Глава 22

Машина свернула с шоссе и, сбавив скорость, поехала по не менее качественной дороге, расположенной в сосновом лесу. Вскоре мы подъехали к пропускному пункту, где учителю и мне пришлось предъявить документы. Ещё пять минут мы петляли между холмов и сосен, за которыми иногда просматривались дома, пока не подъехали к воротам, которые медленно открылись переда нами. Заехали внутрь и остановились у особняка, стоявшего на вершине небольшого холма.

Выйдя из машины, учитель кивнул на багажник, который открылся сам.

— Возьми сумки, — велел он.

Сумки оказались тяжёлыми. Взяв их в руки, я последовал за Матвеем Фёдоровичем. Он уверенно поднялся по ступеням. Перед нами распахнулась дверь, и седой мужчина в ливрее, поздоровавшись, проводил нас в правое крыло здания. После чего покинул, оставив слугу, к которому мы могли обращаться, если что-то понадобится.

Перед двойными резными дверьми мы разулись, оставшись в одних носках. Матвей Фёдорович осторожно толкнул их, и я замер от восхищения.

Нет, меня поразил не вид комнаты. Она была обычной. Большой пустой зал, размером пять на пять метров, с большим окном, занимающим половину одной стены. Окно было от самого потолка до пола и, судя по всему, сдвигалось в сторону, так, что через него можно было покинуть комнату и выйти в сад.

Под ногами поскрипывали толстые доски, от которых шло тепло. Они были тщательно отполированы и матово блестели. Выглядел зал для медитации красиво и очень дорого. Но главная ценность была не в этом. Посреди зала на особом постаменте стоял накопитель, от которого исходила просто прорва энергии. Это был большой куб из гранита размером пятьдесят на пятьдесят сантиметров, отполированный до зеркального блеска.

Матвей Фёдорович с улыбкой закрыл за моей спиной дверь.

— Смотрю, мне удалось тебя поразить! — весело произнёс он.

— Да, — честно признался я. Никак не ожидал, что окажусь в таком мощном магическом поле, — а ведь за дверью даже не ощущается повышенный фон!

— Конечно, ведь двери делал мастер-артефактор. Они не дают энергии вырваться из это комнаты. На окнах и стенах тоже использован специальный материал. Потеря энергии в этом помещении минимальна! — Учитель заявил это с таким видом, будто делал эти двери сам. Хотя, вполне возможно, что он приложил руку и к этому.

— И наша задача… добавить в эту комнату тишины? — Я озадаченно почесал затылок. — Здесь такие двери, окна, стены… Куда уж тише?

— Тишина бывает разная, — расплылся в довольной улыбке Колычев, — в нашем случае основное — это руна гармонии. Прислушайся к себе. Повышенный магический фон возбуждает?

— Да, — тут не было никакого смысла спорить. Моё сердце билось учащённо, организм реагировал на присутствие источника. Нервная активность повышалась. Я как будто выпил разом несколько чашек кофе. В лесу я подобного не испытывал, но там и концентрация была значительно ниже. Войти в медитацию в подобном состоянии будет очень сложно.

— Вот это мы и должны исправить, — заявил он.

После чего выдал мне задание. Я расстелил специальную плёнку вдоль стены, на которой маг собирался рисовать руну. Плёнка должна была защитить пол от попадания на него краски. Хотя, на мой взгляд, это была лишняя работа. Краска легко убиралась магией.

Матвей Фёдорович поставил напротив стены небольшой столик, на него установил ноутбук, подключил к тому проектор. Подойдя к окну, быстро разобрался с пультом управления на стене и зашторил наполовину окно, погрузив комнату в мягкий полумрак. После чего включил проектор. На стене появился эскиз руны.

— Ничего себе! — Я с восторгом разглядывал сложный узор. В первую очередь меня поразил размер руны — примерно метр на метр. Никогда не работал с такими размерами. — Это сколько же на неё уйдёт энергии?

— По моим расчётам, потребуется триста двадцать единиц, — с гордостью в голосе ответил маг.

— Вот это да! — Я никак не мог прийти в себя. Для меня такой масштаб был удивителен. Оно и понятно. Всю жизнь я делал маленькие артефакты и стремился к уменьшению рун. Мой рекорд — руны размером пять миллиметров, при этом они работали и выполняли функции полноразмерных рун от других мастеров. Понимание и сила воли творили чудеса, позволяя в меньший размер запихнуть ту же суть.

— Что-нибудь понимаешь в моей руне? — Мастер с усмешкой глянул на моё вытянувшееся лицо.

Я подошёл поближе к стене и начал водить рукой по изображению.

— Внутри у вас руна тишины, — она, в принципе, была стандартной, так что мои насмотренность и «ясный взор» позволили вычленить её с первого взгляда.

— Она переплетается с руной гармонии. Я видел её изображение в интернете, но у вас эта руна гораздо сложнее. Вот тут, — я ткнул пальцем в нижний край, — похоже, активатор. Не пойму, на что он реагирует, я с таким ещё не сталкивался, — признался я. Из активаторов мне в этом мире удалось разобрать пока, в основном, только реагирующий на повышение температуры, который я активно использовал в автомобилях. Здесь же был совсем другой узор, с которым я ещё не сталкивался. Руны этого мира отличались от тех, что я знал из прошлой жизни. И отличались не в лучшую сторону. Они были излишне усложнены и даже перегружены. Но ведь работали!

— Н-да… — откашлялся мой учитель, которого я снова удивил своими знаниями, — это активатор на магию определённого человека. Придёт время — научу. Сейчас твоя задача — обвести руну карандашом, поверх которого я буду рисовать её краской, вливая постепенно магию.

— Приступаю, — я взял в руки специальный карандаш и начал уверенными движениями обводить руну. Действовал быстро и очень чётко.

Матвей Фёдорович сначала внимательно наблюдал за мной, пытаясь найти ошибку или неточность, но удостоверившись, что я отлично справляюсь с порученным мне делом, занялся разогревом магических каналов.

Это было нужное и правильное дело, которым многие маги пренебрегают. Чтобы заполнить руну, Матвею Фёдоровичу придётся пропустить через себя прорву энергии, и, если не подготовиться и не разогреть каналы, это может привести к серьёзным травмам. Представьте себе профессионального спортсмена. Он перед стартом всегда подготавливается и разогревается, иначе микротравмы обеспечены, а то и разрывы посерьёзнее. Так и здесь. Каналы надо беречь.

— Обычно я с собой беру ещё и целителя, — учитель не любил молча работать, это я уже успел заметить, — когда требуется большой выплеск магии, каналы трещат по швам. Да и на всякий случай — иногда узор не совсем чётко ложится, и моей магии может просто не хватить. В этом случае целитель делится энергией.

— Насколько я знаю, — отозвался я, — каналы в любом случае сильно страдают. Даже разогретые. Так что целитель в ближайшее время вам пригодится, чтобы их поправить.

— И откуда только ты это знаешь? — Он снова окинул меня озадаченным взглядом. — Ты прав. Причём целитель до конца не в состоянии убрать все повреждения. Сколько мне лет, как думаешь?

Я остановился на мгновение и окинул мага внимательным взглядом. Когда мы с ним познакомились, я решил, что ему около шестидесяти или даже слегка больше. Но сейчас, уже зная Колычева, я предположил бы, что он моложе.

— Около пятидесяти?

— Ты прав, что ещё более удивительно. Кто в шестнадцать лет может так точно определить возраст? Мы же для вас все старики! — Он грустно рассмеялся.

— Просто предположил. Чисто логика и математика. Михаилу двадцать семь. Вы ровесник и знакомый его отца…

— Хитрец! — Матвей Фёдорович погрозил мне пальцем. — Мне сорок девять лет. Я сильный маг, но мои каналы изношены. Целители их латают. Но… — Он развёл руками и печально вздохнул, — через десяток лет подобная магия мне будет больше не доступна.

— А медитация у накопителя? — Мой взгляд метнулся к накопителю, который мне очень хотелось исследовать. Он так и притягивал меня.

— Пока только она и помогает. Но занимает слишком много времени. Если бы я мог позволить себе уйти на годик в лес, думаю, вернулся бы полностью обновлённым, но… такой возможности у меня нет! — Учитель встряхнул руками, настраиваясь на работу. — Пора приступать!

Я отключил ноутбук и открыл шторы, наполнив комнату дневным светом. Маг придирчиво выбрал кисточку и, макнув её в банку с краской, начал работать.

В каждый мазок он вливал магию. В каждую линию добавлял понимание. Руна потихоньку приобретала законченный вид. Я смотрел на мастера и любовался его работой. Уверенные, отточенные годами практики движения. Глубокое понимание руны. Безусловно, мне очень повезло с учителем. У него есть чему поучиться.

На обрисовку всей руны ушёл почти целый час. Матвей Фёдорович отступил на шаг и, выдохнув, окинул взглядом своё детище. Руна, благодаря усиленной магией краске, тускло светилась.

Пора было переходить в самому сложному — наполнить её энергией, пониманием и силой воли.

Приложив ладони, учитель начал закачку энергии. Она лилась густым потоком. Лицо мага осунулось, на лбу выступили бисеринки пота. Процесс нельзя было прерывать ни на мгновение, иначе придётся начинать всё заново. Я видел, что Матвей Фёдорович находится на своём пределе. Его магические каналы раздулись и, наверняка, причиняли сильную боль. Это невозможно было увидеть даже с помощью «ясного взгляда», но мой опыт и моё воображение чётко рисовали картину. Сейчас бы очень пригодился сильный целитель. Поддержать мага, поделиться энергией, проконтролировать каналы. Но по какой-то причине, Матвей Фёдорович его не взял с собой. Излишне понадеялся на себя? Переоценил свои силы? Не хотел показать слабость перед новым учеником?

— Всё! — хрипло выдохнул Матвей Фёдорович, делая шаг назад. На моих глазах руна медленно стала блекнуть, уходя внутрь стены. Я по-прежнему мог её видеть, но только с помощью «ясного взора».

— Я думал, что вы не справитесь! — честно признался я. — Вы работали на пределе!

— И так каждый раз, — он устало улыбнулся. Глядя на лицо Колычева, испещрённое появившимися морщинами, я лишь покачал головой. Сейчас маг был больше похож на древнего старца. Какие шестьдесят? Все восемьдесят лет!

— Зачем? Почему вы не взяли целителя? — Мне непонятно было, к чему идти на такой риск.

— Преодоление. Даже в моём возрасте еще можно увеличивать силу воли. Этот способ работает, — он улыбнулся и попытался гордо расправить плечи, что не очень-то и вышло.

Пришлось признать, что Матвей Фёдорович прав. Способ очень опасный, но как ещё рунологу увеличивать силу воли?

— Садись, — он приглашающе кивнул на маты, что лежали рядом с накопителем, — полчаса на медитацию. Мне надо прийти в себя, да и тебе, думаю, не повредит!

Время медитации пролетело незаметно. Я бы сказал — мгновенно! Первые десять минут я пытался успокоить свой организм, который просто распирало от близости к магическому источнику. Но у меня был немалый опыт, и я справился. А вот Лене на моём месте вряд ли бы хватило и пары часов.

Затем я просто впитывал магию всем своим телом, не думая ни о чём. Заниматься источником смысла не было — на это потребовалось бы не меньше часа.

— Что скажешь? — По лицу Матвея Фёдоровича расплылась довольная улыбку. Сейчас он выглядел уже более привычно, придя в себя. Морщины слегка разгладились. Бледность лица никуда не ушла, и он по-прежнему выглядел старше своего возраста, но уже не напоминал древнего старика.

— Хорошо, — кивнул я и поднялся на ноги.

— Выйди за дверь, там слуга ждёт, пусть пригласит хозяйку! — попросил учитель, не вставая.

Передав поручение слуге, дежурившему под нашей дверью, я наконец-то решил осмотреть накопитель. В его глубине ярко светилась знакомая руна, отвечающая за удержание энергии. В принципе, ничего сложного, думаю, я в состоянии её повторить. Только вот насытить подобный накопитель магией очень сложно.

— В нём, наверное, несколько тысяч единиц? — произнёс я вслух, внимательно вглядываясь в суть руны. — И руна не отдаёт их. Мы получаем фон просто от паразитных потерь! Это же надо!

— Две тысячи пятьсот единиц! — раздался за моим плечом уверенный женский голос.

Я резко обернулся и встретился взглядом с молодой девушкой. Она была одета в простое светлое платье. В первую очередь привлекали внимание её яркие рыжие волосы и голубые глаза, которые с любопытством разглядывали меня.

— Анна Викторовна, — поднялся на ноги Матвей Фёдорович и изобразил небольшой поклон, — рад вас видеть. Это мой ученик, Максим Андер. Очень способный молодой человек.

— Рада познакомиться, Максим, — она протянула мне ладошку, явно для рукопожатия. На её указательном пальце блеснуло кольцо с крупным бриллиантом.

— Взаимно, Анна Викторовна, — я вежливо поклонился и легонько пожал её руку.

— Так что вы сказали про накопитель? — Девушка подошла к камню и положила на него ладонь. — Паразитное излучение?

— Да, именно так. Сначала я думал, что выход энергии как-то настроен или контролируется, но, изучив руну, понял, что она максимально проста, и то излучение, что исходит от накопителя, — просто энергия, которая просачивается через дырявую руну. Скорее всего, так и задумано, ведь цель этого накопителя — не держать в себе вечно энергию, а насыщать ею комнату.

— Удивительно! — Анна мило улыбнулась, и моё сердце пропустило удар. — И вы это поняли чуть ли не с одного взгляда?

— Руна не такая уж и сложная, — я слегка пожал плечами.

Девушка резко повернулась к учителю и внимательно осмотрела его. Её внимательный взгляд пробежался по лицу учителя, остановившись на прорезавшихся морщинах.

— Трудно пришлось? — В её голосе прозвучало участие.

— Это моя работа, — смиренно ответил Матвей Фёдорович, — но она ещё не закончена. Нам с вами надо активировать руну, настроив её на вас. Когда вы будете заходить в комнату, руна уловит ваш магический след и активируется. Когда комнату покинете… — В этот момент девушка махнула рукой, останавливая лекцию мэтра.

— Увольте меня от этих подробностей. Тем более, я прекрасно понимаю принцип работы активации, завязанной на магический след. Давайте приступать, мне не терпится испробовать зал для медитации! — Она вся светилась в предвкушении, и я не мог сдержать улыбки, наблюдая за её непосредственностью.

— Держите очки, чтобы вы могли увидеть руну и момент, когда она заработает, — Матвей Фёдорович протянул Анне очки артефактора и подвёл к руне.

— Ого! Она такая огромная! — Девушка остановилась, потом отступила на шаг назад, чтобы получше рассмотреть. — Удивительно! Никогда не видела такой красоты. Вы настоящий мастер, Матвей Фёдорович!

Учитель расплылся в довольной улыбке и бросил на меня взгляд, полный гордости.

— Благодарю вас за похвалу, мне всегда приятно, когда мою работу могут оценить по достоинству! — Он снова подвёл девушку к руне и указал ей место, куда надо приложить руки. — Я отойду на несколько шагов, чтобы наша энергия не смешивалась, — пояснил маг, — теперь просто подайте свою магию, поделитесь с руной! Почувствуйте её, представьте, что это крошечный котёнок, с которым вы делитесь теплом!

— Матвей Фёдорович, — девушка звонко рассмеялась, — я не маленький ребёнок, и отлично умею работать со своей энергией без этих костылей. Не забывайте, из какого я рода.

— Прошу прощения, — улыбнулся тот в ответ, глядя, как руна начинает светиться, принимая энергию теперь уже своей хозяйки, — достаточно.

Девушка убрала ладони и отступила к нам.

— Что теперь? — Сняв очки, она с любопытством наблюдала, как руна, вспыхнув, проявилась на стене. Спустя мгновение та начала угасать и растворяться.

— Ждём! — коротко ответил рунолог. Он забрал у девушки очки и наблюдал за руной. — Сейчас!

В этот момент в комнате наступила тишина. Это было удивительное чувство. На меня снизошло вселенское спокойствие. Все тревоги ушли. Внутри поселилась удивительная гармония.

— Работает! — выдохнул я. Сделав шаг в сторону, я даже не услышал скрипа половой доски.

— Вы просто гений! — Анна Викторовна умиротворённо уселась на пол рядом с накопителем и прикрыла глаза.

Я замер, пытаясь понять, что делать дальше. По идее, следует покинуть комнату и не мешать девушке, но я решил довериться учителю.

— Анна Викторовна, — позвал её маг, — нам надо собраться.

— Да, конечно! — Девушка тут же вскочила. — Я просто попробовала. Это поразительно! Когда только установили накопитель я пару раз пробовала медитировать. Но чтобы войти в нужное состояние мне приходилось потратить не меньше часа. А сейчас я почти сразу оказалась на грани медитации! — Её глаза светились от радости так, что я даже залюбовался.

Учитель махнул мне рукой указывая на кисточки и банки краски, призывая заняться меня делом.

Пока Анна отошла в сторону, что-то обсуждая с Матвеем Фёдоровичем, я споро собирал наши вещи. Тщательно закрыл краски и убрал их в сумку. Сложил туда же кисточки.

— Всё готово! — доложил я.

— Мы пойдём, — мягко произнёс Матвей Фёдорович, — всего вам хорошего!

Попрощавшись, мы вышли из дома. Почти сразу же подъехал наш лимузин. Загрузив сумки в багажник, я устроился на заднем сидении.

Где-то примерно полчаса мы ехали молча. Мой учитель дремал, а я проводил время в интернете.

— Тебе же не нужны очки, чтобы видеть руны? — раздался неожиданно голос учителя.

— Не нужны, — согласился я. От него подобное скрывать не было никакого смысла. Всё равно спалюсь.

— Удивительно, — задумчиво произнёс маг и снова замолчал.

— Чего ты хочешь в этой жизни, к чему стремишься? Какие у тебя планы? — Матвей Фёдорович снова открыл глаза и внимательно посмотрел на меня.

— Пока всё просто, — я пожал плечами. Особых секретов в моих планах не было, — стать сильнее, получить дворянство, насколько я понял, это не такая большая проблема. Заработать денег, создать свой род.

— Дворянство! Просто получить! — Колычев неожиданно рассмеялся. — Вот ты такой взрослый, но иногда такой наивный!

— А что не так? — Я обиженно насупился. Всё-таки устал, и тяжело было контролировать эмоции. Да и вообще — давно надо мной не смеялись.

— Ты — маг. Твой путь к дворянству гораздо сложнее и дольше, чем даже у купцов. Те хотя бы могут его купить, а с магами такое не работает.

— Почему? — В моей голове начали бешено крутиться мысли, пытаясь отыскать всю доступную информацию по этому вопросу. Знаний-то вложено немало, вот только отыскать что-то полезное никак не получается. А если смотреть по верхам, то не вижу никаких проблем.

— Потому что ты маг, при этом — бесхозный. Очень лакомый кусочек для старой аристократии. Кто же тебе даст свободу? Ты можешь приносить большие деньги своему хозяину и возвышать его род. Зачем лишаться подобного человека?

— Но я слышал, что сильных магов не держат на привязи, ведь это опасно! — Внутри меня проснулось раздражение. Не потерплю над собой никого!

— То сильных, — он махнул рукой, — а разве рунолог может быть сильным магом?

— Рунолог может, — твёрдо ответил я, — ещё как может. И сильным, и опасным. Именно таким я и стану!

— Юношеский максимализм? — Матвей Фёдорович заинтересованно глянул на меня. — Не похоже. Скорее — непонимание реалий. И это плохо. Неправильно выставленные цели и направления развития, основанные на искажённом восприятии действительности, до добра не доведут.

— Сдаётся мне, что здесь искажена сама реальность, а не моё восприятие. Маг должен быть независимым. Тогда у него будет стимул развиваться.

— Изменить эту реальность будет архисложно. И мой тебе совет — не спеши заявлять о своих знаниях и умениях, пока не встанешь крепко на ноги.

— Ничего, я найду способ стать дворянином, — уверенно ответил я.

Оставшуюся дорогу мы провели в молчании. Этот разговор испортил мне настроение, и даже впечатление от девушки поблекло. Сейчас меня больше занимали слова Матвея Фёдоровича, что магу получить дворянство практически не реально. Это полный бред!

В моём мире каждый маг, достигший определённого уровня в своём развитии, автоматически получал дворянство. Ведь он обретал силу, с которой стоило считаться. Неужели в этом мире не так? Я вспомнил Николая Николаевича, мага, с которым уже несколько раз сталкивался. Он — барон и слуга рода Закревских. Николай не выглядит счастливым и независимым. Но это, скорее всего, именно его выбор. Да и быть полностью независимым в любом обществе невозможно. Даже если ты — сам Император, тебе приходится учитывать интересы множества людей и сообществ. От гильдий и церкви до патриархов знатных родов.

Значит, мне надо реально оценить свои возможности на получение дворянства. Найти наиболее подходящий вариант и начать путь к своей цели. Она проста: стать сильнее. Стать известней. Чтобы с моим мнением считались. Чтобы меня опасались и уважали. Да, путь будет долгим и непростым. Но я не привык сдаваться.

Конец 1 книги