Глава 6

— Задача заработать стоит перед всеми учениками интерната, — с важным видом вещал Ким, пока мы шли по улице, — у нас не только сироты учатся, но и дети с родителями. Как понимаешь, в интернат отправляют не от хорошей жизни.

— Я уже догадался, — кивнул я.

На улице было приятно. Начало мая выдалось достаточно тёплым и, главное, без дождя. Мы вышли с улицы, где располагался интернат, на широкий проспект. Здесь было шумно. Машины двигались плотным потоком в обе стороны, да и на тротуаре людей прибавилось.

— Так вот, — продолжил свою речь Ким. Он был ниже меня ростом и очень подвижным. Парень то забегал вперёд, то немного притормаживал, подстраиваясь под мой неспешный шаг, то снова убегал, — официально можно работать с четырнадцати лет. Но там куча ограничений и бумаг. А неофициально платят мало, и желающих слишком много. Здесь рядом торговая площадь, там десяток магазинов. Если повезёт, заработаем рубль-другой.

— Рубль? — Я остановился на месте. Работать за рубль! Так себе перспектива. Это сколько мне придётся копить на планшет, который стоит полсотни? Или, может быть, телефон купить нормальный? Но Савва говорил, что хороший телефон ещё дороже.

— Конечно! — Ким довольно улыбнулся. — Я знаю отличные места!

— Рубль — это очень мало, я хочу планшет купить, — теперь уже Ким сбился с шага.

— Мало? Да за пару часов работы это отлично! Работяги на заводе получают шестьдесят рублей в месяц! Это примерно три рубля в день за полную смену, а тут рубль по-быстрому, — он замолчал и, чуть ускорив шаг, начал мотать головой, — рубль — отличная деньга! Мы за вечер иногда и по трёшке поднимаем!

Некоторое время мы шли молча, но Ким снова не выдержал:

— Вообще, я бы посоветовал тебе не планшет покупать, а поискать ноутбук. Иногда можно найти отличную модель, слега бэушную. Рублей за двадцать, ну, может, тридцать. Он гораздо удобнее планшета, да и возможностей у него больше.

— С ним сложно разбираться? Планшет я уже держал в руках, а вот ноутбук…

— Ерунда! За полчаса освоишься.

— Двадцать рублей тоже, получается, не так просто достать, — произнёс я озадаченно. Пусть мои аппетиты и снизились почти в два раза, но если за вечер зарабатывать один-два рубля… — А со свалки какая прибыль?

— Там по-разному. Нас же много ходит. Иногда на всех двадцать-тридцать рублей выходит. Но чаще червонец. Не всегда везёт. Зато это весело и очень интересно.

— Негусто, — нахмурился я. Совсем не такого расклада я ожидал. Значит, надо искать другие возможности. Уверен, их здесь немало, нужно только внимательно смотреть по сторонам.

— Что, думаешь, где бы больше поднять? — неожиданно прочитал мои мысли Ким. — Все мы так сначала. Особенно те, кто потерял родителей недавно. Многие неплохо жили в семье и не умели обращаться с деньгами. Думали, пятёрка — это не деньги! — Он махнул рукой и остановился у продуктового магазина. — Давай заглянем, тут бывает подработка.

Мы зашли внутрь. Магазин был тесным и практически полностью заставленным товаром. Стеклянные бутылки газировки в ящиках, отдельно ящики с пивом — всё это стояло друг на друге. Коробки с конфетами, чипсами. Банки с соусами, мешки с картошкой, луком, какие-то орехи на развес. Глаза разбегались. Удивительно большой выбор для такого маленького и, по сути, захудалого магазина.

— Абрам Денисович! — громко крикнул Ким, не обращая внимания на недовольно поморщившуюся продавщицу. Из подсобки выглянул пожилой мужчина в жилетке и светлой рубашке. Он был невысоким и пухлым. С трудом пробираясь по узкому коридору, хозяин магазина радостно улыбнулся и всплеснул руками.

— О, узкоглазый! Это ты вовремя зашёл. Дуй давай к чёрному входу, там коробки сгрузили, а внутрь затаскивать отказались. Тесно им тут, понимаешь! Какие цацы! Давай, двигай быстрее со своим приятелем. Сейчас быстренько всё раскидаете, а то мне домой скоро.

— Сейчас всё сделаем! — Ким радостно встрепенулся и понёсся по лабиринту коробок, который по недоразумению назывался магазином. Я отправился за ним, с трудом поспевая и стараясь ничего не задеть и не разбить, что было не так-то просто.

— Вот и денежка нас ждёт! — жизнерадостно произнёс Ким. Мы вышли на улицу с обратной стороны дома. У двери были наставлены коробки. — Нормально, быстро справимся. Это мы вовремя зашли!

Следующий час мы занимались тем, что под присмотром продавщицы таскали коробки в зал и расставляли их. Работа была несложной, учитывая мои руны силы. Ким с завистью поглядывал на меня, когда я хватал самые тяжёлые коробки и, не напрягаясь, заносил их внутрь.

В итоге Абрам Денисович порадовал нас трёшкой и выдал в придачу по бутылке газировки. Вода, к моему удивлению, оказалась очень вкусной. Сладкой, но не приторной, с непривычным привкусом каких-то трав.

— «Байкал», вещь! — Ким почти мгновенно осушил бутылку. — Слушай, я побегу в интернат, скоро ужин. Ты ещё погуляешь или со мной?

— Думаю, пройдусь, — в кармане лежало полтора заработанных рубля. Одна бумажка и кучка мелочи. Трёшку Ким аккуратно убрал к себе в кошелёк, отсыпав мою долю из своих денег.

— Тогда давай, увидимся! — Ким на прощанье махнул рукой и скрылся за поворотом.

Я шёл по улицам Подольска, с любопытством разглядывая дома. Остановившись на мосту через реку Пахра, огляделся. Отсюда открывался красивый вид на город. На одном берегу вдоль реки расположились особняки дворянства. На другом — многоэтажные дома обычных жителей. Для меня подобные строения были непривычны. Здесь выросли целые кварталы девяти- и четырнадцатиэтажных домов. В моем родном королевстве встретить здание выше трёх этажей было практически невозможно.

Ким говорил, что эти кварталы построены для рабочих заводов, что находились на окраине города. Корпуса одного из самых старых даже были видны с моста. Это был завод «Зингер». Кроме него, было ещё несколько крупных производств, в том числе завод, производящий провода, и машиностроительный.

Я включил в телефоне карту, которой меня научил пользоваться Савва, и пошёл в сторону интерната. Дорога вела какими-то переулками, но так было даже интереснее.

Двигаясь среди невысоких зданий, я с любопытством крутил головой. Здесь всё дышало стариной, и на меня неожиданно навалилась ностальгия. Эти улочки напомнили мне родное королевство. Я мало что помнил, в моей голове проявлялись какие-то смутные образы. Мощёные камнем узкие дороги, небольшие здания, максимум, в два этажа, горы…

Вокруг меня чужой и незнакомый мир, но это не повод грустить. Не так уж много я потерял, покинув свой родной. Разве что положение в обществе, но, думаю, с этим я справлюсь.

У меня, по сути, не было друзей. Кто будет общаться с калекой, пусть я и королевских кровей? К тому же, я был одержим идеей создать артефакт и начать свою жизнь заново, так что мне самому было не до общения и дружбы. Безусловно, имелись соратники и коллеги, с которыми мы встречались, обсуждая многие вопросы, но никто из них не нарушал моих личных границ.

Любопытно — во многих домах и магазинах на входных дверях были установлены примитивные защитные артефакты. Когда их включали специальным ключом, в случае попытки открыть дверь происходили где вспышка, где удар разрядом. Мне понравилось. Хороший рабочий вариант. Несложный в изготовлении и, без сомнения, весьма полезный. Если руна активирована, без специального ключа в здание не проникнуть. А если попытаешься, мало не покажется, да и жандармы, уверен, быстро примчатся.

Внутри некоторых магазинов имелись руны против пожара. Датчик дыма активировал водную руну. Не ожидал, что в этом, с виду технологическом, мире так развита рунология. Правда, она была весьма примитивна, но, с другой стороны, промышленный масштаб впечатлял.

Я вышел на небольшую площадь и резко остановился. На первом этаже здания, что выходило фасадом на улицу, были распахнуты широкие ворота. Внутри ярко светили лампы, на подъёмнике висел автомобиль, а по полу были раскиданы детали.

Сделав пару шагов, я уставился на крупные шестерёнки, сваленные большой кучей у стены.

«Потрясающе!» — промелькнула мысль в моей голове. Не зря меня называли «часовщиком»: детали из железа, такие ровные и тяжёлые, да ещё и идеально подогнанные друг к другу, всегда меня манили, и будоражили моё воображение.

В королевстве было много умельцев, работающих с металлом. Они создавали удивительные механизмы, но подобных шестерёнок я не видел никогда. Они блестели в свете ламп, покрытые потемневшим маслом, и… просто валялись на полу! Какое варварство!

— Чего надо? — Заметив меня, в мою сторону двинулся парень лет двадцати пяти. Одет в рабочий комбинезон, руки запачканы маслом, при этом вид он имел весьма надменный.

— Добрый вечер, — поздоровался я, — а что это? — Кивнул на сваленные горой детали.

— Это? Коробка передач, — он подошёл и пнул ногой небольшую шестерёнку, — разобранная. Поломанная. Так что ты хотел? — После моего вопроса тон парня смягчился.

— Может быть, у вас есть подработка какая?

— Не-а, — он помотал головой, — сами справляемся!

— Жаль, а это что за машина? — Я кивнул на автомобиль, висевший под потолком.

— «Лада Гранта», — парень удивлённо хмыкнул. Похоже, он считал, что такие машины каждый обязан узнавать.

— И как она? Нормальная?

— Да, — парень махнул рукой, — ведро с гайками! То ли дело «японцы»!

— А с виду нормальная, — протянул я. Потом перевёл взгляд на детали коробки у моих ног:

— А почему они валяются на полу?

— Да коробка сдохла. Перебирал её на днях, — он покачал головой с недовольным лицом, — проще новую купить!

— Почему сдохла?

— Перегрелась. Это частая болезнь. Сцепа горит, да и коробка тоже. Глянь, вон, — он толкнул ногой ко мне одну из деталей. Присмотревшись, я заметил, что цвет металла на ней отличался от других. Вместо стального блеска здесь присутствовали радужные разводы.

— Так можно руну охлаждения поставить, и, я смотрю, тут некоторые зубцы сточились, а на некоторых вообще трещины появились, — я задумчиво почесал затылок. В голове проносились различные варианты, — снаружи руну «холод», на нижней части руну «укрепление». Там же расстояние между ними не меньше тридцати сантиметров. По идее, конфликтовать не будут. К тому же, на руну «холод» можно повесить датчик, при определённой температуре она будет запускаться. Это сэкономит энергию и убережёт от переохлаждения.

К нам подошёл стоявший чуть в стороне мужчина, который прислушивался к нашему разговору. Он был явно старше моего собеседника. Хотя и ненамного, лет на пять, но, глядя на него, создавалось ощущение, что именно он здесь главный. Спокойный взгляд, уверенные, слегка ленивые движения.

— Меня зовут Михаил, — представился мужчина, протирая руки от масла тряпкой, — это мой младший брат Стас.

— Максим, — ответил я.

— Ты разбираешься в рунах? — В его голосе прозвучала заинтересованность.

— Не только разбираюсь, но могу и делать, — я твёрдо посмотрел Михаилу в глаза. Стас недоверчиво хмыкнул.

— Ты не слишком молод, чтобы бросаться такими словами? — не выдержал он.

— При чём тут возраст? Да и зачем мне говорить неправду, ведь это легко проверяется? — Я был совершенно спокоен и уверен в себе. Уж с несколькими рунами я точно смогу справиться.

— Мы подготавливаем машины к гонкам, которые проходят каждое воскресенье на проспекте, — задумчиво произнёс Михаил, — руны — вещь полезная. Но ближайший мастер в Москве, и берёт он за свои услуги недёшево.

Михаил замолчал, выжидающе глядя на меня, я же внутренне усмехнулся. Хорошая манера вести дела — многозначительно молчать и ждать, когда я сам предложу свои услуги.

— А сколько такая коробка стоит? — обратился я к Стасу, похоже, с ним проще вести разговор. Парень молод и не так опытен, как старший брат. Может сболтнуть лишнее. А то я пока просто не представляю, что и сколько здесь стоит.

— Новая — рублей пятьсот, но мы обычно бэушную берём. За три сотни можно найти вполне рабочую. Тем более, наши клиенты гоняют так, что её иногда и на месяц не хватает!

— А руну нанести сколько будет стоить?

— Тут уже от мастера и количества вложенной энергии зависит, — продолжил Стас под неодобрительным взглядом брата. Тот был бы рад его прервать, но это выглядело бы очень некрасиво, — как минимум, триста рублей. Но это стандартная руна, без особых расчётов и точности.

— Так почему не возят к мастеру? Выгода же очевидна? — Простая математика показывала, что проще взять новую коробку за пятьсот рублей и поставить на неё руну, чем каждый месяц покупать бывшую в употреблении.

— Так я говорю — руна стандартная. Она постоянно морозит. Летом ещё ничего, а вот зимой жутко неудобно! Да и ставят обычно тяп-ляп. То слишком сильно морозит, то вообще мало толку!

— А что за датчик? — Михаил, похоже, тщательно обдумал мои слова. — Ты говоришь, что руну можно снабдить датчиком от перегрева?

— Конечно, ничего сложного, а польза громадная!

— Это интересно! — Михаил кивнул и прошёлся по гаражу. — Почему же другие рунологи так не делают?

— Откуда мне знать? — Я кивнул головой на артефакт, висящий под потолком. — Вот, у вас артефакт с руной воды и датчиком на повышение температуры как раз. При превышении порога включается руна и орошает всё водой.

Михаил задумчиво посмотрел на артефакт в виде круглой шайбы размером с футбольный мяч.

— Точно! — обрадовался Стас. — У нас раньше другой стоял, реагировал на дым, но после того, как он пару раз сработал от выхлопа, мы его заменили, — он посмотрел на брата, тот лишь хмуро качнул головой. Похоже, он был не в восторге от болтливости Стаса.

— Готов установить тестовую руну за пятьдесят рублей. Если вас устроит работа, следующие руны будут стоить двести, — озвучил я своё предложение.

— У тебя есть диплом об окончании магической школы, может быть, личная печать мастера? — Голос Михаила был полон иронии, но я подмечал малейшие детали и видел, что моё предложение его явно заинтересовало. Он подошёл ближе, продолжая мять в руках тряпку:

— Магические работы без лицензии запрещены. Штраф может достигать пятисот рублей!

— Да как ты можешь что-то уметь? Тебе лет-то сколько? — Стас явно был раздражён, услышав моё предложение. Такое впечатление, что его задела цена, которую я запросил. Интересно, сколько ему лично денег перепадает?

— Лет мне шестнадцать, и — да, умею. Это несложно проверить. А насчёт штрафов… могу ставить руны, которые будут держаться всего три месяца. Да и клиентам вашим, думаю, незачем знать, что их ставит совсем молодой человек. Мне слава не нужна, как и лишние проблемы.

— Двести рублей — слишком дорого. Да и риск… — Михаил склонил слегка голову на бок, ожидая моего встречного предложения. Уже хорошо, что он от принятия перешёл к торгу.

— Дешевле ста пятидесяти рублей я даже браться не буду. К тому же, думаю, в городе имеются и другие мастерские, кроме вашей, — я демонстративно развернулся, показывая, что собираюсь уходить.

— Подожди, — остановил меня Михаил, — первая руна — пятнадцать рублей. Если всё будет работать, как надо, сто пятьдесят меня устроит. Договорились? — Он протянул мне руку.

— Сто пятьдесят за каждую. Если на коробку ставить две руны, то это уже триста. Я могу не только холод поставить, но и укрепление! — напомнил я. Хотя, возможно, это не имело смысла. Если коробка не перегревается, то и укреплять её незачем. Уверен, метал из которого сделаны шестерёнки, достаточно крепок и прочен и в обычных условиях справляется со своим предназначением.

— Договорились!

Мы пожали друг другу руки.

— В воскресенье приходи часам к шести вечера. У нас будет машина, мы её проверяем перед гонками. Сколько тебе времени надо, чтобы нанести руну? Может быть, инструменты какие-нибудь?

— Тридцать минут. Инструменты не нужны, всё принесу с собой.

— Только учти, — Михаил строго посмотрел на меня, — если с машиной что-то произойдёт во время гонки по твоей вине… на этом твоя жизнь и закончится. Слишком непростые люди за рулём этих автомобилей!

— Понимаю и принимаю, — спокойно ответил я, — рад был познакомиться и прощаюсь с вами до воскресенья!

Развернувшись я покинул автомастерскую.

* * *

Михаил задумчиво смотрел вслед молодому парню. Если тот действительно сможет устанавливать руны за сто пятьдесят рублей, это здорово повысит статус его мастерской. Да и денег на этом можно будет очень хорошо заработать. То, что у начинающего рунолога лицензии нет, не такая уж и проблема. Главное — сохранить его имя в тайне. Конкуренты непременно начнут рыть землю носом, когда деньги станут утекать мимо их носа.

— Ты правда хочешь дать ему устанавливать руны? — Стас раздражённо пнул ногой деталь коробки передач. — Он же совсем мелкий! А ты такие деньги готов платить. Вдруг что не сработает или сломается во время гонки. Это большой риск. Да и вообще… — Он посмотрел обиженно на старшего брата, — мальчишка же совсем не разбирается в машинах! Он даже «Ладу Гранту» не признал. Я с шести лет ковыряюсь под капотом, а какой-то выскочка будет зарабатывать больше меня!

— Знаешь, Стас, — Михаил присел на скрипучий стул, — этот выскочка показался мне старше тебя и основательнее. Не ныл, не юлил. Вопросы задавал по делу, хорошо держался. Ему совсем не нужно разбираться в автомобилях. Главное, чтобы он разбирался в рунах.

— Это обидно! — Стас продолжал канючить.

— У каждого человека свой дар и своё призвание. Главное — найти своё место и стать хорошим специалистом в своей области. А потом уже приложатся и уважение, и деньги.

— Ты хочешь сказать, что я не нашёл своего места? Или до сих пор не стал хорошим специалистом?

— Возможно, — спокойно пожал плечами Михаил, — ты же постоянно твердишь, что работа в мастерской не для тебя. Занимаешься практически только своей машиной, — Михаил махнул рукой в сторону висевшей на подъёмнике «Лады Гранты», — если бы ты действительно работал и помогал мне с машинами клиентов, зарабатывал бы значительно больше, но тебе лишь бы покрасоваться, а вот работать — это не твоё.

— Я не хочу быть прислугой! Люди сейчас зарабатывают миллионы в интернете, а возиться с железяками — в этом нет перспективы. Здесь много денег не поднимешь.

— Тогда не завидуй другим, а ищи свой путь. Не прожигай своё время с друзьями. Двигайся, пробуй. Я же не против и всегда готов тебя поддержать. Ты же год назад хотел магазин открыть с кроссовками, почему до сих пор не открыл?

— Да ну тебя, — Стас обижено махнул рукой и, подойдя к подъёмнику, начал спускать свой автомобиль. Хотелось ещё успеть обкатать свою красавицу. Он хоть и назвал «Ладу» ведром с гайками, но это, скорее, для красного словца. Машину свою Стас любил и вложил в неё немало труда.

— Ты мне парня не спугни, — подошёл к Стасу Михаил, — если он действительно может ставить руны, это нам очень поможет. Ты же знаешь, что я до сих пор кредит не закрыл, которых брал на эту мастерскую.

— Да знаю, — Стас недовольно поморщился. Последние три года почти все деньги, что зарабатывал старший брат, уходили на кредиты. Тот, конечно, обещал, что как только кредит закроет, станет полегче, но жить-то хотелось сейчас, а не потом!

— Думаю, пусть он на твою машину поставит руну. Ты как, не против?

— На мою? — Стас удивлённо замер и посмотрел на брата взглядом, полным благодарности. — Спасибо!

— Да не за что, — Михаил хлопнул по плечу младшего брата, — всегда рад тебе помочь.