Глава 25

Глава 25. «Стираю чужие поцелуи»

Грэй легонько, кончиками пальцев провел по моему позвоночнику на шее от завитков у линии волос до самого заметного шейного позвонка — туда, где начинается спина. Я слегка вздрогнула от этого приятного прикосновения. И подумала, что для расстегивания застежки кулона в этом жесте вообще-то не было никакой необходимости. Но Грэй уже возился с застежкой.

— Никак! — Признал он через минуту. — Застежку основательно сломали и заклинили, будто специально. Я боюсь применять заклинание, разбивающее цепи. Тут слишком близко твоя шея, позвоночник. Будет проще кусачками какими-нибудь.

— Да, давай лучше каким-то инструментом. У меня в башне вообще ничего подходящего нет.

Грэй подошел к печке. И взял огромные чугунные закопченные щипцы, которыми он хватал угли и раскаленные куски металла в своей печке.

— У меня здесь только такие. Но можно попробовать.

Щипцы выглядели устрашающе. И я засомневалась в успехе предприятия.

— Нет. Давай я потом. Сама найду что-нибудь получше.

— Съезжу, если перед отъездом успею, на рынок, куплю подходящий инструмент и освобожу тебя от подарка Рэндевальда, — пообещал Грэй.

А затем мрачно глянул на мою шею и плечи и предложил:

— Позволь я хоть избавлю тебя от кровоподтеков на шее. Чтоб не светила так явно перед всем королевским двором милостями и расположением принца.

Грэй бросил свои огромные щипцы на печную полку и поднял правую ладонь. Пальцы на его руке слабо засветились, будто их изнутри подсвечивал солнечный свет.

— Не бойся. Это быстро и совсем не больно.

Я нерешительно кивнула.

Легкое прикосновение светящихся пальцев Грэя было даже приятно. Как теплый солнечный луч, скользящий по коже. Я видела, как на моем плече исчез след поцелуя принца, словно своими «солнечными» пальцами Алхимик стер его резинкой.

В процессе лечения синяков от страстных поцелуев Рэндевальда Грэй зашел мне за спину. Я снова почувствовала на шее «солнечный лучик». Расслабилась. Стояла спокойно. Даже закрыла глаза от удовольствия. Как вдруг…

В том месте, где шея плавно переходит в плечо, я почувствовала осторожный нежный поцелуй.

Меня словно током шарахнуло. Я метнулась от Грэя на несколько шагов, ближе к печке. Развернулась и возмущенно крикнула:

— Да что ты делаешь?!

Грэй слегка наклонил голову, чтобы скрыть свою лукавую улыбку под носом, и шагнул ко мне:

— Стираю чужие поцелуи. Лечу тебя…

— Лжец! И ты туда же! Как ты мог?!

Грэй поднял голову и глянул на меня в упор. Серые глаза его стали темнее грозовой тучи:

— А тебе милее поцелуи принца? Ну, конечно! Он же богат, влиятелен и брат короля!

Это обвинение было так несправедливо! Так обидно слышать от него! Что я не выдержала и выкрикнула Грэю в лицо правду:

— Да я не знаю, как остановить его! Как мне удержать его, хотя бы на расстоянии вытянутой руки! И что мне делать, если он решит принудить меня к тому, чего я не хочу?!

Любому человеку сложнее врать и сдерживаться, когда он на эмоциях. Даже мне.

Мы замерли с Алхимиком друг напротив друга, взволнованно дыша, пораженные нашей внезапной взаимной откровенностью.

— Он тебе противен? — с надеждой, затаив дыхание, спросил Грэй.

— Нет, совсем не противен, — огорчила я Алхимика. — Рэндевальд — красивый, умный и страстный мужчина. Но он порой пугает меня. Принц бывает… слишком настойчив.

— Ну еще бы! Настойчивости принцу не занимать! — зло выплевывал слова Грэй. — Обрюхатил кучу баб. А теперь ему до них и дела нет. Как и до своих бастардов. Потому что на горизонте появилась более красивая и свежая пташка…

— Хватит! Прекрати! — возмутилась я. — Тебе это так не идет, Грэй, — говорить гадости о людях! Ты же совсем не такой! Ты другой…

— А какой я? — с любопытством перебил меня Алхимик. — Мне просто интересно: а какой я в твоих глазах?

— Я думаю, ты хороший человек, Грэй! Я хочу верить, что ты хороший добрый человек! — взволнованно отвечала я. — Ты же талантливый и умный парень, Грэй! И я вижу: ты полон сюрпризов. Но иногда ты так меня бесишь! Вот как сейчас, например, когда так строго судишь людей. Ты же в лице меняешься, когда говоришь о Рэне. Да что ты знаешь обо всех обстоятельствах принца Рэндевальда? Ты просто предвзято к нему относишься! Или ко мне…

— Да, я очень предвзято к тебе отношусь, — подтвердил Грэй, серьезно глядя мне в глаза. — И я не говорю гадости о людях. Только о принце. Я говорю то, что думаю. Я сам — бастард. И знаю, каково это — расти без отца, не знать его вовсе. Как по мне, так принц твой, «Прекрасный», совсем не стоит уважения. Он тебя не достоин, Валерия!

— Вот как?! Сам принц меня не достоин?! Высоко же ты меня ценишь! А кто тогда меня достоин?!

Мы стояли друг перед другом. Оба одинаково упрямые. Выставив лбы слегка вперед. Как собравшиеся бодаться молодые бычки.

— Я не хочу, чтобы он к тебе больше прикасался!

— Но это не тебе решать, мастер Грэй! Я — взрослая свободная женщина. И сама решаю, что мне делать. Буду поступать так, как сочту нужным.

Грэй стиснул зубы так, что губы его превратились в узкую полоску. Но смолчал. Сдержался.

— Лучше помоги мне научить принца держать свои руки при себе! Мне нужно разучить несколько новых фокусов, чтобы слегка его напугать. Найди мне книгу защитных заклинаний!