Глава 15

Утром, за завтраком, Савва был бледен и молчалив. Причина была ясна как день. Первое убийство человека, даже при самозащите, не проходит без последствий. Так мы устроены. Где-то в глубине нас расположен ограничитель, не дающий убивать существ одного с нами вида. И, это правильно.

Я решил не лезть к нему с разговорами. Он должен сам пережить этот момент, тем более, уверен, Лена не оставит его без поддержки. Понаблюдаю за ним несколько дней, но всё же надеюсь, что вмешиваться мне не придётся. Каким бы Савва ни был плаксой снаружи, внутри у него прочный стержень. Даже когда мы лежали, привязанные к алтарю, без сил, и по его щекам стекали слёзы, в момент, когда понадобилась помощь, Савва действовал без раздумья, готовый спасти друзей даже ценой собственной жизни. А то, что сейчас он в полном раздрае, не так уж и страшно. Куда важнее, что парень в состоянии собраться в нужный момент.

После завтрака, надев свой лучший костюм, я отправился в автосервис на встречу с Михаилом и загадочным магом, который может оказаться для меня весьма полезным.

Настроение было отличным. У меня впервые в магическом источнике плескалась энергия, которая скопилась за ночь. Да, астральные руны по-прежнему забирали магию, но я всё равно оставался в плюсе. Встреча с накопителем-алтарём оказалась просто подарком. Конечно, не без подвоха. Если бы ни случайность, я бы не решился забрать из него столько энергии. Попадись мне подобный алтарь ещё раз, я как можно аккуратнее обойду его стороной.

— Доброе утро, — поприветствовал я Михаила, заходя в распахнутые, как всегда, ворота автосервиса.

Оба подъемника были заняты и с ними трудились мастера. Сам же Михаил был сегодня не в спецовке, а в светлой рубашке и брюках. Как настоящий начальник.

— Привет! — Тот окинул меня взглядом, в глазах проскочило одобрение. Не зря я позаботился о хорошей одежде, потратив на шмотки весь гонорар, полученный от Михаила.

— Пойдём ко мне, — мужчина приоткрыл дверь своего кабинета.

Мы устроились за невысоким столиком друг напротив друга.

— Я так понимаю — маг ещё не приехал? — решил уточнить я. — Ты меня позвал, чтобы что-то обсудить?

— Да, — Михаил немного помялся, но под моим пристальным взглядом собрался и приступил к разговору:

— В общем, маг этот — друг моего отца, Матвей Фёдорович. Он рунолог. Я говорил с ним о тебе. Сначала думал просто выкупить ученическую печать. Это был бы хороший вариант. Я готов был потратить даже пятьсот рублей на это дело, но дядя не согласился. Он хочет взять тебя в ученики.

— М… — задумчиво протянул я. Быть учеником неплохо. Если этот Матвей Фёдорович действительно сильный маг-рунолог, я, пожалуй, не откажусь от роли ученика. Ничего зазорного в этом нет. Особенно, если учесть, что я всю свою жизнь учился. Вопрос только в том, сможет ли он меня чему-нибудь научить? Пока то, что я видел и читал, показывает: уровень магии в этом мире для меня примитивен. — И какие условия?

— По условиям — это ты к нему. Мне нужно принципиальное твоё согласие. И… насчёт оплаты, — он поморщился. Кажется, сейчас Михаил переходил к неприятной для себя теме.

— Рыночные цены установлены гильдией магов. Распределение денег, боюсь, придётся тебе не по душе. Мы с тобой раньше обсуждали по сто пятьдесят рублей за руну. Но…

— Да не тяни ты резину, — не выдержал я. Ну что за привычка издалека вести разговор? Мы говорим о конкретном деле, зачем нужны эти политесы?

— В общем, тридцать процентов идёт мне, двадцать процентов тебе и пятьдесят — Матвею Фёдоровичу, — закончив, он уставился на меня, ожидая ответа, — зато все налоги дядя берёт на себя, — быстро добавил Михаил, видя, как мрачнеет моё лицо.

— Интересно выходит, — у меня даже желание появилось похлопать в ладоши, но в последний момент я удержался, — берём стандартную руну за триста рублей. Твоя доля будет девяносто. Твой дядя получит сто пятьдесят, а тот человек, который делает всю работу, — шестьдесят. Я правильно понимаю? Нигде не ошибся?

— Это всё можно обсудить! — Похоже, Михаил сам не рад такому распределению. Фактически, львиную долю дохода его дядя просто отжимает у нас.

— Какие-то странные отношения у тебя с дядей. Мне кажется, они не слишком родственные.

— Он друг моего отца. Я знаю его с детства.

— Да понял я, что он не твой родной дядя, но это не меняет сути. И, да, ты прав. На таких условиях я работать точно не буду. Уверен, что смогу найти другие варианты, — я поднялся с дивана, собираясь уходить. Конечно, я был разочарован, но соглашаться на подобные условия — не уважать себя.

Я знаю, что могу ставить руны. Я понимаю их рыночную цену. Да, без печати мастера или хотя бы ученика я вроде как не имею права этим делом заниматься, но уверен, что существуют разные схемы и более сговорчивые люди, которые готовы будут закрыть глаза на отсутствие у меня печати. В крайнем случае, можно пойти по пути, который изначально придумал Михаил, и выкупить такую печать. Даже если взять её за тысячу рублей, это окупится за пару недель.

— Подожди, — остановил меня Михаил, — давай хотя бы дождёмся дядю Матвея. Возможно, нам удастся его уговорить на более приемлемые условия! Чего лично ты хочешь? Скажи свой минимум.

Это был хороший вопрос, заставивший меня задуматься. Я понимал, что с клиентами надо общаться, где-то их искать, договариваться. Нужно место для работы. Это всё мог взять на себя Михаил.

У меня свободного времени фактически всего три месяца. За лето я должен накопить денег, чтобы оплатить обучение в школе магии. В идеале — не только себе, но и Савве. Лена только в следующем году закончит школу. Но и ей не мешало бы подкинуть денег, хотя бы просто для развития источника.

Получается, мне нужны, как минимум, две тысячи рублей. А лучше три. И деньги эти должны быть легальными, чтобы не возникло вопросов, где я их достал.

— За лето я должен заработать пять тысяч рублей, — твёрдо произнёс я.

Брови Михаила взметнулись вверх. Он закашлялся и удивлённо уставился на меня:

— Я зарабатываю меньше тысячи в месяц!

— Ты не маг-рунолог, — я слегка улыбнулся, — если я за руну буду получать сто рублей, нужно пятьдесят клиентов. Ты найдёшь столько?

— Я найду и сто! — уверенно заявил Михаил. — Это не такая большая проблема, как ты думаешь. Спрос гораздо выше предложения.

— Меня устроит сто рублей за руну. Чистыми. После выплаты всех налогов. Меньше — даже разговаривать не буду. И учти, что с сентября я отправлюсь в школу магии. И, скорее всего, не в Подольске, у вас она совсем слабая.

— Спасибо, что предлагаешь реальную цену, — неожиданно кивнул Михаил, — я попробую договориться с дядей. Сам понимаю, что его условия никуда не годятся. В крайнем случае буду доплачивать тебе из своей доли. Заработать две тысячи дополнительно за три летних месяца лучше, чем не получить ничего, — он развёл руками и открыто улыбнулся мне.

Я улыбнулся в ответ и кивнул, скрепляя нашу сделку. Михаил глянул на наручные часы и вышел, оставив меня сидеть в комнате. Нравился он мне. Простой честный парень, при этом умеющий вести дела. Для этого человека честность в делах важнее прибыли. Думаю, именно из-за этой своей особенности Михаил до сих пор и не разбогател. Зато совесть чиста.

Спустя полчаса в комнату зашёл Михаил. С ним был мужчина. Поднявшись навстречу, я внимательно начал рассматривать мага, стараясь не показывать свою заинтересованность. Мужчине было слегка за пятьдесят. Тёмные волосы с поседевшими висками. На лбу несколько неглубоких морщин. Внимательный и в то же время рассеянный взгляд. Слегка выше меня. Дорогой костюм. На запястье блеснули золотом часы известной марки. Пальцы тонкие, изящные, на одном из них дворянское кольцо. В руке — старомодный кожаный саквояж.

— Добрый день, Максим, — поздоровался маг первым и, не протягивая руки, сел за стол, сразу показывая, что намерен держать со мной дистанцию.

— Это Максим, — представил меня Михаил. — Барон Матвей Фёдорович Колычев, очень известный маг-рунолог и друг моей семьи.

— Рад познакомиться, — ответил я, усаживаясь напротив.

— Михаил, оставь нас пока, я позову, — слегка свысока кивнул в сторону Михаила маг. Тот покинул комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

Матвей Фёдорович сложил руки на саквояже, который поставил на стол, и пристально посмотрел мне в глаза в надежде смутить. Однако со мной подобный номер не работает. Поняв, что играть в гляделки — только терять достоинство, Матвей Фёдорович расстегнул свой саквояж и достал из него несколько гладко отполированных металлических пластин. Положил их на стол, после чего достал маркер и очки артефактора.

Маг снова окинул меня взглядом свысока, но это не был тот взгляд презрения, каким обычно аристократ смотрит на чернь. Скорее, взгляд мастера на ученика. Человека, который считает, что между нами огромная пропасть в знаниях и опыте. Он находится на самом верху пищевой цепочки, а я — внизу, но не в стороне, а возле лестницы, что ведёт наверх. Маг как бы оценивал, на сколько далеко я смогу пройти по этой лестнице и имеет ли смысл вообще на меня тратить свое драгоценное время.

— Чтобы решить, стоит ли вас брать в ученики, — начал маг бархатистым голосом, — мне надо проверить вашу квалификацию. Будьте добры, Максим, — он подвинул мне маркер и обе пластины, — изобразите на одной руну холода, а на другой — тепла. Думаю, это не составит никакой сложности?

— Хорошо, — я взял в руки маркер и чёткими движениями под пристальным взглядом мага, надевшего очки, нарисовал руну холода небольшого размера. Вложил в неё всего единицу магии. Плюс сила и понимание. Пластина моментально покрылась тонким слоем льда. Легонько толкнул её по столу, и пластина мягко заскользила в сторону мага, который довольно кивнул, наблюдая за моими манипуляциями.

Взяв вторую пластину, я на память изобразил руну, отвечающую за тепло. Сильно я её не изучал, так, просмотрел в интернете и разок показывал Савве её действие. Так-то руну я знал на «отлично», но — руну из своего мира. В этом мире она была в разы сложнее. Получилось изобразить нечто среднее. Но моего понимания хватило, и руна заработала.

— Очень хорошо, — в голосе мага слышалось изумление. — Максим, ты же в первую руну влил всего единицу магии? Я правильно увидел?

— Да, — подтвердил я.

— Потрясающе! — Он откинулся на спинку дивана и с любопытством посмотрел на меня, как на невиданную зверушку. — Похоже, у тебя талант!

— Так и есть, — в ответ равнодушно пожав плечами. Ничего нового я пока не услышал, а то, что у меня талант в рунологии, знал с пятнадцати лет ещё прошлой жизни и давно успел привыкнуть к этому. Да и не такая уж это и большая редкость. В моём прошлом мире было много талантливых ребят.

— Первый раз вижу вживую талант в рунологии! — выдал маг.

Теперь уже я с удивлением смотрел на него. Вроде Максим сказал, что Матвей Фёдорович — известный рунолог и артефактор. Как можно быть артефактором, не имея таланта в рунологии?

— У вас нет таланта в этой области? — не удержался я.

— Нет. Но у основателя моего рода такой имелся. Было это почти два века назад. Благодаря своему таланту он заработал роду Колычевых баронство, — Матвей Фёдорович махнул рукой, демонстрируя кольцо.

— Зачем же заниматься рунологией без таланта? — От его слов мне пока понятней не стало. Рунология — сложная и муторная наука. Понять руну без таланта ужасно трудно и очень затратно по времени.

— Чтобы стать хорошим специалистом в любой науке, надо выбрать специализацию. У меня такая имеется. Мой род все двести лет собирал по крупицам знания. Род Колычевых накопил десяток уникальных рун, которые позволяют мне жить безбедно и цениться как специалисту. Но давай сначала о тебе поговорим!

Маг достал из своего, казалось, бездонного саквояжа тонкую папку с бумагами.

— Ты у нас Максим Андер. Найден без сознания чуть больше двух недель назад. Доставлен в больницу. Родственников не имеется, память потеряна, — он отвлёкся от бумаг и кинул на меня взгляд, — такое случается при магической инициации.

— Откуда у вас эта информация? — Не ожидал, что маг настолько серьёзно будет подходить к экзамену своего будущего ученика и даже соберёт обо мне сведения.

— В современном мире достать информацию на ученика интерната стоит всего десять рублей. Мне достаточно было твоей фотографии, которую я забрал с камеры Михаила, установленной в автосервисе.

— Н-да… — У меня просто не было слов. Никакой анонимности. Похоже, надо привыкать, что технологический мир, кроме плюсов, имеет и немало минусов, — так что вы хотели узнать обо мне?

— Какие руны ты ещё понял?

— Все общедоступные. Холод, тепло, огонь, молния, паралич и ещё штук пять, — припомнил я то, что попадалось из общедоступных в интернете и в магазинах артефактов. Руны простые, слабые и не такие сложные, чтобы возникали вопросы.

— Как? Вот главный вопрос. Как за такое короткое время ты без памяти о прошлом смог понять руны⁈ — Маг с подозрением уставился на меня.

Вот тут он меня, конечно, подловил, нечего сказать. За десять дней понять десяток рун и вправду невозможно.

— Мне кажется, я их просто вспоминал, — по сути, это действительно так и было. Мне не приходилось их заново постигать. Просто вспомнить, ощутить и понять.

— Значит, ты занимался именно рунологией до момента потери памяти?

— Получается, что так, — я развёл руками, — это проблема?

— Не знаю. Не хотелось бы оказаться в ситуации, когда вдруг объявятся твои родственники или прошлый учитель и заявят на тебя свои права! — Он недовольно поморщился.

— Думаю, если бы было кому меня искать, то уже бы нашли, — немного коряво ответил я.

Маг снова одел очки артефактора и взял в руки пластину с обогревом, внимательно всматриваясь в руну.

— Интересно, что ты не использовал руну огня, как сделало бы большинство начинающих магов.

Произнёс Матвей Фёдорович это таким тоном, будто собирался прямо сейчас начать читать лекцию о различии рун огня и тепла. Мне это было ни к чему. Я пришёл сюда за ученической печатью, а не выслушивать наставления.

— Руна огня подошла бы, но с ней пришлось бы поработать. Надо было бы точно рассчитать её размер. Уж очень она своевольна. А вот руна тепла гораздо проще, — таким образом я сразу дал понять, что в этом вопросе разбираюсь на достаточном уровне.

— Н-да… — На этот раз маг с любопытством глянул на меня. — Руна тепла у тебя странная, вроде и напоминает привычную, но что-то с ней не так. Похоже, мои подозрения подтверждаются: ты из семьи благородных, иначе откуда у тебя могут быть подобные знания? Во многих семьях хранятся руны, доступные только им.

— Мне нечего ответить, — я лишь пожал плечами, — но мы с вами уже обсудили этот вопрос. Если меня до сих пор не нашли, значит, или некому, или я просто никому не нужен.

— Наверное, это действительно не так уж и важно, — задумчиво протянул маг, — пожалуй, я готов вручить тебе ученическую печать, но есть определённые условия.

— Кто бы сомневался, — проворчал я себе под нос.

— Стать учеником мага — это честь! — пафосно заявил Матвей Фёдорович. — Ты должен ясно понимать, что это звание накладывает на тебя определённые обязанности.

— Я ещё не решил, стоит ли принимать подобную честь, — хмуро ответил я, — хотелось бы сначала услышать об обязанностях и о том, что мне даёт это звание.

— О, — улыбнулся Матвей Фёдорович, — тут всё стандартно. Я делюсь с учениками знаниями, а ты помогаешь мне в работе.

— Звучит просто, но вы же в Нижнем Новгороде, а я в Подольске.

— С сентября переедешь в Нижний. Там одна из лучших магических школ для рунологов. Расходы на учёбу я беру на себя. Жилье тоже предоставлю. У меня свой дом и флигель для учеников.

— Приемлемо, — кивнул я, — вопрос о помощи в работе: как оплачивается мой труд?

— Оплачивается? — Он изумлённо уставился на меня.

В принципе, я так и думал. Кому в голову придёт идея платить ученику за его работу? С этим я и сам уже сталкивался. Кажется, что это справедливо. Наставник тратит своё время и делится знаниями, а ученик отрабатывает эти знания, помогая наставнику. Правда, чаще всего на уровне «подай-принеси». Но я не уверен, что подобная роль меня устроит. Да и насчёт уровня знаний, которые мне может передать наставник, тоже сомневался.

— Да, оплата. Каждый труд должен быть оплачен. Так я себе это представляю, — лицо моего собеседника начало наливаться краснотой. Похоже, мне удалось вывести его из себя.

— Да что ты о себе возомнил⁈ — Маг всплеснул руками. — Быть моим учеником — огромная честь. Об этом мечтают десятки, если не сотни людей!

— Какое это имеет ко мне отношение? — безразлично парировал я. — Берите их в ученики. Кто вам мешает? — Видя, что Колычев закипает, и понимая, что наш разговор уходит из конструктивного русла, я поднял руки, останавливая грядущий взрыв. — Мне просто хотелось бы обговорить заранее все условия. Заниматься работой «принеси-подай» я не намерен. Мой уровень и знания вы оценили, а я показал вам лишь верхушку, сами понимаете. Если вы даёте мне то, чего я не знаю и не умею, я готов это отрабатывать, но если я делаю то, что стоит денег, и при этом опираюсь лишь на собственные знания и умения, согласитесь, подобная работа должна оплачиваться!

— Так не принято! — Матвей Фёдорович мотнул головой. Но мой монолог не прошёл впустую — дядька стал успокаиваться и задумался.

— Ты думаешь, что в какой-то области меня превзошёл? Я лично в этом сильно сомневаюсь, — он расправил плечи и взглянул на меня орлиным взором, — и даже в этом случае тебе придётся работать под моим надзором, чтобы я был уверен, что ты не допустишь ошибки. Ведь эти ошибки ложатся, в большей степени, на меня и на мою репутацию. Какой с тебя спрос!

— В этом вы правы, — пришлось согласиться мне, — но и рабом на галерах я не буду. Именно поэтому хотелось бы сразу всё обговорить. Начнём с работы в автомастерской. Михаил мне озвучил условия. На мой взгляд, они неприемлемы. Я один делаю всю работу, но получаю, по сути, копейки!

Вот мы и перешли к самому важному — к торгу.

— Копейки? По моим расчётам, ты за каждую руну будешь получать порядка пятидесяти рублей! Это огромные деньги для ученика. Даже если ты за месяц установишь десять рун, это пятьсот рублей. Сам подумай, где ещё ты столько заработаешь?

— Скажите, мастер, за какую плату вы сами поставите руну холода на коробку передач?

— Да меньше чем за тысячу я даже не посмотрю в её сторону, — фыркнул тот в ответ и сразу замолчал, — ах ты хитрец! — улыбнулся маг и вдруг как-то разом весь подобрел. — Ты мне нравишься. Нахальный такой пацан. Умеешь стоять на своём и хитростью не обделён. Ладно, ты, по словам Михаила, хотел сто рублей за руну?

— Это чистыми. После всех налогов и прочего. И материал за счёт мастерской!

Я решил — уж наглеть так наглеть.

— Договорились! — резко заявил маг. — А насчёт ученичества не переживай: «подай-принеси», конечно, тоже есть, но рунолога для этого слишком расточительно использовать. Договоримся.

— Благодарю, — я слегка поклонился и облегчено выдохнул. Боялся, что спорить нам придётся долго. Теперь уже другая мысль крутилась в голове: а не продешевил ли я?

— Поднимайся. Поедем закупим материал, заодно расскажу тебе, что и как лучше использовать. Даже если ты это и знал, то после потери памяти придется проходить снова. А в этой области достаточно нюансов, которые может рассказать только опытный мастер!

У дверей сервиса нас поджидал представительный автомобиль «Волга». Матвей Фёдорович ездил с личным водителем, так что мы устроились с ним вдвоём на заднем сиденье. Автомобиль мягко тронулся.

Колычев всю дорогу рассказывал мне о магических компонентах и правилах их использования. Когда какую краску лучше, какими кистями или маркерами. Можно ещё присыпать специальным порошком. Тонкостей было много, и это было удивительно. Матвей Фёдорович оказался настоящим кладезем знаний. Зря я в нём сомневался. Мне точно есть чему у него поучиться.

Видя, как я внимательно слушаю и вникаю в каждое слово, маг подобрел. Из взгляда пропали настороженность и недоверие.

— Приехали, — сказал он, когда мы остановились у дверей магазина.

Нас встречала знакомая уже мне вывеска «Магические товары от Зотовъ». Впрочем, неудивительно: в городе всего два подобных магазина, а этот, к тому же, считается весьма респектабельным.

Матвей Фёдорович уверенно открыл дверь и переступил порог, после чего сразу же зычно крикнул:

— Всеволод! Встречай клиентов!

Из подсобки мгновенно выскочил владелец магазина и быстром шагом приблизился к стоящему посреди торгового зала магу.

— Матвей Фёдорович! Какими судьбами! Очень рад вас видеть! — На его лице расплылась улыбка. Зотов явно не кривил душой и действительно был рад видеть моего учителя.

— Это мой ученик, Максим, — маг слегка наклонил голову в мою сторону, — помнится, ты как-то набивался ко мне в ученики, ещё когда я преподавал у вас в школе.

— Было, было, но вы оказались правы: торговое дело — моё призвание, а рунология — увлечение, — печально вздохнул директор магазина.

— Да ладно, не преуменьшай свои умения, — хлопнул его по плечу Матвей Фёдорович, — не имелось у меня тогда возможности взвалить на себя обучение. Уверен, ты по-прежнему что-то мастеришь в своей подсобке.

— Всё-то вы знаете, — улыбался Зотов, — но сейчас это для меня, скорее, хобби.

— Жаль, времени свободного нет, — Колычев недовольно поджал губы и махнул рукой в сторону витрин, — собери нам три вида краски по три литра, два набора кистей, порошок… пяток маркеров. В общем, сам разберешься. Отправь всё это в автомастерскую к Михаилу. Знаешь, о ком я говорю.

— Конечно, — кивнул тот, — помню этого парнишку и даже знаю, что он в Подольске.

— Вот и отлично, скинь потом счёт, я оплачу.

— Всё сделаю!

Весь разговор занял от силы пять минут. Особенно приятно было наблюдать за лицом Агаты, которая всё это время стояла молчаливым истуканом за прилавком, сверля меня недобрым взглядом.

После этого день широких жестов не закончился. Матвей Фёдорович отвёл меня в магазин и купил дорогой телефон. Приобрёл ещё и ноутбук, заявив, что «в нашем деле без компьютера никуда». В общем, облагодетельствовал «сироту» по полной.

Мы вернулись обратно в сервис, и он вручил мой новый телефон своему водителю, чтобы тот установил необходимые программы.

— Сам я слишком неопытен для этого, а Алексей знает, что тебе понадобится, — пояснил маг.

Мы снова сели в комнате при мастерской.

— Держи, — Матвей Фёдорович протянул мне небольшой кристалл на цепочке, — этот артефакт является ученической печатью. Как закончишь рисовать руну и напитаешь магией, подносишь к ней кристалл, и на руне остаётся твой отпечаток.

— Как-то поторжественней это стоит делать, — Михаил, стоящий в дверях, покачал головой, — ты же мне сам в детстве говорил, что надо соответствовать!

— Я тогда был моложе на пятнадцать лет, — махнул рукой маг, — а сейчас понимаю, что излишний пафос может быть иногда даже вреден, — он повернулся ко мне, — или, может, Миша прав, — надо более торжественно вручить?

— Не стоит, — улыбнулся я, — тут важен факт. К тому же, я до конца ещё не определился, радоваться мне или грустить по этому поводу.

— Ну вот видишь, — Матвей Фёдорович снова повернулся к Михаилу, — молодой человек ещё не понимает, как ему повезло, что стал моим учеником!

— Время покажет, — проворчал я в ответ.

На самом деле сложно было ворчать в такой компании. Я только сейчас понял, что Михаил по характеру очень похож на Колычева, не зря он того своим дядей называет. Надеюсь, мы с магом сработаемся.