Глава 1

— Да чтобы ему шапка на голове мозоль натерла! Чтобы у него глисты завелись и загрызли до смерти! Чтобы он своим длинным языком подавился! Ненавижу гада! На дух не переношу! Была бы моя воля, превратила его в жука-паровозника и наступила! — топая по коридору, я практически искрилась от злости. — Ну надо же было этому идиоту появиться именно в тот момент, когда я, наконец, смогла оторваться от земли и при этом удержаться на море. Чего он постоянно крутится там, где я нахожусь? Змеюка лысая!

«С такими кривыми ногами, конечно, трудно удержаться на метле», — выдал этот недоделанный, проходя мимо нашей группы, тренировавшейся на стадионе, — «ты их в узел завяжи и лети», — его дружки, такие же придурки как и он, заржали во всю глотку, а я, потеряв концентрацию, не удержалась и со всей дури шандарахнулась об землю, да так, что рассекла щеку, разбила локоть и коленку. Да еще мору сломала — рукоятка треснула. И как мне теперь заниматься?

Мора или зачарованная метла, к сожалению, ремонту не подлежала, я и так для тренировок старенькую купила, на новую у меня не было ливрей. Меня, конечно, не удивило, что сохранное заклинание не выдержало даже такого простого столкновения с землей и растворилось, но очень расстроило, потому что без нужного инвентаря учеников не пускают на занятия.

И где мне взять другую мору? Понятия не имею. Новая стоит сто ливрей, это для меня баснословная сумма. Старая — как минимум десять, но только их у меня тоже нет. Я и так внесла лишь половину платы за обучение. После равноденствия необходимо заплатить вторую часть, а у меня пустые карманы. И попросить не у кого, мать еще год назад заявила, что я совершеннолетняя, и она больше не обязана меня содержать, а своего отца я никогда не видела. Мориса о нем ничего не рассказывала, но думаю, тут правда в ином — она сама не знает, от кого залетела. Да, вот такая у меня мамаша.

Ладно, не будем раньше времени унывать, впереди еще четыре месяца, что-нибудь придумаю. Мне не впервой. Только этому засранцу я не спущу выходку с рук! — размышляя, я съехала по лестнице на этаж ниже, где располагалась библиотека. — Сейчас почитаю, остыну и с холодным рассудком пойду мстить.

У кого-то сегодня занятие по зельеварению, — хмыкнула я, собирая длинные рыжие волосы в объемный хвост на затылке и завязывая их резинкой. — Подсыплю на дно его котла прозрачную пыльцу аваги и дело сделано. Что бы он в нем сегодня ни варил, жижа взорвется, заляпав хозяина и все вокруг. А Фанья Миг с удовольствием заставит этого криворукого драить весь класс. Так что последнее слово все равно будет за мной!

— Элея Вадвурт! — от коварных мыслей меня отвлек оклик профессора истории магии. Я остановилась и как примерная ученица тут же обернулась.

Ко мне подошла невысокая, худощавая ведьма в конусообразной черной шляпе и длинном плаще в цвет головного убора. Глянув из-под продолговатых очков строго и требовательно, поинтересовалась:

— Надеюсь, вы не забыли об инициации? Еще неделю назад вы должны были внести десять ливрей и опустить окропленный кровью корень цветка верности в чашу инициации. Почему вы до сих пор этого не сделали? Время идет, чем быстрее вы обретете свое «отражение», тем легче раскроется ваш дар и эффективнее будет обучение. Не тяните с совершением обряда, Элея, вы же до сих пор не знаете, каким обладаете даром? — прокаркала она и, поправив спустившиеся на нос очки, стала еще серьезнее.

— Да, Фанья Суе, я постараюсь в ближайшие дни все сделать, — я уверенно покивала головой. — Об инициации я не забыла, правда, хотела кое-что уточнить, — смущенно погрызла нижнюю губу, — можно оплатить в кредит или в рассрочку? У меня мора сломалась, а без нее меня не допустят на урок левитации? — морщинистое лицо женщины нахмурилось, но она не стала тянуть с ответом.

— Обратитесь к цалмейстеру, я не располагаю такими данными. Элея, вы должны были заранее подготовиться к учебному году! — возмутилась она, но развивать мысль не стала. — В общем, я вас предупредила, — уже спокойнее добавила преподавательница, а я в ответ кивнула. Фанья Суе смерила меня задумчивым взглядом и пошла дальше, а я вздохнула.

Да не тяну я с инициацией, наоборот, жду ее как солнцестояния. Просто пока не знаю, где добыть эти проклятые десять ливрей. Да что за мир-то такой несправедливый: за учебу плати, за форму плати, за учебники плати, инициация и та платная! И где мне взять столько ливрей, если заработать негде, а попросить не у кого?

Еще и мамаша подгадила, взяла и выскочила замуж за отца этого придурка Арона, а он теперь мне прохода не дает. То ли Мориса в роли мачехи его бесит, то ли я не нравлюсь как сестра. В общем, некогда мне вдаваться в размышления, надо взяться за реферат.

— Так, история магии, где же нужный стеллаж? — я задрала голову к потолку, где в ячейках пылились разновозрастные книги. Искать не хотелось, поэтому я быстро начеркав на листе заклинание поиска и указав необходимые параметры, подула на бумагу, сметая буквы, и пошла за свободный стол. Ровно через две минуты сверху, медленно покачиваясь, спустились два толстенных талмуда.

Я раскрыла оглавление первого и вздохнула: эх, как жаль, что у меня нет ливрей на самопишущее перо, это так удобно просто диктовать текст, а он сам на бумагу ложится. Но делать нечего, придётся по старинке работать пером.

Я полистала книги, почитала и занялась компиляцией, краем глаза поглядывая на вошедших в зал первокурсников. Они выглядели такими испуганными, растерянными, скованными, что я невольно вспомнила себя в их возрасте. Мне тогда было еще страшнее, потому что в «Академию чародейства» я поступила, а вот оплатить учебу мне было нечем.

Отбросив тоскливые мысли, я собрала свои вещи, а книги заклинанием отправила по местам. Идея поквитаться с Ароном меня так и не отпустила, поэтому я мелкими перебежками, чтобы не быть замеченной, отправилась в кабинет зельеварения.

Фанья Миг, длинная и тонкая, как тростник, магичка, готовила ингредиенты для будущего занятия, поэтому войти в класс я не решилась. Зато навела порчу на парту Арона, оставив на сидении обжигающее заклятье.

Пусть походит с выжженной дырой на мягком месте и обугленной пятой точкой. Поделом ему, меньше будет выпендриваться. Довольная своей проделкой, я направилась в жилую часть «Академии чародейства».

***

— Мароя, ты тут? — я отперла комнату ключом и заглянула внутрь.

— Тихо, не ори, — раздалось громкое шиканье из ванной комнаты, где лился неяркий свет, и была приоткрыта дверь, — я пою приманку.

Мароя — сирена, но она пока только учится, поэтому в полной мере пользоваться своими способностями не умеет.

— Что тут у тебя?

Я скинула туфли и заглянула к подруге. Та сидела на краю ванной, а ноги, хотя ныне уже хвост русалки, был опущен в зеленоватую воду.

— Тсссс, — обернувшись ко мне, темноволосая кудряшка прижала палец к пухлым губам, — я уже начала, не спугни, — и она чарующе запела: — Появись, появись, красавица. В этом мире Тулли понравится. Шелест волн тугих, песня вод ночных. Покажись, не скупись, появись, — манила Мароя, призывая ильную рыбку, но гладь воды была все также спокойна, тиха и неподвижна, поэтому она попросила меня. — Элея, капни кровушки, не жадничай, — улыбнулась мне сирена. — За летучую ящерицу пообещали двадцать ливрей, — она хитро мне подмигнула, а я оживилась, предчувствуя неплохой доход, — отдам половину, если поможешь призвать ильную рыбку, ящеры падки на них. А если заполучим две приманки, то охота точно удастся, — Мароя поправила круглый прозрачный аквариум, который стоял на ее чешуйчатых коленях, а я активизировалась. Ради денег я готова вену вскрыть и сцедить литр крови.

Из-за пояса я достала маленький магический кинжал, похожий на пилочку. Очень удобная вещь: всегда стерильная, острая и под рукой. Конечно, кровопускание не мое любимое занятие, но Тулли, рыбки, которыми так любят лакомиться крылатые ящеры, очень падки на мою кровь. Мы с Мароей выяснили это случайно на первом курсе, когда я обрабатывала в ванной привезённые для зельеварения травы и обрезалась. В это время Мароя что-то напевала себе под нос. Две Тулли каким-то чудесным образом вынырнули из воды и бросились меня кусать. Я еле спасла раненую конечность. Вот.

Я вытянула вперед указательный палец и ткнула его острием кинжала. Нажав на рану, выудила капельку крови. Как только алая жидкость достигла поверхности воды и расплылась неярким кругом, Мароя снова запела, призывая добычу:

— Появись, появись, красавица. Мой подарок яркой Тулли понравится. Алый всплеск в ночи, теплый шелест свечи. Покажись не скупись, появись!

Я восхищенно улыбнулась. Какой у подруги чарующий голос, словно сама природа с тобой разговаривает. В ее пении слышны переливы струящегося по скалам водопада, шелест летних, сочных листьев, шёпот блуждающего ветра. Меня повело в ее сторону, словно кто-то потянул за невидимый поводок. Захотелось приблизиться к сирене, коснуться ее пышных кудрявых волос, заглянуть в лазурные, как океан глаза, прямо в губы прошептать ее имя. Но звонкий смех Марои перебил наваждение.

Я тряхнула головой, снова возвращая очертания предметов и ахнула, потому что не успела подруга закончить песню, как из воды, прямо из того места, куда упала капля моей крови, выпрыгнула ярко-бордовая перламутровая рыбка, а за ней еще несколько. Я только успела схватить с колен сирены аквариум и поймать на лету сразу две штуки. Третья, к сожалению, сожрав каплю моей крови, тут же исчезла.

— Ничего себе! — хихикнула кудряшка, прикрывая рукой рот полный острых, как шипы зубов. — Невероятно, Элея! На этот раз целая стая! Вот это нам повезло! — она развернулась, вытаскивая на пол блестящий чешуйчатый хвост. — Кинь мне полотенце, надо высушить ноги, — она тряхнула своей переливающейся рыбьей конечностью так, что брызги разлетелись по всей ванной комнате, заодно окропив меня с ног до головы.

— Ай, хватит, что за выкрутасы! — взвизгнула я, вылетая из санузла. — Не мотай хвостом, лужи будут, — предупредила я, доставая из шкафа чистое банное полотенце и кидая им в Марою. — Давай, зубастик, сушись и выходи, я голодная. Если не поторопимся, то в столовой все столики будут заняты, и мы останемся без ужина.

Я понесла аквариум с долгожданной добычей в комнату и поставила сосуд на стол около открытого окна, а из ванной послышалось веселое пение подруги.

В нашем мире маги, не маги и другие расы существуют гармонично, относясь друг к другу с уважением. Быть волшебником — это такая же работа, как любая другая. Причем дипломированный чародей не только уважаем в обществе, но и хорошо зарабатывает. Поэтому в «Академию чародейства и волшебства» совсем не просто попасть, а удержаться еще сложнее. Если дар развивается слабо и не проявляется в должной мере, то даже при отличной сдаче экзаменов тебя могут отчислить с любого курса. Вот такая незадача.

Я переоделась в короткую плиссированную юбку и футболку с бабочками. А Мароя, прошлёпав мимо меня в одном нижнем белье, накинула легкий струящийся белый сарафан до колен и подхватила сумку.

Нет, Марое дождь нестрашен, чтобы вернуть свой естественный вид, сирене надо окунуться в воду с головой и некоторое время там побыть. А вот поет подруга всегда бесподобно, единственное, что выдает в ней сирену — это острые колообразные зубы и хищное выражение лица, появляющееся, когда она выступает. Это выглядит, конечно, не очень красиво, но с природой не поспоришь.

— В субботу на рассвете мы встретимся с заказчицей, и я попробую поймать ящера на Тулли. Остальное меня не касается. Если она сможет приручить змея, то честь ей и хвала, если нет, то… — Мароя развела руки в стороны, — но в любом случае заплатит.

Я закрыла комнату на замок, а сверху наложила запирающее заклинание. Тулли очень ценная рыбка, если кто-то пронюхает, что у нас в аквариуме плавает аж два бесценных экземпляра, то либо нажалуется преподавателям, либо сопрет. Ни то, ни другое меня не устраивает.

— И как вы сирены так манипулируете голосом? — я взяла подругу под руку, и мы двинулись в сторону столовки, единственного места в «Академии чародейства», где можно было поесть за сущие корапейки.

— Это просто, — отмахнулась кудряшка, обдувая себя. После перевоплощения Марое необходимо время, чтобы снова привыкнуть к окружающему температурному режиму. — Я просто настраиваюсь на эмоциональную волну нужного мне существа и пою то, что оно хочет услышать. На третьем курсе вы будете проходить «Сиреноведение», думаю, тебя там научат, как управлять голосом, — я закатила глаза.

Ну да, ну да, прочитала и запела, — ухмыльнулась я. — Мне будет доступна только теория, а реализовать знания на деле, не имея дара, вряд ли получится. Но говорить об этом подруге я не стала, счастье в неведении.

Мы зашли в большой зал, где царила гробовая тишина, даже повара, раскладывающие еду студентам, куда-то испарились. Остановившись на пороге, мы застыли в недоумении, смотря на сцену, развернувшуюся перед нами.

— Я еще раз спрашиваю, где зелье, которое было у меня в сумке? — раскатистое шипение разносилось по помещению, рикошетя эхом от стен.

Все присутствующие, словно окаменевшие бандерлоги перед василиском стояли на задних лапах, с ужасом в глазах впитывая каждое его слово.

— Но Фрея Миг сказала уничтожить зелье «Вечного сна». Оно используется только для тяжелобольных, которым невозможно помочь или нужно много время для приготовления лекарства…

— Заткнись! — рыкнул Арон, сведя густые брови к переносице и схватив посеревшего от страха Дипа за лицо. Вытянутые черные зрачки василиска впились в глаза жертвы, заставляя безмолвно подчиняться. — Я что просил мне читать лекцию? — прошипел он, сильнее стискивая пальцы, сжимая в ладони щеки парня. — Я просил тебя вступать со мной в дискуссию?! — он медленно склонил голову набок, приводя окружающих в еще больший ужас. — Куда ты его дел? Отдай! — прорычал так, что даже у меня по телу побежало стадо бешеных мурашек.

Гребанный василиск, опять над кем-то издевается! Я перевела взгляд на стоящих рядом с ним дружков. Один огненными плетями сжимал горло двум задыхающимся парням, другой, сковав девушку холодом, с чувством наслаждения ее лапал.

— Я его вылил, — прохрипел распластанный на столе Дип, сдаваясь. Как и сказала Фрея Миг… — и тут же получил шлепок по лицу от Арона.

— Хватит! — не выдержав сцены насилия, заорала моя сирена. — Арон, ты рехнулся? Что ты делаешь? — она кинулась к Дипу, но тут же от взгляда внимательных глаз василиска рухнула на землю без сознания.

— Оп-па, — хищно поиграл он бровями, — спокойной ночи, острозубая, — хмыкнул Арон, возвращая жертве своё внимание, но тут очнулась я.

— Не смей! — рявкнула я, двинувшись в сторону обнаглевшего василиска. — Не трогай Марою! — серо-зеленый взгляд с вытянутыми черными зрачками метнулся в меня, но я успела опустить глаза вниз, не позволив себя вырубить. — Гипноз запрещен в стенах академии и насилие тоже! — предупредила я его, не сбавляя шаг, хотя знала, что давить на совесть этого беспринципного типа бесполезно.

Как Арон очутился рядом со мной, я даже не поняла. Только успела хлопнуть ресницами, как оказалась прижатая к прохладной светлой стене столовой. Его громадная лапища придавила мое горло, а жуткий змеиный взгляд впился в мои глаза.

— Ты решила мне угрожать, сестренка? — негромко поинтересовался он, ухмыльнувшись. А я обеими ладонями вцепилась в его руку и попыталась глотнуть воздуха, но не вышло. — Неудачная затея, — он склонил голову набок, ловя мой взгляд. А я почувствовала как его глаза медленно, но верно затягивают меня в омут повиновения. — Глупая, глупая, птичка, кто же воюет с тем, кто во много раз тебя превосходит?

Голова закружилась, а картинка превратилась в размытое пятно. Я почувствовала, как меня небрежно чмокнули в нос, а потом, подхватив на руки, понесли в неизвестном направлении.