Глава 15

Следующий день после экзамена был свободный, и мы с Оттилией отправились погулять. В город не пошли, а вместо этого добрались до небольшой речки, протекавшей в окрестностях. День выдался жаркий, мы сняли куртки и разлеглись прямо на траве. Солнце светило сквозь ветви деревьев, тихо шумела вода. Я прикрыла глаза и наслаждалась покоем, чувствуя, что начинаю задремывать. Однако заснуть мне не дала Оттилия, рассеянно заметив:

— Я все думаю о том, как странно складывается твоя жизнь.

Я неохотно открыла глаза.

— В смысле?

Она неопределенно пожала плечами:

— В смысле твоих отношений с вампирами. Взять хотя бы то, как ты управляешься с сардами — в мире так мало людей, владеющих нашим оружием, и одной из них стала та, кого ни один вампир не согласился бы обучать. Твой учитель ведь не знал, кто ты?

— Думаю, нет, — усмехнулась я, думая о Люции. — В противном случае он вместо того, чтобы обучать меня, прирезал бы на первом же занятии. Но ты права, определенная ирония в происходящем, конечно, присутствует.

Оттилия хмыкнула, но сразу же посерьезнела:

— Я давно хотела тебя спросить, почему Адриан тебя не узнал?

Поняв, что поспать мне не дадут, я со вздохом села.

— Во время нашей первой встречи я носила маскировку. Это была не просто иллюзия, а заклинания, изменившие мою внешность. Они смогли обмануть даже архивампира. Вот и получилось, что в моем настоящем облике твой повелитель меня не узнал.

— А ты ему понравилась, — ни к селу ни к городу заявила Оттилия и в ответ на мой красноречивый взгляд поправилась: — Ну, заинтересовала ты его точно.

— Жаль, — хмуро сказала я. — Мне было бы гораздо проще, если бы он относился ко мне так же, как к остальным людям.

Оттилия внимательно взглянула на меня.

— Ты его еще ненавидишь?

Я уставилась на солнечные блики, отражавшиеся в воде. Оттилия задала вопрос, мучивший меня последние полтора месяца, поскольку я понятия не имела, как на него ответить. Подумала об Адриане — о том, как он спас меня, и о наших дорожных беседах, когда он неожиданно открылся с совершенно другой стороны. Словно за маской короля и архивампира внезапно оказался живой человек. Вспомнила его слова, что нельзя судить обо всех по одному, и его отношение к дворцовому этикету. Ненавижу его? Наконец я выдавила:

— Нет. Я прекрасно понимаю, что наше с ним знакомство ничем хорошим не закончится, но ненавидеть его у меня уже не получается.

— Тогда что ты к нему теперь чувствуешь?

Это, конечно, ключевой вопрос. Я попыталась вспомнить свои ощущения в те моменты, когда архивампир оказывался рядом или заговаривал со мной.

— В первую очередь — настороженность. Я должна была все время следить, чтобы ничем не выдать себя. Но в то же время… — Я запнулась, а затем решительно продолжила: — Интерес. Не смотри так на меня, — сердито добавила я, когда Оттилия приподняла брови. — Я помню, о чем ты говорила, и я не влюблена в Адриана! Но он меня… заинтриговал.

Сказала это — и расстроилась. Все-таки было гораздо легче, когда я ненавидела его и строила планы мести. А теперь что?

— Давай сменим тему, — предложила Оттилия, прекрасно видевшая мои терзания. — Скажи, ты уже думала, чем будешь заниматься следующий месяц?

— Думала, — пожала плечами я. — Можно было бы опять найти ненадолго работу, а затем отправиться в Адэр поступать в академию.

— У меня есть идея получше, — весело сказала вампирша. — Как тебе мысль побывать в Вереантере?

От неожиданности я подпрыгнула на месте.

— Это еще зачем?

Оттилия расхохоталась, увидев выражение моего лица.

— Да не беспокойся, я не собираюсь тащить тебя прямиком в королевский дворец в Бэллиморе! Я хотела пригласить вас всех шестерых в наше загородное имение. Я давно не была дома, к тому же ты скоро уедешь. Я подумала, что было бы неплохо провести оставшееся время вместе.

— А твои родные не будут против, если им на голову неожиданно свалится наша компания? — удивилась я.

— Нет, — качнула головой вампирша. — Мои родители летом всегда уезжают к морю. Один из братьев находится на королевской службе и живет в Бэллиморе, так что в имении будет только мой второй брат. Я ему уже писала, и он согласен, чтобы вы погостили.

— Что ж, тогда ладно, — все еще неуверенно сказала я. — Спасибо за приглашение.

— Не беспокойся, — успокоила меня Оттилия. — Поместье лежит в нескольких днях пути от столицы, у нас там спокойно и тихо, как в раю. Адриана, да и прочих вампиров там не будет. Я сама не хочу никаких великосветских приемов.

Я улыбнулась гораздо свободнее.

— Спасибо. Но разве Грейсон разрешит просто так оставить учебу и уехать?

— Разрешит, — уверенно ответила вампирша. — Последний месяц лета — неучебный, школа закрыта. Все приезжают к первому дню осени, и тогда же проходит новый набор на обучение.

— А остальным ты уже сказала? — поинтересовалась я.

— Э… Нет, — призналась вампирша. — Я решила начать с тебя. Но ты же поможешь мне всех уговорить?

Я против воли рассмеялась и кивнула.

К слову сказать, долго уговаривать никого не пришлось. За ужином Оттилия повторила свое предложение, и остальные откликнулись с удивившим меня энтузиазмом, даже эльфы. То есть сначала они отреагировали довольно спокойно, но когда Оттилия упомянула, что в имении будем только мы и ее брат, возражения отпали сами собой.

— Отлично, — довольно сказал Кейн, потирая руки. — Разнесем все фамильное гнездо фон Некеров и с чистой совестью отправимся на учебу.

— Ага, а Оттилия тебе потом голову оторвет, — фыркнул Эр. — Тебе с ней еще в школу возвращаться, забыл?

— Да, — спохватился Кейн. — Я совсем забыл вам сказать, что в Госфорд возвращаться не планирую.

— Как? — удивился Дирк.

— Ну, Грейсон уже давно говорил мне, что до «коричневого» уровня я все равно недотяну. Так что я подумал и решил, что больше нет смысла оставаться в Госфорде. Корделия, ты же не будешь против моей компании в Адэре?

Я ахнула.

— Ты хочешь поехать туда со мной?!

— Конечно, — уверенно ответил он. — Я слышал, там очень неплохой целительский факультет. А в свете недавних событий целительские знания кажутся мне очень своевременными.

Я едва не бросилась ему на шею, а Гарт одобрительно сказал:

— Правильно. Вы там присмотрите друг за другом, пока мы будем продолжать учиться здесь.

— Молодец, Кейн, — довольно сказала и Оттилия. — Ты правильно решил. Тогда через год мы все подтянем слегка наши знания — вы в области магии, мы в области боевых искусств — и вместе отправимся в Селендрию.

А вот последний пассаж я что-то не поняла.

— Зачем вы собираетесь в Селендрию?

— Не «вы», а «мы», — поправил меня Эр. — Я надеюсь, ты не собиралась искать этого Натаниэля Каэйри в одиночку? Без связей придется туго. А мой род занимает в Лорене не последнее место, так что моя помощь тебе понадобится.

— Ну, допустим, — уступила я и обвела взглядом остальных. — Но вам-то зачем в это лезть? Вам что, заняться больше нечем?

— Ну, — неторопливо начал перечислять Фрост. — Во-первых, ты понятия не имеешь, что тем эльфам было от тебя нужно. Их намерения вполне могли быть враждебными, и, следовательно, попутчики-бойцы тебе необходимы. Во-вторых, где ты найдешь еще одну такую компанию превосходных воинов? В-третьих, если твою совесть это успокоит, те эльфы угрожали нам. Значит, нас это дело теперь тоже касается.

— Да, хорошо, — не стала спорить я и для усиления эффекта ослабила контроль над эмоциями, позволив своим глазам засветиться. — Но поймите вы, я — Этари! На меня по-прежнему ведется охота, я по-прежнему изгой, и общение со мной чревато последствиями! Вы уверены, что вам надо рисковать своими жизнями и, — я по очереди оглядела титулованную часть нашей компании, — своим положением в обществе ради изгнанницы, у которой даже имени больше нет?

— Глазки-то притуши, — посоветовал Кейн. — Этим ты уже никого не напугаешь.

— Ты уже должна была заметить, что мнение окружающих нас не слишком беспокоит, — заметила Оттилия. — Мы все в некотором роде бунтари, бросившие вызов окружающему миру. Я сбежала из дома, чтобы стать воином. Это, конечно, образец послушания и добропорядочности!

— Я всю жизнь прожил как изгой, — пожал плечами Гарт. — Меня не напугать общественным мнением.

— А меня, как наследника титула, хотели женить на родовитой невесте, а я сбежал, — неожиданно признался Фрост. Эр и Кейн прыснули, а потом и вовсе расхохотались. — Вот вы смеетесь, а я с тех пор в родных местах вообще не появлялся.

— Я просто свободен и живу так, как считаю нужным, — сказал Дирк. — Мне тоже никто не указ.

— Так что тебе от нас не отвертеться, — подытожил Кейн. — Через год отправляемся все вместе. Вопросы?

Я не нашлась что сказать и замолчала. Но в глубине души была просто счастлива, что буду не одна.

Еще несколько дней спустя вся школа начала готовиться к каникулам. Занятия закончились, ученики собирали вещи и постепенно разъезжались. Мы с Оттилией один раз съездили в город, где я купила себе кое-что из одежды, поскольку мое платье знахарки для герцогского поместья не очень подходило. Оттилия помогла мне подобрать несколько нарядов — не очень роскошных, но все же, несомненно, дворянских. За день до отъезда я отправилась к мастеру в кабинет, чтобы предупредить, что бросаю учебу. Грейсон сидел за столом и читал какие-то письма. Мое сообщение его нисколько не удивило.

— Я знал, что ты не будешь доучиваться до конца, — спокойно сказал он, когда я договорила. — С самого начала было понятно, что наемной убийцей тебе не стать.

— Я хотела поблагодарить вас, мастер, — вежливо сказала я. — Вы очень многое мне дали за этот год. Отдельное спасибо вам за то, что лично занимались со мной каждый день.

Грейсон встал из-за стола и прошелся по кабинету, словно не слыша меня. Я наблюдала за ним с легким удивлением.

— Собственно, хорошо, что ты зашла, — издалека начал он. — Я как раз хотел с тобой поговорить. Судя по всему, ближайший месяц мне придется провести в Лорене. Сама понимаешь — убийство тех эльфов взбудоражило многих, а именно мои ученики стали свидетелями. В общем, король Селендрии ждет от меня объяснений. Поскольку разбирательство наверняка затянется, я планирую вернуться в свое поместье рядом с Лореном. И я хотел бы, чтобы ты поехала со мной.

Откровенно говоря, в первый момент я его не поняла и растерялась. Зачем темному эльфу мое присутствие в его родовом гнезде? С королем он может пообщаться и без меня — он же не зовет с собой Оттилию и остальных! Недоуменно посмотрела на мастера госфордской школы… и тут меня осенило. Мы опять возвращаемся к старому разговору. Грейсон смотрел на меня со странным выражением — смесью ожидания, восхищения и чего-то такого, от чего я почувствовала, что начинаю краснеть. Вспомнилось его отношение ко мне в последний месяц, его беспокойство обо мне, забота… Неужели он…

— Это официальное признание? — тихо спросила я.

— Что? — не понял мастер, а потом сразу фыркнул: — Нет, конечно! Эржебета, мы же с тобой взрослые люди! Ни о каких обязательствах и речи не идет!

Ох… Так мне снова предлагают стать любовницей. Что ж, по сравнению с тем, как от меня шарахались придворные в Дионе, предложение Грейсона можно считать огромным прогрессом в моей личной жизни. Но принять его я однозначно не могу. Если соглашусь, то перестану себя уважать. Да и как тут вообще согласиться? Чужой совсем мужчина, хоть и привлекательный, как я смогу подпустить его близко к себе?

— Благодарю вас за предложение, мастер, — твердо сказала я. — Но я вынуждена вам отказать. С тех пор как мы обсуждали с вами этот вопрос в прошлый раз, ничего не изменилось.

Он усмехнулся — коротко, резко.

— Не изменилось… — повторил он. — Ты права — действительно ничего не изменилось. Я все так же думаю о тебе, не могу выбросить из головы. Ты свела меня с ума… Почему ты этого не понимаешь?

— Я понимаю, мастер, — спокойно ответила я, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимость. — Но я не испытываю к вам подобных чувств. И не хочу становиться вашей любовницей.

Он опустился на стул и устало потер пальцами виски.

— Уйди, Эржебета. Просто уйди.

Я предпочла не спорить с ним и поспешно ретировалась. Разговор прошел не совсем так, как я планировала, но, с другой стороны, чего Грейсон от меня ждал? Что я за полгода передумаю и соглашусь? Да неужели я в самом деле «свела его с ума», а он просто так хорошо прятал свои чувства? Нет, конечно! Здесь же нет речи о любви, все упирается в простую похоть. Безусловно, мне лестно, что Грейсон нашел меня привлекательной и целых полгода сохранял желание со мной переспать, но это точно не то, чего хотела бы я. Мастер не вызывал у меня никаких чувств, кроме уважения и признательности, так стоит ли вообще раздумывать о правильности своего выбора? Точно нет.

На следующее утро после завтрака мы, уже переодетые в обычную дорожную одежду, вывели лошадей из конюшни, закрепили дорожные сумки и тронулись в путь. Солнце, низко висевшее над землей, освещало зеленые поля, земля была влажной от росы. На пригорке я ненадолго остановила Скарлетт и обернулась. Внизу лежал Госфорд, он только-только просыпался. Чуть в стороне от него осталась школа, которая словно вымерла.

— У тебя в любом случае еще есть месяц, чтобы передумать и вернуться сюда, чтобы учиться дальше, — бросил Эр, заметивший мой маневр.

Я улыбнулась.

— Я ни о чем не жалею. И готова идти дальше.

Слегка тряхнула поводьями, и мы со Скарлетт тронулись вперед. Воинские навыки я подтянула, впереди меня ждала Академия магии в Адэре, а до того — еще целый месяц в компании друзей. И, если повезет, через год я тоже не буду одна. Да, я знаю, что предстоит преодолеть еще много трудностей. Я по-прежнему изгой без имени. У меня есть враги, которым известно, кто я, и они будут охотиться за мной. Я остаюсь должницей богини смерти и до сих пор не знаю, почему она спасла меня в Ленстере. Но зато впервые у меня появились близкие люди, которые принимают меня такой, какая я есть, и с которыми мне не нужно притворяться. Так что с уверенностью можно сказать, что в моей жизни все хорошо.