно. Значит, Корецкий не дома. А должен был уже вернуться. Как никак девять вечера. Такие, как он, долго на работе не засиживаются. Андрей подождал,пока старушка скроется в соседнем подъезде и юркнул за дверь. Быстро взбежал по лестнице, совершенно бесшумно. Остановился у знакомой двери и прислушался. Тишина. Только радио работает. Корецкий всегда оставлял его включенным. Его еще мать с детства приучила. Якобы так можно подумать, что в доме кто-то есть. Андрей постоял у двери. Потом посмотрел на приоткрытый люк, ведущий на крышу. Взобрался по лестнице и вылез наружу. Тихо ступая по скользким ото льда перекладинам, подошел к тому месту где должна быть квартира Корецкого. Если у того все те же старые привычки, то окно на кухне должно быть открыто. Артем всегда проветривал в доме, ему казалось, что на стенах остается запах табака. Впрочем, проветривай или нет, а вся квартира и так заванивается сигаретами, если регулярно курить в помещении. Хотя привычка пуще неволи. Их любимое выражение в армии. Именно «привычка», а не «охота». Андрей, удерживаясь ногами и одной рукой за выступ крыши, повис на перекладине - он не ошибся. Окно открыто. Ловко качнувшись на карнизе, Асланов осторожно стал на скользкий подоконник, а потом неслышно проник в квартиру.

Он знал здесь все наизусть. Как-никак частенько раньше захаживал к другу в гости.

«Потормошу я тебя немного, Корецкий. Ох, потормошу»

Андрей прошел в комнату Артема и зажег фонарик. Осветил аккуратно убранное помещение, односпальную кровать. Рабочий стол. Пусто. Ни одной бумажки. Проклятый педант. Всегда все вылизано, как в операционной. Андрей разочарованно повел фонариком по стенам и уже хотел выйти, как вдруг выхватил из темноты дверь кладовки. Андрей зажал фонарик в зубах и повертел замок в руках.

«Вскрыть - два раза плюнуть. Но заметит, сволочь. Ключ поищу. Вряд ли носит с собой.»

Наклонился к коврику у кровати и тут же обнаружил то, что искал.

«Корецкий, предсказуем ты до мелочи. Годы службы ничему не научили. Хоть бы фильмы про бандитов смотрел. Кто ж ключи в наше время под коврик прячет?»

Андрей быстро открыл замок и распахнул дверцу кладовки. Когда осветил стены маленького помещения, замер на пороге. Глаза расширились от удивления, а фонарь в руке мелко задрожал.

Фотографии Ники. Их так много, что рябит в глазах. Как будто ее снимали каждый день в течение многих лет. Здесь висели снимки, сделанные еще тогда, когда Ника и Андрей были женаты. Асланов протянул руку и включил свет. Тусклая лампочка без плафона осветила все помещение. Он подвинул к себе табурет и сел. Снова осмотрел стены. Это походило на убежище маньяка, где тот прячет снимки своей жертвы. Везде только Вероника. В самых разных ракурсах. Когда только успевал снимать? Неужели все это время следил? Андрей содрогнулся от отвращения.

«Чертов сукин сын! Он не просто в нее влюблен. Он болен! Он хренов псих! Он опасней, чем Коршун и все остальные вместе взятые. Этот человек распоряжается полностью моей жизнью. Он распоряжался ею еще четыре года назад. Все происходило по его плану!»

Андрей вывернул ящики письменного стола наизнанку, высыпал документы, папки, квитанции.

Здесь полное досье не только на него самого, но и на всех, кто окружает Коршуна. Папочки, подписанные аккуратным почерком. Он дал им всем имена - как вещам. Любимым сувенирам. На папке самого Асланова нарисован череп.

«Сумасшедший ублюдок!»

Асланов пролистал несколько папок. Еще раз убедился, что ему Корецкий не открывал и половины информации. Пора обходить курьера и выходить на самого генерала. Похоже, тут уже давно идет не то что двойная, тройная игра. Он больше не может выполнять задание. Всегда был план «б». План, где операция не приносит успеха, и агент должен отступить. Этот план теперь ни к черту не годится, ведь тот, кто должен был прикрыть спину Андрею, с легкостью в нее выстрелит. Его семья в опасности, его дети у этого психопата. Он должен немедленно предупредить Нику и забрать девочек из той деревни. Ему нужно выйти на кого-то, кто выше самого Корецкого. Черт, ну не в отделение же ему идти?

Асланов прихватил несколько папок, среди которых была также папка с его собственным именем, сунул диктофон Корецкого в карман и быстро покинул квартиру, но уже через дверь. Замок у Корецкого легко закрывался снаружи, если придавить пальцами и тихонько потянуть дверь на себя.

Асланов бросил папки на сиденье. «К Тимофееву! Вытрясти из этого гада всю правду!».

- Я ничего не знаю-ю-ю-ю! Не надо.... Пожалуйста... ничего-о-о не знаю!

Андрей припечатал Славика к стене, и кулак мягко вошел в дряблое брюхо как в подушку.

Глаза Тимофеева округлились, и он захрипел.

- Ты, тварь! Ты заговоришь! Я буду сдирать с тебя шкуру по кусочкам, поверь, даже Одноглазый не способен на такие изощренные издевательства.

Асланов сбросил с себя куртку и, сгреб Тимофеева за шиворот, усадил его на стул. Схватил телефон и примотал Славика шнуром к спинке. Подошел к бару, демонстративно рассматривая содержимое под скулеж Тимофеева.

- Спиртик имеется? Нет? Водяра твоя дешевая тоже не прокатит. Эх, все свое приходится носить. Достал небольшую пластиковую бутылку из кармана куртки. Открутил крышку и налил в стакан.

- Что ты задумал, Асланов? Чего ты хочешь? Я ничего не знаю! У меня был заказ, я послал Нику, так как она самый лучший работник. Откуда я знал, что Коршун захочет ее трахнуть, а она согласится?!

- Сука! - Андрей ударил Славика кулаком в лицо и послышался отвратительный хруст и крик Тимофеева.

- Выбирай выражения, когда говоришь о моей жене.

- Бы-ы-ывшей! Урод! Ты мне нос сломал! - Завыл Славик.

- Ну, это мне решать, бывшей или нет. А теперь говори - кто тебя заставил провернуть все это?

- Иди на хрен!

Славик потянул носом, из одной ноздри текла тоненькая струйка крови.

- Что это? Бензин?

- Значит, будем по-плохому.

Андрей схватил руку Тимофеева и окунул пальцы в жидкость в стакане.

- Что ты хочешь сделать?! - Ужаснулся Тимофеев и его глаза округлились от страха.

- Я поджарю тебя по кусочку, Славик, и сложу в коробки из-под бутербродов в твой крутой холодильник! Ты понял?! Я буду жарить твои жирные пальцы, как шашлык!

Глаза Андрея сверкали такой ненавистью, что Славик зажмурился, когда тот приблизил к нему искаженное яростью лицо.

- Ты ненормальный, твою мать!

- Да, тварь! - Андрей выхватил пистолет из-за пояса и ткнул в лицо Тимофеева, - Да! Я ненормальный! Игрушки кончились! Ты тронул мою семью и моих детей! Я передумал! Я не буду трогать пальцы, у меня нет времени - я просто снесу тебе полбашки! Твои мозги растекутся по этой белой стене в виде красного натюрморта!

Андрей взвел курок и вдавил дуло пистолета еще сильнее.

- Говори! Я считаю до трех! Раз! Два!

- Хорошо! Мать твою, хорошо! Я все скажу! Убери эту штуковину! Я все скажу! Это Корецкий! Это все он! Я у них на крючке, уже давно у ментяр на меня такое дело - пожизненное мне влепят. А за решеткой меня тут же за яйца подвесят. Одноглазый как узнает, что я его сдавал, прикончит меня. Это все Тема! Он заставил меня отправить туда именно Нику. Это его идея! Его-о-о-о-о! И угрожать, и запугивать ее я стал с его одобрения. Одноглазый думает, что держит Корецкого в руках. Ни хрена, Артем всех их пришибет гвоздями к стенке. Они у него все вот где.

Тимофеев сжал кулак.

- И ты тоже. – добавил. Но как-то безрадостно.

- Ты угрожал Нике, сволочь? Что именно ты заставлял ее делать?

- Да всего-то код от сейфа Коршуна достать. Ничего серьезного, просто пару раз перепих...

- Заткнись! Еще одно слово и выбью зубы! Чем ты ей пригрозил?

- Детьми! - Пробурчал Славик и быстро заморгал, ожидая удара.

- Скотина! - Андрей снова взвел курок.

- Асланов, не надо! Ты же обещал! Я прошу тебя! Ты слово-о-о дал, а я все рассказал! – Тимофеев расплакался и скривился.

- Живи, тварь. Тебя твои дружки и без меня пришьют.

Андрей схватил куртку и пошел к двери.

- Эй! Развяжи меня?!

- Твои придут и развяжут. Кстати, Тимофеев, не будь жмотом, и купи нормальный телефон, тогда нечем будет тебя к стулу привязывать. Удачи!

- Андрееей, развяжи-и-и! Умоляю-ю-ю-ю!

В ответ дверь с грохотом захлопнулась. Славик в голос зарыдал от бессилия.

***

«Черт, Ника, какого хрена ты не отвечаешь? Какого хрена молчишь?»

Андрей почти час назад вернулся в свою квартиру и теперь нервно ходил по комнате. Зазвонил сотовый и он тут же ответил.

- Да!

- Асланов?! Тебя где черти носят? Где ты лазишь?

- Владимир Александрович, простите. Друга с армии встретил. Прокутили с ним полдня.

- Я просто волновался, ты на звонки не отвечал. Кирилл тебе сто раз звонил. Вот уже меня подключил.

- Спасибо. Со мной все в порядке. Вы уже приехали?

- Да, только приземлились.

- Может, и я к вам вылечу?!

- Нет. Ты мне там нужен. Присматривай за Вероникой и за домом. Слышишь, мне эта женщина дорога, чтоб ни один волосок с ее головы не упал, пока меня нет.

- Не волнуйтесь.

Яростно швырнув сотовый на пол, Андрей выругался матом.

- Я и без тебя за ней присмотрю!

Асланов открыл папку и принялся листать информацию, собранную Корецким. Потом взял диктофон, отмотал на начало последней записи и включил...

... Сегодня я смотрел за тобой из машины. Бегаешь. Суетишься. Тебе страшно. Все вы как мурашки, а я Бог. Нет, вы мои шахматные фигурки, делаете те ходы, которые я хочу. Я думал, ТЫ моя королева. Не захотела. Сколько пренебрежения было во взгляде, когда отказала. Посмотрела, как на насекомое. Чем я хуже твоего гребаного Асланова? Я не так силен? Я не так жесток? Я не могу тебя трахнуть на капоте автомобиля как это сделал бы он? Да-а-а, я видел вас. С вечеринки ехали, я проследил и видел, как он тебя на машине драл. Сука-а-а ты. Почему ему, а не мне? Асланов не любит тебя, так как я. Он никогда не любил. Бросил. Не разобрался. Хоть бы чуток засомневался. Да только мне на руку. Пошел сам в пекло. Я свое задание выполнил как нельзя лучше. А ты, сучка проклятая, меня не захотела. Я тебе деньги, тварь, жрачку, а ты-ы-ы… у-у-у, ненавижу.... Все о нем плакала. Он забыл про тебя! Как приехал, баб тут же снял. Не захотела со мной – будешь с Коршуном, все равно у него ни черта не стоит. Я потом тебе снова сопли подотру. А заартачишься, сдам твоих выблядков Одноглазому. Мы уже совсе-е-ем скоро по-другому поговорим. Коршуна с Аслановым уберем, и останусь я с тобой один на один. Тогда ты уже не посмеет мне отказать. Только бы Коршун или Асланов не нарыли информацию раньше, чем я их уничтожу... Мне не нужно, чтобы их тайна всплыла именно сейчас... Скоро мы поиграем. Очень скоро!....

Андрей положил диктофон на стол... медленно перемотал пленку назад и еще раз прослушал. Это была последняя запись. Где сейчас этот хренов психопат предатель? Где сейчас этот больной ушлепок?

О какой еще тайне он говорит? Что еще может скрывать Коршун? И почему это касается и Андрея тоже?

Андрей взялся за папку со своим именем, как вдруг зазвонил сотовый.

- Да! - Рявкнул Асланов, видя, что звонит Кирилл.

- Асланов, тут девка хозяина пришла. Говорит, забыла косметичку вчера в комнате Коршуна. Что делать? Пустить?

« Ника, какого черта ты там делаешь? Чертова девчонка, задумала вскрыть сейф? По-моему, пора ей обо всем узнать. Я не могу постоянно стирать пленку. Когда-нибудь это заметят! Идиотка-а-а!»

- Пропусти ее, а я сейчас приеду. Коршун помнишь, что сказал – чтоб с ней, как с хозяйкой.