Глава 15

В имперскую канцелярию я прибыл при полном параде. В новенькой военной форме, с наградной планкой на груди. На ногах идеально начищенные сапоги, на голове фуражка. Глядя на своё отражение в золочёных зеркалах холла, вынужден был признать, что форма мне идёт.

Меня провели к человеку, с которым по телефону решал все вопросы Тимофей.

— Барон Зацепин, Сергей Арнольдович, — представился пожилой невысокий мужчина, — ваш управляющий все соки из меня выпил, — пожаловался он, доставая объёмную папку.

— Работа у него такая, — кивнул я, усаживаясь поудобнее.

— Перейдём к делу, — сказал Зацепин, открывая папку, — ваш депозит равен трём миллионам. Мы одобрили сделку по древесному предприятию. Оценка в один миллион восемьсот тысяч, — не поднимая голову от бумаг, сообщил он приятную новость, — далее на шестьсот тысяч небольшая транспортная компания. Грузоперевозки из Москвы в Санкт-Петербург. В собственности восемь грузовиков и ещё шесть в лизинге, итого на общую сумму в два миллиона четыреста тысяч. Оставшиеся шестьсот тысяч казначейство выплатит вам в течении полугода равными долями. Всё так? — Он поднял на меня усталый взгляд.

— Да, — подтвердил я. Транспортная компания неплохо вписывалась в основной бизнес, поэтому я дал Тимофею на неё добро, тем более, деньги ещё оставались.

— Тогда подписывайте, — Зацепин подвинул ко мне три стопки договоров, скреплённые между собой. Вчитываться я не стал. Всё равно мало что пойму, а Пётр уверял, что всё проверил.

Я быстро поставил свои подписи, после чего Зацепин взял большую стопку подписанных договоров, и мы с ним отравились в путешествие по разным кабинетам. Оказалось, одной моей подписи мало. Надо зарегистрировать договоры, и внести их в компьютер. Получить ещё несколько подписей, принять опись… и много чего ещё, о чём я даже не подозревал.

Наконец мы всё закончили, и я убрал в портфель три договора, страницы которых пестрели разными печатями, надписями и подписями.

— Неужели всё? — выдохнул я.

— Да, — Зацепин устало опустился на стул в своём кабинете, — поздравляю с приобретением! Напоминаю, что у вас десять дней, чтобы принять предприятия. Сегодня бумаги отправят временным управляющим. Через десять дней они покинут свои рабочие места, — проинформировал меня мужчина.

— Благодарю! — Я поднялся из-за стола и убрал экземпляры своих договоров в портфель. — С вами приятно иметь дело.

— С вами тоже, — улыбнулся на прощание Зацепин.

Тимофей мне сразу сказал, что услуги барона Зацепина придётся оплатить отдельно. Помнится, я тогда удивился подобной коррупции, но Пётр с Тимофеем объяснили, что всё по правилам. Барон делает свою работу в срок, а поощрение поможет ускорить процесс, тем более, деньги переводятся вполне легально и облагаются налогом. Я, конечно, мог и не выплачивать премию, но тогда мне пришлось бы приезжать в канцелярию несколько раз, а так мы уложились в один день. Рекордные сроки.

Зарплата у сотрудников невысокая, так что подобные подработки ни у кого не вызывают вопросов. Тем более, барон отработал каждую копейку, бегая по ведомству, чтобы подготовить сделку.

Вышел я из имперской канцелярии, когда солнце уже садилось, чувствуя огромное облегчение. Я понимал необходимость бюрократии в любом государстве, но личное участие в данных процессах меня убивало.

К Павлу домой я приехал раньше него. Первым делом снял форму. После целого дня беготни по кабинетам она уже не выглядела такой нарядной. Аккуратно упаковал одежду и набрал номер Тимофея. Обрадовал своего управляющего, что всё сделал, и дал команду оплатить услуги Зацепина.

— Когда мы поедем принимать предприятие? — сразу же насел на меня Тимофей.

Хороший вопрос, на который у меня не было ответа. Завтра я возвращаюсь в Нижний. В воскресенье надо отдохнуть, да и завод не работает. А с понедельника у меня школа. Возможно, отпрошусь у фон Штерн. Думаю, она меня отпустит.

— Давай в среду, — решительно ответил я.

— Договорились! — обрадовался Тимофей.

Вечером мы с Павлом отлично погуляли. На этот раз он представлял меня своим друзьям как графа, что позволило избежать неловких пауз во время знакомства с другими аристократами. Мы побывали в двух клубах, познакомились с девушками и вернулись с ними к нам домой.

Утром я проспал до десяти утра и проснулся довольным и полностью отдохнувшим. Наконец-то удалось сбросить всё напряжение. Да и будущее выглядело весьма радужным.

После завтрака Павел отвёз меня на вокзал. Вскоре в Нижнем меня уже встречали Адик с Аглаей.

Дома мы сразу сели пить чай. Точнее, чай пил я, а мои друзья больше налегали на вино.

— Смотрю, ты доволен, — заметил Адик моё состояние.

— Да. Честно говоря, давно в моей жизни не было подобной белой полосы.

— Если вспомнить, что всего десять дней назад ты находился в застенках ИСБ, а затем бегал от службы безопасности княжеского рода, это сложно назвать белой полосой! — напомнила мне Аглая.

— Ерунда! Всё уже в прошлом, а надо смотреть вперёд, — возразил я, — к тому же, в Москву я съездил весьма удачно. Теперь мой род будет иметь хорошую финансовую опору.

— Тебя ОПРУ не беспокоили? — вспомнил Адик.

— Как ни странно, тишина! — Я развёл руками. Признаться честно, сам опасался, что выдернут на какое-нибудь задание или просто начнут мозг выносить, напоминая о долге перед империей и о том, что моё место не в Нижнем Новгороде, а в небоскрёбе ОПРУ. — Может, они забудут обо мне…

— Я бы на это не рассчитывала, — Аглая в своём репертуаре. Всегда ожидает худшего.

— Думаю, пока у меня такой маленький уровень, меня трогать не будут. Там все магистры, а я так, ни то ни сё, по сравнению с ними.

— Ты так и не оставил надежды поднять свой уровень? — с любопытством поинтересовался Адик. Я видел, как зажглись его глаза в ожидании приключений.

— Не оставил. Собираюсь через две недели отправиться на поиски осколков ледяного цветка. Но ты со мной не пойдёшь! — сразу остановил я приятеля. — Это поход для одного.

— Эх, — он тяжело вздохнул, — думаешь, найдёшь?

— По записям, что передал мне Абби, найти его совсем не сложно. Проблема совладать.

— Не рисковал бы ты так, — Аглая покачала головой, переживая за меня, — зачем спешить? Подожди пару лет, твой организм подрастёт, и проблема рассосётся.

— Судя по всему, мне надо ждать до двадцати лет. Это три года! Три года ощущать себя слабым и никчёмным? — раздражённо вопросил я. — Нет, мне подобное не подходит.

— А что изменится, когда ты станешь магистром? — полюбопытствовал Адик.

— Легче будет делать нормальные артефакты, это первое, — начал я перечислять, — соответственно, будет больше денег. Второе — я смогу постоять за себя практически против любого противника. И этот пункт для меня самый важный, — закончил я.

У меня не раз проскакивали мысли, что, может быть, не стоит рисковать и спешить. Однако ощущать себя слабым и беспомощным ужасно. Я прекрасно помнил, что значит быть архимагистром, и источник в двести пятьдесят единиц меня совершенно не устраивал!

— Люди же как-то живут с маленьким источником? — продолжил Адик с видом исследователя. — Вот я, например. Почти не владею магией, тем более боевой, и ничего, — он гордо расправил плечи, — да и противников у тебя нет. Зачем тебе такая сила?

— Ну как сказать, — протянул я, — вот будь я магистром, пару недель назад не вляпался бы в проблемы. Лучше уж перебдеть.

Аглаю с Адиком я не убедил. Вполне возможно, Адик и хотел бы стать сильнее, но для него это слишком долгий и сложный путь, так что проще считать его бессмысленным, чем рвать жилы.

Я отправился в свой флигель и взял в руки записки Абби — два небольших листка, исписанных мелким и очень аккуратным почерком.

Информации немного, но вполне достаточно. Осколки ледяного цветка можно найти на стыке зимы и весны, когда деревья начинают просыпаться. Искать надо старую ель. Под ветками у ствола каждый год образуется ледяной цветок, полный энергии.

Придётся забраться достаточно глубоко в магический лес. Туда, куда может дойти маг с источником более четырёх сотен единиц. Для меня этот пункт был самым сложным, но я надеюсь справиться с ним благодаря накопителю. Правда, времени на поиск у меня будет не слишком много. Пока не закончится энергия.

А вот по работе с цветком информации почти не было. Только указано, что выживает обычно один претендент из трёх. По меркам этого мира даже такой шанс считался очень хорошим. Думаю, мой опыт поможет увеличить этот процент, да и Серкх не останется в стороне. Во всяком случае, он заявил, что видит яркие источники магии. Как минимум, с помощью духа можно будет быстро найти этот цветок. А дальше уже разберусь на месте.

Прерывая мои размышления, позвонил Колычев, и я пригласил его к себе в гости. Теперь-то я не ученик, а мастер, так что, ездить к нему не обязан. Хотя… из вежливости и уважения был готов. Однако Матвей согласился сам приехать.

— Я с подарком, — ко мне во флигель он зашёл довольным и пышущим жизнью, — держи!

Колычев протянул мне коробку, перевязанную лентой. Было очень интересно заглянуть внутрь, но сначала я решил поинтересоваться:

— По какому поводу подарки? Я что-то пропустил?

— Мой ученик вырос, стал мастером, — он шмыгнул носом, пытаясь сыграть трогательную сцену.

— Надо чаще тренироваться, — я с улыбкой покачал головой.

— Дети так быстро растут! — вздохнул Матвей. — И, главное, так неожиданно. Раз, и у меня в телефоне уведомление, что статус моего ученика изменился. Мог бы и сообщить, — закончил он, с укором глядя на меня.

— Для меня самого это было полной неожиданностью, — признался я в ответ, пытаясь развязать узел на ленте, чтобы открыть коробку, — только вчера узнал. И уведомлений никаких не получал.

— Наверное, отключены, — мастер кивнул, глядя на мои мучения, — узел декоративный, не развязывается. Просто разрежь ленту.

Открыв коробку, я достал большой фартук. Он был тёмно-синий, ткань очень плотная, но при этом лёгкий. На груди сияла золотом вышивка: «Мастер М. Андер».

— Ух ты! — Мне было очень приятно получить подарок от Колычева, так что я сразу натянул обновку на себя. — Спасибо большое!

— Ткань специальная. Никакая грязь не пристаёт, и краска тоже. Не боится огня и кислоты. В этом фартуке ты можешь работать с чем угодно, — с гордостью в голосе произнёс Колычев.

— Супер! Ещё раз огромное спасибо. Обалденная штука. Откуда такие берутся? — Мне действительно стало интересно. Очень уж необычная ткань. Я чувствовал, что магия на неё не действует, да и узоров никаких не видел внутри.

— Создаётся с помощью ритуалистки. Большая редкость, — с весьма довольным видом ответил Колычев.

— У меня тоже есть для вас подарок, — улыбнулся я. Приятно, что мне есть чем ответить, — почитайте, — я протянул ему договор на создание фабрики и в двух словах рассказал, о чём идёт речь.

— Мария Ильинична с нами в деле? — скорчил кислую мину Колычев.

— Она отличный организатор, — встал я на защиту женщины, — без неё никак. Или вы справитесь?

— Спорить не буду, лучше неё никто не сделает, — он пролистал договор, — дорогой получается подарок!

— Вы же не отказываетесь?

— Что я, дурак? — усмехнулся мастер. — От меня что требуется? А то тут только о распределении долей и написано.

— Выучить руну накопителя и помогать обучать мастеров. Надеюсь, вы с Зотовым за месяц наладите работу на фабрике. Я-то в этом деле совсем ноль! Но с удовольствием поучусь, — с небольшим поклоном, показывая уважение к знаниям мастера, ответил я.

— Ладно, показывай эту свою руну, — Матвей вздохнул, устраиваясь поудобнее, но я видел, что глаза его блестят любопытством.

— И… может быть, вы поборетесь за место главы гильдии?

— Нет уж, я до сих пор рад, что вовремя одумался!

Уговаривать его я не стал. Время до выборов ещё есть. Главное, мысль закинул, может быть, и даст ростки.

Как бывает при общении людей, увлечёнными наукой, вместо того чтобы праздновать мой новый статус, мы с Колычевым увлеклись изготовлением накопителя.

Заготовки у меня имелись. Руну нарисовать труда не составило. Лучшее обучение — это практика. Примерно полчаса понадобилось, чтобы мастер выделил для себя на общей картинке руны ядро. И это ещё очень быстро! Все таки опыт у Колычева за плечами очень приличный.

Узор достаточно сложный, и даже когда я вожу по нему указкой, показывая, где именно ядро, в общем переплетении линий не так-то просто его уловить. Требуется же не просто уловить, а чётко представлять.

— Удачно, что вы успели заучить символы, — похвалил я мастера.

— Спасибо, — кивнул тот и хмыкнул:

— Прям захотелось добавить «мастер».

— Можете ни в чём себе не отказывать! — проворчал я в ответ. — Я теперь не ученик, а именно мастер. А вы тут все неучи!

Произнося всё это, я очень аккуратно выводил тонкой кисточкой с краской руну на камне.

— Согласен, мастер, — после небольшой заминки ответил Колычев, — то, как ты работаешь, завораживает. У нас не принято возиться с такими сложными узорами и тонкими линиями.

— Да, конечно, — недоверчиво хмыкнул я, — вы привыкли к своим большим рунам, но даже у вас в мастерской мы делали сложные узоры. Тот же щит четвёртого уровня.

— Тут сложность раз в пять больше. Даже если просто посчитать количество линий и узоров! — не согласился со мной Колычев.

— На самом деле, сама руна накопителя на порядок проще. Но в вашем мире… как мне объяснили, магия работает немного на другой волне, поэтому мне пришлось усложнить узор, чтобы она работала стабильно. Кстати, руна на накопителе Старицких, как мне кажется, тоже не из этого мира. Уж очень она дырявая! Вряд ли так задумывалось. Скорее всего, её тоже привнесли и не стали особо заморачиваться, подстраивая под вашу магию.

— Вполне возможно, но смотреть всё равно приятно. Мне редко доводится увидеть работу настоящего мастера, — Матвей сделал небольшую паузу и напыщенно добавил:

— Кроме своей, конечно!

— Логично, — согласился я, — вокруг ученики и неучи. Сомневаюсь, что сильный мастер пустит к себе в мастерскую конкурента.

— Вот-вот!

— Только ерунда это всё. Слишком мало рунологов, чтобы об этом беспокоится. Думаете, если появится ещё один мастер со знанием рун тишины вашего уровня, у вас станет меньше заказов?

— Ты прав, на мою жизнь заказов хватит. Да даже десять мастеров не покроют весь рынок.

— Мне это как раз и не нравится. Никто не хочет делиться знаниями, а когда я говорю, что готов учить, на меня смотрят, как на идиота. Надо менять систему, но кто этим будет заниматься?

— Соглашусь с тобой. Мне тоже многое не нравится. И то, что учеников хороших очень трудно найти, и то, что знания все попрятали и самому развиваться практически невозможно.

— Ну вот, — улыбнулся я, — станете главой гильдии магии и сможете что-то изменить. Тем более, я помогу… Запомнитесь миру, как великий глава. Реноватор, рационализатор и прочее… — Я старался не отвлекаться, поскольку наносить руну следовало очень внимательно и аккуратно, однако почувствовал, что мои слова достигли цели, и Колычев задумался. Я давно заметил, что тщеславие ему не чуждо, и оставить своё имя в истории для мастера очень хороший стимул.

— Готово, — я подвинул заготовку на середину стола, разместив её между мной и Матвеем, — видите ядро? Смотрите на него внимательно. Почувствуйте его. Я начну вливать энергию. В тот момент, когда оно оживёт, перехватывайте управление и тоже вливайте, а то моей не хватит. Главное, ощутите, как зарождается жизнь в этой руне!

Положив руки на камень, я начал вливать энергию.

«Давай, — мысленно обращался я к руне, — зарождайся! Ты принесёшь много пользы…»

— Вижу, — прошептал Колычев, наблюдая за действием, как за удивительным волшебством.

— Перехватывайте, — сдавленно произнёс я, чувствуя, как мой источник пустеет.

Мы справились. На столе стоял новый накопитель, а на часах было два часа ночи.

— Это было сказочно. Давно я не испытывал таких эмоций и так не трудился.

Колычев держал в руках накопитель, с интересом разглядывая его.

— Забирайте. Он ваш. Инструкция есть в моём кабинете.

— У меня уже нет к нему доступа, — напомнил он.

— Точно. Тогда перешлю на почту.

— Ох! — Колычев посмотрел на часы. — Уже очень поздно.

— Вот так я провожу свой выходной… — Я поднялся на ноги, потянулся, разминая усталое тело, и пожаловался:

— Уже опять есть хочется.

Проводив Колычева, быстро перекусил. Когда лёг в кровать, было уже три часа ночи. Хорошо, что завтра выходной, и я смогу выспаться! С этими мыслями и уснул.