Глава 13

Вопреки моим ожиданиям, мы действительно не задержались в городе надолго. Не знаю, что именно сказал Адриан главе Трима, ибо визит он наносил в одиночку, но на следующий день мы выехали обратно. Дорога летела незаметно, поскольку мною теперь владели трудные мысли, от которых я никак не могла избавиться, а равномерная скачка верхом помогала сосредоточиться и ни на что другое не отвлекаться. Проблема была не в сбежавшем архимаге. Не в том, что мы не знали, где его теперь искать, и даже не в том, что цепь распалась и магу придется искать новых союзников и новых жертв для своих ритуалов. Архивампир объявил, что эта проблема не должна нас касаться, и никто не стал ему возражать. Вообще после всего пережитого ребята выглядели слегка пришибленными. Правда, не все. Эльфам, к примеру, было хоть бы что, да и Гарт держался так же, как и всегда. Я тоже была достаточно спокойна, потому что после зрелища обезображенных олльфарами трупов меня было сложно чем-то шокировать. А вот Кейн, Дирк и Оттилия были в эти дни особенно молчаливы и подавлены. На их фоне моя неразговорчивость не выглядела странно, что было сейчас, конечно, кстати.

Итак, меня дважды спас от смерти архивампир. Причем не просто вампир, а Адриан Вереантерский, тот, кого я ненавижу больше всех на свете, тот, кто разрушил мою жизнь и лишил всего! Мой самый худший враг, заставивший меня бежать и скрываться под выдуманным именем! И теперь я обязана ему жизнью. Пусть он всего лишь держал данное Грейсону слово, но он спас меня, позволив архимагу скрыться! Вдобавок рана на виске, которую Адриан получил, защищая меня, хоть и затянулась, но оставила после себя тонкий шрам, и теперь он постоянно приковывал мое внимание, напоминая о случившемся. Интересно, как бы вампир отреагировал, если бы узнал, кого именно практически вытащил с того света? Насколько велика была бы его ярость?

И как мне теперь поступить? Я понимаю, что через несколько дней мы расстанемся и, возможно, больше никогда не увидимся. Я так хотела ему однажды отомстить… Но имею ли я теперь на это право? Да, мы с ним враги, и это не изменится, но могу ли я считать себя свободной? Насколько сильно я теперь обязана ему? Он убил меня в Ленстере, затем я убила его там же, после этого он потребовал мою голову на блюде, но не получил ее. Должна ли я считать себя его должницей?

Такого рода размышления занимали меня весь путь, а сам архивампир еще подлил масла в огонь, когда один раз поравнялся со мной и завел странный разговор.

— Эржебета, вы уже думали, чем будете заниматься после того, как закончите обучение в Госфорде?

Я от неожиданности чуть не свалилась с лошади. Все три дня, что мы ехали, архивампир выглядел очень мрачным, и я не сомневалась, что он раздумывал о том, где искать архимага. Поскольку в том, что архимагу удалось сбежать, была частично моя вина, я старалась в эти дни держаться от Адриана подальше. Поэтому к его вопросу я оказалась совсем не подготовлена.

— У меня было несколько идей, ваше величество, — осторожно сказала я, не понимая, что ему нужно. — Но я пока не остановилась на каком-то одном варианте.

— По словам Грейсона, у вас очень хорошая подготовка и вы быстро учитесь, поэтому максимум через несколько лет вы выйдете из стен школы, — продолжил он. Я сохраняла невозмутимое лицо, хотя мне было неприятно слышать, что Грейсон рассказывал архивампиру обо мне.

— Допустим.

— Я бы посоветовал вам начать учиться магии, — вдруг заявил Адриан, заставив меня растерянно взглянуть на него. — Вы знаете несколько целительских и бытовых плетений, я заметил, но вы совершенно не готовы противостоять другим магам, что для темной магички, мягко говоря, странно. Поэтому в следующий раз вас просто убьют. На вас же большими буквами написано, что вы светлая. Как вы вообще стали темной?

Вы не поверите, ваше величество, если я вам расскажу эту увлекательную историю.

— Впрочем, я вижу на вашей ауре метку, что вас воскресил высший вампир, — задумчиво добавил король, сам отвечая на свой вопрос.

— Не сочтите за дерзость, ваше величество, — медленно заговорила я, тщательно подбирая слова и по-прежнему глядя на него. — Но не могли бы вы пояснить, чем вызван ваш интерес к моей дальнейшей судьбе?

Он не разозлился и не рассмеялся, а вместо этого вдруг улыбнулся. Причем это была нормальная человеческая улыбка, которую я видела на его лице впервые, и она его совершенно преобразила. Кажется, если бы в тот момент на дорогу выскочил олльфар, я бы удивилась меньше.

— Вы очень необычный человек, Эржебета, — пояснил он. — И не похожи ни на одну женщину из тех, кого я встречал раньше. Было бы жаль, если бы вас убил какой-нибудь маг лишь потому, что вы оказались не в том месте и не в то время.

— Вы мне говорите это только потому, что я владею вашим оружием, — сдержанно сказала я, не особо веря его словам. — Именно поэтому я в ваших глазах выгляжу человеком, а не просто куском мяса. Но все равно спасибо.

— Это один из показателей, — не стал спорить Адриан, почему-то не рассердившись на мой ироничный тон. — Но не только. Вы полны противоречий, Эржебета. Вы аристократка, но обращаетесь с оружием лучше многих знакомых мне мужчин, спите на голой земле и не боитесь походных условий. Вы красивы, но ни перед кем не пускаете в ход свои чары. Вы валенсийка, война между нашими государствами закончилась всего полгода назад, однако вы нисколько не боитесь меня. Ваши спутники признают вас лидером, сами того не сознавая, в то время как вы особо не пытаетесь им стать. Вы мне интересны, и поэтому я бы не хотел, чтобы вы погибли по глупости, — закончил он свою речь.

Я ответила не сразу, пытаясь справиться с охватившим меня смятением. Что этот архивампир, во имя всех богов, задумал?

— Откровенно говоря, я не знаю, что сказать, ваше величество, — наконец выдавила я, внимательно глядя на дорогу передо мной. — Благодарю вас за столь лестные слова, мне редко делают подобные комплименты. Но смею предположить, вы знаете меня слишком недолго, чтобы называть интересной.

— Я озвучил лишь то, чему был свидетелем в последние дни, — пожал плечами он. — К тому же, насколько я понял, не я один так считаю. Кажется, Грейсон по-настоящему увлечен вами.

— Это он вам сказал? — поразилась я.

— Нет. Но я достаточно хорошо знаю своего друга и учителя, чтобы видеть, когда он чем-то или кем-то заинтригован. В данный момент он заинтригован вами.

Что удивительно — архивампир совершенно не походил сейчас на того, кто сыпет комплиментами, чтобы очаровать даму. В его голосе не было восхищения, лишь спокойная уверенность, словно он констатировал общеизвестный факт. И… он действительно назвал меня красивой?

Впрочем, продолжать эту странную беседу мне не хотелось, и я перевела ее в другое русло.

— Вы уже во второй раз говорите, что мастер был и вашим учителем. Вы учились в его школе?

Он не мог не обратить внимание на резкую смену темы, однако никак это не откомментировал, а кивнул.

— Да, примерно пятьдесят лет назад. Он взял меня сразу на фиолетовый уровень, поскольку к тому моменту я уже закончил Атенрай и хорошо владел мечом.

— И до какого уровня вы доучились? — Любопытство в голосе мне скрыть не удалось.

— До коричневого. Дальнейшее обучение становилось уже слишком специфическим, а мне не было необходимости учиться на наемного убийцу. Что-то подсказывало мне, что эти знания мне в жизни не очень понадобятся. Как вы думаете?

Я против воли рассмеялась, а потом удивленно спросила:

— Как же вам удавалось одновременно учиться и управлять страной? Ведь пятьдесят лет назад вы уже правили.

— О, это было нелегко, — заверил он меня, снова улыбнувшись. — Приходилось ежедневно создавать порталы, чтобы переноситься из Бэллимора в Госфорд и обратно. Но мне повезло, что я архивампир. В противном случае было бы сложнее.

Боги, неужели я начинаю получать удовольствие от общения с ним? Это же абсурд, нелепость…

Честно говоря, не знаю, какие еще обороты мог принять наш разговор, но тут Эр объявил привал. С облегчением я спешилась, радуясь тому, что нас прервали, поскольку не понимала происходящего.

Вечер наступил, когда до Госфорда оставалось буквально несколько часов пути. Тем не менее мы решили не пытаться доехать в потемках, а остановились на ночевку в очередном лесочке. Тогда же Фрост обратился к архивампиру с предложением не сопровождать нас вплоть до ворот школы. Мол, ехать осталось всего ничего, и мы сами прекрасно доберемся. Адриана долго уговаривать не пришлось — видимо, представил себе, что будет, если он приедет с нами, и ему придется обязательно встречаться с представителями власти в Госфорде и тратить на них свое драгоценное время. Поэтому тем же вечером он попрощался со всеми, недолго переговорил о чем-то с Оттилией и пожелал ей удачной учебы. Напоследок он повернулся ко мне:

— Удачи вам, Эржебета.

Я присела в реверансе:

— Всего хорошего, ваше величество.

Архивампир, не сходя с места, создал портал и исчез в темном пламени, а я невольно выдохнула. Слава богам, все обошлось. Надеюсь, в следующий раз мы увидимся очень нескоро, поскольку эти встречи требуют от меня слишком большой сосредоточенности и контроля над ситуацией. Причем, кажется, не я одна так думала.

— Наконец-то это закончилось, — буркнул Кейн. — Крайне неприятный тип.

— А чего ты хотел? — философски пожал плечами Фрост. — От темного, да еще и архивампира!

— Нас тут вообще-то трое темных и всего двое светлых, — подал со своего места голос Эр. — Так что вы там поаккуратнее с высказываниями о темных.

Я мысленно подготовилась к выяснению отношений, но вместо этого Фрост мирно произнес:

— Я лишь хотел сказать, что архивампиры всем действуют на нервы, и мы не исключение. С этим-то ты согласен?

— Абсолютно, — согласился Эр.

— Чем он вам не угодил? — удивился Дирк. — Мне как раз он показался достаточно адекватным. Если бы не он, Эржебету бы убили.

Я поморщилась при напоминании, что теперь обязана вампиру, а Эр пояснил:

— Не забывай, что он сделал это только потому, что дал слово Грейсону. Если бы не обещание, ему было бы наплевать и на Эржебету, и на нас всех. Архивампиры все такие — они слишком сильны, слишком могущественны и ко всем остальным относятся, как к пыли под ногами. Да, Адриан Вереантерский отличается от остальных — он с большим вниманием относится к тем, кто его окружает. Но делает это не из человечности, не от любви к ближнему, а оттого, что слишком рационален и предпочитает контролировать все вокруг.

Я быстро взглянула в сторону Оттилии, ожидая, что она начнет вступаться за своего дорогого монарха, но она, казалось, вообще не слушала разговора ребят. Тем временем Гарт поинтересовался:

— Тебе-то откуда это известно? Вы были знакомы раньше?

— Не я. Брат, — ответил Эр.

Но их дальнейшего разговора я не слышала, поскольку ко мне подсела Оттилия и тихо спросила:

— Эржебета, не подумай, что я лезу не в свое дело, но о чем вы с Адрианом вчера говорили во время пути?

— А то ты со своим вампирским слухом не слышала, — хмыкнула я.

К моему удивлению, вампирша серьезно ответила:

— Не слышала. Он поставил вчера вокруг вас полог тишины.

Секунду я удивленно смотрела на нее, а потом пожала плечами:

— Да ни о чем. Обсуждали обучение в Госфорде. А что?

Оттилия замялась, а потом вздохнула:

— Он явно тобой заинтересовался. Хотела тебя предупредить, чтобы ты не влюблялась в него.

— Что? — Я неверяще приоткрыла рот, а потом рассмеялась. — Оттилия, это смешно!

— Нет! — сердито возразила она. — Эржебета, пойми, наш король — он… известный сердцеед. Когда он хочет, легко может вскружить голову любой женщине и так же легко разбить ей сердце. Не увлекайся им, это очень плохая идея.

По правде сказать, я растерялась. Оттилия, кажется, всерьез волновалась обо мне и ждала моего ответа. Я поспешила успокоить ее:

— Оттилия, не беспокойся. Не хочу тебя обидеть, но это предположение абсурдно. И Адриан мне не нравится. Я благодарна ему за спасение моей жизни, но он не вызывает у меня никаких сильных чувств.

То есть вызывает, еще как, но эти чувства далеки от романтических. Оттилию мой ответ успокоил, и она, улыбнувшись, вернулась к готовке ужина, а я задумчиво подбросила в огонь еще несколько веток. Предположить, что я могу влюбиться в Адриана Вереантерского… Нелепость. Да и не думаю, что он действительно мной заинтересовался. Он не мог не обратить внимания на мою наглость, это верно, но не больше. На кой демон я ему сдалась?

За ужином разговоры стихли. В какой-то момент я ощутила жуткую усталость, и сил хватало только на то, чтобы не заснуть во время еды. Наверное, это суматоха последних дней так утомила, причем не меня одну — я слышала, как и остальные с трудом подавляли зевки. Так что впервые за всю поездку сразу после ужина мы легли спать, даже не тратя время на посиделки у костра. Перед тем как провалиться в сон, я успела подумать, как это странно, что одинаковую усталость ощутили все одновременно, а затем отключилась.

Проснулась оттого, что кто-то не слишком вежливо тряс меня за плечо. Сон слетел мгновенно, я села и сразу поняла, что у нас крупные неприятности.

Небо было совсем темным, до утра было еще далеко. Костер догорал, и в неярком освещении я увидела, что на поляне были чужие — десять фигур в дорожной одежде с обнаженным оружием. Все ребята уже проснулись, но были вынуждены сидеть молча и не двигаться — к их шеям были приставлены клинки. Двое чужаков быстро обыскивали наши вещи. Тот, который разбудил меня, теперь стоял за моей спиной, и еще один стоял напротив меня. Поскольку никто из них пока не угрожал мне оружием, я медленно поднялась на ноги, взглядом отыскивая перевязь с сардами. Увидела ее у ног стоявшего напротив. Неудобно, не добраться.

— Вы кто? — резко спросила Оттилия.

— Угадай с трех раз, — мрачно предложил ей Гарт. — Кому мы несколько дней назад в очередной раз спутали все планы?

Тот тип, который стоял напротив, пристально изучал меня, я же не видела его лица из-за низко опущенного капюшона. Впрочем, почти не сомневалась, что передо мной снова был тот самый архимаг.

Но внезапно он откинул капюшон, и я увидела перед собой темного эльфа, совершенно незнакомого. Остальные последовали его примеру и открыли лица, и я с удивлением обнаружила, что на нас напал отряд, целиком состоявший из сородичей Эра. Это было уже совсем непонятно.

— Простите, ваше высочество, за причиненные неудобства, — наконец заговорил эльф, который, похоже, был в этой компании главным. Его голос неожиданно показался мне знакомым, хотя его я определенно видела впервые. — Но так получилось, что мне надо срочно с вами поговорить, а это был единственный способ склонить вас к сотрудничеству. — И он кивнул в сторону безоружных ребят.

Я повнимательнее осмотрела его. Из-под плаща виднелся явно дорогой костюм, да и у самого эльфа на лице написано, что он аристократ. В отблесках костра неожиданно сверкнул перстень на его пальце. Так-так, а вот украшение знакомое… Это кольцо с сапфиром я видела раньше…

— Вы! — воскликнула я, вспомнив, когда это было. На приеме у главы Госфорда. Тогда Грейсон еще сказал, что этот тип весь вечер не сводил с меня глаз, а потом мы танцевали вместе. Значит, мастер был прав и его действительно заинтересовала именно я.

Эльф согласно кивнул головой, а я только сейчас обратила внимание еще на одну деталь и почувствовала, как покрываюсь холодным потом.

— Как вы только что меня назвали?

— Ваше высочество, — спокойно и уверенно повторил эльф. — Поскольку мне известно, что сейчас я говорю с Корделией ван Райен, принцессой Валенсии и представительницей рода Этари. Надеюсь, вы не будете этого отрицать?

За его спиной я увидела, как резко изменились в лице мои друзья и как неверяще они посмотрели на меня. Глубоко вздохнув, я распрямилась, вздернула подбородок и, глядя эльфу в лицо, невозмутимо ответила:

— Нет. Не буду.

Не удержавшись, снова взглянула на остальных. Гарт — единственный из всех — выглядел растерянным, но спокойным, а вот остальные… На их лицах медленно проступало отчуждение, смешанное с гневом и неприязнью. Так, кажется, с этого момента друзей у меня больше нет.

— Что вы хотите? — Моим голосом можно было реку льдом сковать, поскольку я не сомневалась, что сейчас меня казнят прямо здесь без суда и следствия. А может, пусть? Какой смысл снова пытаться сбежать, устраивать жизнь заново, если я всегда и везде буду изгоем?

— Мы не причиним вам никакого вреда, ваше высочество, — теперь уже почтительно сказал эльф. — Нам лишь приказано доставить вас в одно место. И, разумеется, никто из ваших друзей не пострадает. Как только вы поклянетесь на крови, что не будете стремиться сбежать, использовать магию и пытаться навредить себе или нам, мы отпустим ваших спутников.

— Кто вас прислал? — осведомилась я, сбитая с толку.

— Не думаю, что это имя вам о чем-то скажет, — ответил эльф. — Но тот, кто дал нам это поручение, очень заинтересован в вас. Видите ли, вас уже давно пытались выследить, но вам очень везло. Сначала вас очень долго не могли найти, затем я пытался определить, вы это или нет. Вас невозможно было застать одну за пределами Госфорда, позже появился архивампир… А сейчас, чтобы застать вас врасплох, нам пришлось использовать сонные чары.

— Откуда стало известно, что я жива? — резко спросила я. — Как меня нашли?

Что я сделала неправильно во время побега?

— Ответ на первый вопрос мне не известен, — вежливо сказал эльф. — Что касается второго… Одно заклинание подчинения, одно заклинание поиска, один мантар — и пожалуйста! Мы лишь шли по следу.

Я несколько секунд недоумевающе молчала, а потом меня осенило.

— Это вы натравили на меня мантара в конце лета!

— Не я, а мой наниматель, — поправил меня эльф. — И не натравили, а отправили на поиски. Он должен был лишь найти вас и стеречь до нашего появления. Если бы его натравили, вас разорвали бы на части быстрее, чем вы успели отреагировать.

Да, правда. Я еще тогда удивлялась, как мантара занесло в эту часть страны и как мне удалось так легко одолеть хищника, а ему, оказывается, было запрещено причинять мне вред…

— Ну так что? — поторопил меня эльф. — Вы согласны на наши условия?

Я быстро взглянула на ребят. Я, конечно, могу попробовать начать колдовать и сбежать снова, но остальных это не спасет. Нет. Хватит смертей, происходящих по моей вине, я не выдержу еще шесть трупов на своей совести.

Я уже открыла рот, чтобы начать произносить слова клятвы, но тут зацепилась взглядом за Гарта — единственного из всех, кто смотрел на меня без презрения — и увидела, как он отчетливо покачал головой, а затем подмигнул мне. И тут я заметила, как изменились его глаза — стали желтыми с вертикальным зрачком. Рыжий парнишка прикрыл их, и его кожа начала приобретать зеленый оттенок. А затем, не поднимая век, он взмахнул рукой, и эльф, стоявший рядом с ним, вскрикнул и отшатнулся назад. На его шее отчетливо выделялись четыре кровавые царапины, а у самого Гарта на руках отросли длинные когти. Крик эльфа привлек всеобщее внимание, и на пару секунд все повернулись к ним. Я в этот момент бросилась к своему оружию, схватила сард. Главный эльф повернулся ко мне, и я нанесла ему колотую рану в живот. Тем временем Гарт, а точнее, то существо, в которое он превратился, вырубил того, кто угрожал Оттилии.

— Перевертыш! — крикнул один из эльфов. — Убить его!

Но было уже поздно, эльфы упустили шанс, когда с нами можно было сделать что угодно. Я поняла это, когда увидела, как вскочил на ноги Эр, а Дирк провел подсечку ногами, и еще один темный эльф упал на землю. Схватка не заняла много времени, эльфы явно не обучались у мастера Грейсона и не могли противостоять нам в открытом бою. Когда все закончилось, я подошла к их главарю, который был еще жив. Наклонилась к нему, позволила увидеть свои покрасневшие глаза и, четко выговаривая каждое слово, спросила:

— Кто вас прислал?

Эльф был не жилец, это было очевидно. В ответ на мой вопрос он встретился со мной взглядом, из последних сил скривил губы в усмешке и выдавил:

— Натаниэль… Натаниэль… Каэйри…

Мне это имя ни о чем не говорило, но больше я выяснить ничего не смогла — Хель забрала эльфа. Я поднялась на ноги. Звона оружия уже не было слышно, значит, ребята разобрались с остальными.

— Эржебета, — негромко окликнула меня сзади Оттилия. Ее голос звучал неуверенно. — То, что сказал этот эльф…

Не дожидаясь окончания фразы, я развернулась к остальным. Мои глаза по-прежнему светились, и необходимость в дальнейших вопросах отпала. Оттилия отшатнулась назад, парни остались на местах, но смотрели на меня так, словно меня здесь не было.

— Отличная получается картина, — саркастически протянул Эр. — С нами вместе путешествовали Этари и перевертыш, а мы этого даже не заметили.

Я торопливо отыскала глазами Гарта. Он уже вернул себе человеческий облик и смотрел на остальных с вызовом, но сказать ничего не пытался.

Перевертыши были весьма немногочисленной расой, представителей которой можно было встретить в разных государствах, но всегда в горной местности. Называли их так, потому что они умели перекидываться в животных, чаще всего — в рептилий. Судя по зеленой коже и желтым глазам Гарта, он тоже принадлежал к их числу. Второй облик было очень удобно использовать в бою или на охоте, поскольку он был менее уязвим, чем человеческий. Эта раса жила всегда замкнуто, редко вступала в контакт с другими народами и никогда не пользовалась их любовью, поскольку перевертыши обладали иным складом ума, на который значительно влияла их звериная сущность. В некотором смысле этот народ был изгоем. Теперь можно было объяснить проворство и силу с виду такого хрупкого паренька, а также его необщительность и нежелание рассказывать о себе. А еще осторожное поведение и боязнь выдать себя. Помню, как в мой первый день в Госфорде Кейн на ужине толкнул его, а Гарт отвернулся и не двигался какое-то время. Его глаза во время эмоциональных моментов наверняка меняют цвет, как и мои, и он не хотел себя выдать…

Гарт тем временем демонстративно подошел ко мне и встал рядом, лицом к остальным. Фрост, Эр, Дирк, Кейн и Оттилия некоторое время мрачно смотрели на нас, а затем вернулись к трупам на поляне. С ними надо было что-то сделать, чтобы нас не обвинили в убийстве эльфийского аристократа.

— Не волнуйся, — тихо сказал Гарт. — Они не причинят тебе вред. Ты была готова пожертвовать сегодня свободой ради них, и они это знают.

— Хотелось бы, — так же тихо ответила я. — Ну а ты? Зачем ты себя разоблачил?

Он слабо улыбнулся.

— Ты — мой друг, и тебе была нужна помощь. Как же я мог тебя бросить?

Почувствовав, что в глазах защипало, я все же улыбнулась в ответ:

— Спасибо.