Глава 36

Глава 36. «Это — не просьба. Это — приказ»

Впервые в жизни мне пришлось провести верхом на лошади целый день. И хотя мы никуда не гнались и не скакали галопом, от такого испытания у меня с непривычки ныли все мышцы в теле.

Поэтому едва мы в городке Уз заселились на постоялый двор «У Бургильонского леса», с расположенной на первом этаже таверной «Кабан и пиво», я быстренько пробормотала, что не смогу отужинать сейчас в таверне вместе со всеми. Сослалась на усталость, схватила свою тарелку с яичницей и быстро сбежала на второй этаж в отведенную мне в гостинице комнату. Заперлась на деревянный засов. Проглотила остывшую пару яиц не потому, что это вкусно, а потому что так надо, чтоб были силы. И сразу завалилась спать. Я так устала, что просто провалилась в темноту и чувствовала какое-то время только ноющую подергивающую боль в ногах, руках и спине.

Ближе к полуночи меня разбудили голоса в коридоре. Кто-то из обитателей постоялого двора спорил прямо у моей двери. Не в голос. А придушенным шепотом. Но так, как если бы шепотом можно было орать на повышенных тонах. Мне сейчас точно было не до них.

«Дайте уже поспать, ироды!» — мысленно выругалась я. Перевернулась на бочок и плотно накрыла ухо одеялом.

Вымоталась я за тот день так, что утром проспала завтрак. Быстро оделась в свой мужской наряд и стала спускаться в таверну на первый этаж позже всех из нашей команды. Когда остальные свой завтрак уже доедали за одним длинным деревянным столом, сколоченным из простых, серых от старости, плохо обструганных досок.

Точно такие же длинные столы и длинные простые скамьи от посеревшего от времени дерева стояли в два ряда по всей таверне «Кабан и пиво». Там ели и пили не только гости постоялого двора «У Бургильонского леса». Местные мужчины разных сословий тоже приходили в таверну пропустить по кружечке пива или вина.

С первого этажа таверны на второй этаж, в комнаты постояльцев гостиницы, вела расположенная в центре зала широкая деревянная лестница. Вот по ней я и начала спускаться ко всей нашей честной компании, сидевшей за столом напротив.

К этому моменту Грэй уже поднялся с лавки, чтобы за какой-то вещью подняться в свою комнату на второй этаж.

Я спускалась. Он поднимался. Вот и все. Мы старались друг на друга даже не смотреть. Не поворачивать головы. Но чем ближе мы с Алхимиком делали по ступенькам шаги друг к другу, тем отчетливее ощущали, как громче стучат наши сердца и наэлектризовывается воздух вокруг нас.

Мы все же не удержались и взглянули друг другу в глаза. Нас притягивало, как магнитом. Очень сложно было противостоять этому притяжению. Когда Грэй поравнялся со мной на середине лестницы, он слегка задел чуть отставленным мизинцем своей руки мизинец моей. Якобы случайно. Мы всего на долю секунды замедлили шаг, чтобы хоть на миг незаметно коснуться друг друга.

«Как не краснеть удушливой волной, едва соприкоснувшись рукавами.. .»

Грэй скрылся на втором этаже. Я спустилась. Но даже не успела сесть за стол.

— Валерия, можно тебя на минуточку! Поговорить надо, — тут же взял меня под локоток Рэндевальд и потащил быстро, мягко, но настойчиво к выпирающей углом в обеденный зал стенке. Сбоку от этой лестницы. Там был проход на кухню.

Рэн прижал меня спиной к боковой стенке и уперся в нее своей сильной рукой рядом с моим плечом. Словно огораживал нас шлагбаумом от зала таверны.

Слегка наклонился ко мне, выгнул спину, чтобы высокий рост не мешал ему смотреть мне прямо в глаза.

— Что происходит, Валерия? — цепкий взгляд профессионального профайлера и его тон мне совсем не понравились. Рэн снова «прощупывал» меня. — Ты избегаешь меня?

— Разве? Да я только к завтраку спустилась. Разве я не была с тобой вчера весь день мила и любезна?

— Была, — нехотя признал Рэн. — Но могла бы быть еще любезнее. Ты избегаешь моих прикосновений. Я заметил. Под любым предлогом. А почему? Почему? Вчера сбежала еще до ужина, засветло, и заперлась. До этого два дня подряд где-то бегала. Что это было только что на лестнице?!

«Он заметил!!».

Я в ужасе замерла и слегка приоткрыла рот, не зная, что ему ответить. В горле у меня пересохло. Рэн буравил меня своими черными глазами.

— Я не понимаю… — пролепетала я.

— Все ты прекрасно понимаешь, хитрая лиса! Ты считаешь меня идиотом? Или слепым? Думаешь, я не видел вчера на привале и в харчевне эти ваши взгляды заговорщиков?! А теперь еще вроде бы случайные прикосновения! Я же велел тебе держаться от него подальше!! Меня никто не может и не смеет обманывать безнаказанно!

Рэндевальда уже трясло от еле сдерживаемой ярости.

А у меня вдруг страх пропал. Совсем. И наступило такое ясное ледяное спокойствие. Как в оке урагана. Вокруг все бушует. А тут маленький «пятачок» четкого принятия решения.

«Да катись оно все конем! Мне все это осточертело!».

— Рэн, я давно хочу вернуть тебе твой подарок. Мне не удалось сначала снять его, потому что ты сломал застежку. А потом я про него просто забыла. Сними его с меня сейчас и забирай. А то ты решил, что я обязана… Не хочу чувствовать, что я тебе что-то должна. Мы с тобой — всего лишь попутчики. Ты и я просто едем в одно место по приказу короля. Прошу оставить меня в покое. Не гожусь я в фаворитки. Забери кулон.

Рэн сначала замер в изумлении: не этих слов явно он от меня ожидал. Может, ждал оправданий и извинений? А потом принц издал неприятный натянутый тихий смешок и слегка покачал головой из стороны в сторону. От этого его тихого смеха у меня уже мурашки по позвоночнику. И вовсе не от удовольствия.

Вдруг он резко взял меня за горло. Левой рукой. Правой продолжал упираться в стенку, как шлагбаум. Чуть сожмет пальцы и все…

«Что, даже без«Молилась ли ты на ночь, Дездемона»?!»…

Рэн слегка погладил мою шею: большим пальцем с одной стороны горла, другими пальцами — с другой.

— Нет, дорогая, — серьезно сказал Рэндевальд, глядя с угрозой мне в глаза своими бездонными черными очами. — Так просто не будет... Теперь сниму свой подарок только вместе с твоей шеей…

У меня внутри все похолодело. Я широко распахнула глаза:

— Это шутка такая, надеюсь?

Рэндевальд снова натянуто тихо рассмеялся и убрал свою широкую ладонь с моего горла. Левой рукой тоже уперся в стенку рядом с моим плечом. Теперь я, как в клетке, была в его руках:

— Шутка, конечно. Неудачная шутка... Ты — моя вкусная чувственная девочка, Валерия. Я тебя обожаю. И подарки назад не принимаю. Подарок оставь себе. Считай, это — метка. Своей метки я с тебя не снимаю. Сейчас ты пойдешь со мной в мою комнату. Закажу лучшего вина, что у них тут есть. Яств всяких, каких захочешь. Я тебя приласкаю, поцелую. Расслабишься. Тебе же нравились мои ласки и поцелуи. И все у нас будет, как прежде. Даже лучше, чем прежде.

— Не будет, — прошептала я помертвевшими от страха губами. — Ничего уже больше не будет. Дай мне пройти!

— Это — не просьба. Это — приказ. Я дал тебе время. Я честно собирался добиваться твоей любви. Но смотрю, я не один тут этого добиваюсь. Вы, двое, вздумали играть в игры за моей спиной. Так что процесс ухаживания придется сильно сократить и ускорить.