Глава 19

Зайдя в раздевалку, я накинул верхнюю одежду и, достав телефон, набрал номер Павла. Он вчера мне так и не отзвонился. Хотелось бы узнать, как он решает возникшую проблему. Да и решает-ли её вообще.

Павел сразу ответил:

— Привет, Максим, — голос у него был смурной, — с твоим делом возникли проблемы. Нам не удалось их решить пока что. Извини. Но мы работаем!

— Подробнее, — стиснув зубы, произнёс я, — кто стоит за этим полковником, если даже вы не смогли решить моё дело?

— Ну, ты не преувеличивай возможности моего отца. Он, пусть и на высоком посту, заместитель министра, но отвечает за обеспечение и большой власти не имеет, — мрачно ответил Павел, встав на защиту рода Матвеевых.

— Если дело так обстоит, зачем надо было давать слово, что у меня не будет проблем? — напомнил я.

Да, меня запихнули на службу против моей воли. Но в этом винить графа Матвеева я не мог. После долгих уговоров я подписал контракт на службу и, поставив подпись, взял на себя всю ответственность. Однако граф Матвеев обещал, что я буду подчиняться только ему и проходить по его ведомству, так что у меня есть весомый повод для претензии.

— Тобой заинтересовались люди из Санкт-Петербурга, — начал Павел, — а у нас нет связей во второй столице империи. Люди влиятельные. Пока нам удалось выяснить, что их привлекли твои умения рунолога. Выйти на них нам пока не удалось. Нашли только приказ, подписанный адмиралом Виреном. Он, между прочим, является губернатором Кронштадта.

— Адмиралом? — удивлённо произнёс я. — Это же, вроде, другой вид войск. Насколько я понимаю, я приписан к сухопутным войскам, а адмирал — это военно-морской флот. Разве он может отдавать приказы через полковника сухопутных войск?

— Как видишь, может, — Павел тяжело вздохнул, — отец провёл тебя как штабного работника, помощника рунолога. Ты приписан к нашему штабу и находишься в длительной командировке. Мы, казалось, обезопасились со всех сторон.

— Но, как всегда, что-то пошло не так, — я тоже тяжело вздохнул, ожидая продолжения.

— Да. Губернатор Вирен имеет поддержку на самом верху. Он собирается модернизировать флот, которому последние пятьдесят лет уделяли мало внимания. У него есть бумага от императора с приказом собрать всех необходимых мастеров. Против этой бумаги мы бессильны!

— Оспорить мой вызов вы никак не можете, так как Вирен действует по прямому приказу императора, — подвёл итог я.

Дела складываются хуже, чем я предполагал. Я-то думал, это кто-то из местных воду мутит. Может быть, нажиться хочет на моих умениях или просто сделать гадость роду Матвеевых, попытавшись забрать меня. Но получается, адмирал собирает мастеров, в том числе и рунологов, для модернизации флота. При этом он обличён властью, против которой практически нет шансов. Вроде бы делает хорошее и правильное дело, но мне сейчас это точно не к месту.

— Ты сказал, что у вас на него нет выхода? — уточнил я.

— Да, отец хотел напрямую пообщаться с Робертом Николаевичем, но пока не смог. Сам понимаешь, разные ведомства.

— Ладно, — мне уже стало жарко стоять в раздевалке в верхней одежде. Да и солдатики у входа начинали нервничать. Почти все ученики покинули школу, а меня среди них не было, — буду решать проблему самостоятельно.

— Отец обязательно свяжется с Виреном и попробует решить этот вопрос… — В голосе Павла не было уверенности, — нам надо чуть больше времени.

Я отключился. Стало понятно, что граф Матвеев вряд ли что-то сможет сделать. Да и особой вины его в сложившейся ситуации не было. Похоже, я каким-то неведанным образом попал в списки адмирала, он заинтересовался мной как рунологом и решил вызвать на беседу. Думаю, немалую роль сыграло и то, что я на прошлой неделе стал самым молодым мастером рунологии за последние сто лет. Именно так написано на сайте гильдии прикладной магии под моей фотографией.

Поправив одежду и взяв портфель, я пошёл сдаваться.

— Здорово, служивые! — улыбнулся я молодым ребятам в военной форме. Судя по погонам, передо мной стояли младшие сержанты. — Не меня ли вы ждёте?

— Максим Андер? — Паренёк сверился с моей фотографией на планшете.

— Тебя, — улыбнулся второй, — ты должен проследовать с нами, — он принял важный вид и попытался грозно глянуть на меня.

— Ну так идёмте, чего стоим? — Я прошёл в двери и спустился к автомобилю, что стоял у крыльца.

Парни поспешили за мной. Меня усадили на заднее сиденье, и мы поехали в военную часть.

На входе в часть меня обыскали, забрали телефон и портфель, попросили снять верхнюю одежду, после чего отвели в камеру, приказав ожидать. Я не сопротивлялся. Служивые действуют по правилам и при этом без грубости, за что им отдельное спасибо. Да и камера была вполне приличная. Маленькая комнатка, похожая на пенал, с пружинной кроватью, на которой лежал тонкий матрас.

Упав на кровать, я облегчённо улыбнулся. В голову пришла мысль, что по-настоящему мне сейчас удаётся отдыхать лишь в камере. За последний месяц второй раз оказываюсь в застенках. Отличная возможность поспать и подумать о жизни, не отвлекаясь на гаджеты, разговоры с друзьями, изготовление артефактов и всё такое прочее.

Я прикрыл глаза и вспомнил урок, который сегодня провёл. Вроде бы всё прошло хорошо. Ребята меня внимательно слушали, как и Колычев. Даже фон Штерн не сводила с меня глаз, впитывая новые знания. Похоже… мне понравилось быть преподавателем. Хотя я не уверен, что это мой путь.

Вспомнил магический университет из своего мира. Получается, мой прадед обладал огромными знаниями. Ему было семьдесят лет, когда в Российской империи началась война с магами. Да и не только в империи. Практически во всём мире полыхали войны. По скудным данным получалось, что в первую очередь зачинщиками смуты были церковники, которые стремительно теряли своё влияние с развитием магии. Именно Римская церковь считается ответственной за ту войну. Правда, в дальнейшем историю поправили, и сейчас речь идёт о восстании простых людей против произвола магов, которые возомнили себя равными богам и решили поработить весь мир. На стороне простого люда выступала и часть аристократов. Не у всех в роду имелись сильные маги.

Мой прадед защищал свой род до последнего и остался у разбитого корыта. Я понимал его решение уйти из этого мира. Здесь его больше ничего не держало, а впереди ждали молодость и возможность найти своё место.

В новом мире он стал бароном, создал собственное королевство и открыл университет. Хороший путь, достойный.

Сейчас же я лежал на кровати в камере и размышлял о том, что, возможно, не против повторить его путь. Нет, своё королевство создавать я не собираюсь. Империя, как и император, меня вполне устраивает. Да и идти против государства, население которого насчитывает под двести миллионов, просто смешно. Но вот укрепить свой род и создать университет… Задача непростая и интересная. Тем более, мои знания уникальны для этого мира. Я всю жизнь учился и практиковался. Без остановки!

Мысли скакнули на членов ОПРУ. Ребята тоже из других миров. Но никого с таким глубоким пониманием магии я там не встретил. Да, Дарья в совершенстве владеет воздушной стихией и умеет летать. Вадим силён и имеет симбиоз с Бухтом. Аполлон владеет огненной магией. Но все они не учёные, а многие даже не знают основ магии. Просто сильны каждый в своём направлении.

Меня из этой компании больше всего интересовал Реверс. Удивительный алхимик, способный создавать практически любые зелья. Было бы интересно пообщаться с ним поближе и поделиться знаниями. Но сути это не меняет. Почти ни у кого нет фундаментальных знаний. А вот у меня есть.

В дверь постучались:

— Андер, на выход! — раздался голос охранника, после чего щёлкнули замки, и дверь открылась.

Легко вскочив на ноги, я отправился под конвоем двух младших сержантов на второй этаж.

Меня ввели в кабинет и оставили одного. За столом сидел пожилой крепкий мужчина с короткой стрижкой типа «ёжик». Он внимательно сверлил меня взглядом своих холодных глазах. От мужчины веяло угрозой.

«Очень серьёзный дядька!» — мысленно присвистнул я. Не ожидал встретить в кабинете настоящего бойца. Сразу вспомнилось вручение награды. Генералы, что на нем присутствовали, были скорее кабинетными работниками. После этого мое впечатление о людях носящих высшие чины в армии сильно упало вниз. Вообще в здании министерства обороны трудились скорее чиновники. Даже граф Матвеев относился к этому разряду. Хотя, если припомнить генерала Медведева. О нем можно с уважением сказать: «Силён!»

— Полковник Краевский, — представился он, — садись, Максим, — и указал рукой на стул напротив стола.

— А как по имени-отчеству?

— Игорь Борисович, — хмуро глянув на меня, полковник перевёл взгляд на бумаги на своём столе, — почему не явился по повестке?

— Я преподаватель школы магии, у меня сегодня был урок. Не мог пропустить, — пожал я плечами, — к тому же, повестка направлена с нарушением. Не учтён минимальный срок в двадцать четыре часа.

— Ты в первую очередь военный, — жёстко произнёс Игорь Борисович, сурово глядя на меня, — твой поступок можно расценивать и как измену, — продолжил он давить, — минимальное наказание — два года штрафного батальона.

— Подобное решение может вынести только суд, — стараясь держаться как можно спокойней, ответил я, — а для суда у меня найдутся аргументы. Особенно, учитывая, что лично я считаю ваши действия противоправными. У меня другое начальство, в обход которого вы не имели права идти.

— Начальство, — ухмыльнулся Игорь Борисович, — ты, мальчик, удобно устроился. Не знаю, откуда у тебя такие связи, но в данном случае мы действуем, соблюдая закон. На тебя пришёл запрос из Санкт-Петербурга. Он подтверждён императорским письмом, — полковник посмотрел на меня с превосходством. Но ещё в его взгляде я разглядел тщательно скрываемое презрение настоящего вояки к людям, получившим свои звания и награды благодаря связям. Скажу честно, меня это задело.

— Хотелось бы ознакомиться с ним. Ещё раз напомню: мало того, что я служу в ведомстве министерства обороны и нахожусь здесь в командировке, так ещё я являюсь учеником школы. И, если вы вдруг не помните, для магов обучение в школе обязательно, и никакие письма не могут этого изменить! — Я продолжил гнуть свою линию. Не виновен и точка. Действуйте по уставу, а если сами нарушаете, то какие ко мне могут быть претензии?

Полковник посмотрел на меня долгим взглядом:

— Обучение в школе ты продолжишь. Просто в Санкт-Петербурге. При этом выполняя и свои обязанности, а не как сейчас! — Он недовольно скривился. Похоже, не нравилось полковнику, что я живу свободной жизнью, а военный стаж при этом идёт.

— Так что насчёт письма? Ознакомьте меня с материалами, по которым вы считаете себя вправе распоряжаться мной!

— Мои полковничьи погоны предоставляют мне такое право, — не выдержал Краевский, — а вот как ты заслужил своё звание и награды? Может быть, расскажешь?

— О! — широко улыбнулся я, довольный, что мне удалось вывести из себя этого железного полковника. — Похоже, у вас не хватает доступа? В моём личном деле есть что-то, с чем вы не смогли ознакомиться? — После этих слов лицо Игоря Борисовича на мгновение перекосилось, но он тут же взял себя в руки. Мало кто любит сталкиваться с закрытыми разделами в досье своих подчиненных.

— Я планировал с тобой по-хорошему договориться. Дать время собрать вещи и самому прибыть в Санкт-Петербург. Но, похоже, ты слишком понадеялся на своих неведомых покровителей. Ты арестован на трое суток, и завтра мы доставим тебя в Санкт-Петербург как арестанта!

— Думаю вряд ли, — покачал я головой, — у вас не хватит полномочий, — это я произнёс с вызовом, глядя прямо в глаза полковника.

Для моей уверенности было несколько причин. Во-первых, я, сидя в камере успел пообщаться с Серкхом, и тот уверил, что практически не видит других линий вероятности, кроме моего освобождения. Да и сейчас он был на связи, внимательно отслеживая происходящее. Во-вторых, думаю, Василий Глухов увидит в компьютере, если меня арестуют. Я практически уверен, что в этом случае ему придётся что-то предпринять. Арест сотрудника ОПРУ точно не в его интересах.

— Ты слишком дерзок для вчерашнего простолюдина! — Полковник настороженно посмотрел на меня. Опытный, чувствует, что со мной что-то не так.

— Полковник, не переходите грань, — я пристально посмотрел на него, — я наследник княжеского рода, пусть даже и был простолюдином. Но сейчас я граф!

— Прошу прощения, — удивил он меня, — но в данный момент вы служивый, нарушивший устав, — Краевский сделал небольшую паузу, — значит, по-хорошему не хотите?

— Серьёзно? — Я усмехнулся. — Что значит «по-хорошему»? Вы только что заявили, что арестовываете меня!

— Последний шанс, мальчишка, — сжав зубы, произнёс полковник, — я могу распечатать бумаги на твой перевод на другое место службы. Ты их подпишешь и можешь спокойно идти домой. У тебя будет десять дней, чтобы прибыть в Санкт-Петербург. Или же… ты сейчас отправишься в камеру, и мы тебя перевезём своими силами, но в этом случае суда тебе избежать не удастся. А военный суд… примет правильное решение, — ухмыльнулся Игорь Борисович.

— Я отказываюсь выполнять неправомерный приказ, — отчеканил я, не собираясь идти ни на какие компромиссы, — у меня есть уже начальник, и от него никаких указаний не поступало. Бумаг, подтверждающих ваше право распоряжаться мной, вы не предоставили. Так что арестовывайте меня, и на этом разговор закончим!

Полковник отлично умел держать себя в руках. Он внимательно выслушал меня, и на его лице не дрогнул ни единый мускул. Правда, улыбка Краевского в данный момент напоминала кровожадный оскал.

— Уведите! — крикнул он, и в комнату зашли мои сопровождающие. — Обратно под арест, — махнул рукой Игорь Борисович.

— Приятно было познакомиться, — произнёс я на прощание, оставляя за собой последнее слово.

Сидя в камере, я от нечего делать пялился в потолок. Мне оставалось просто ждать и представлять, как полковник сейчас не в очень хорошем настроении отдаёт приказ оформить мой арест. Его помощник вбивает мои данные в компьютер. В штабе ОПРУ трудится немало народа. Думаю, совсем скоро они увидят этот приказ, и шестерёнки закрутятся.

Оставалось надеяться, что я прав, и дело пойдёт именно по тому сценарию, к которому я подготовился. Только вот изначально я ничего не знал об императорском письме, которое наделяет особыми полномочиями адмирала Вирена. Тот, конечно, действует размашисто, стараясь загрести всех доступных рунологов. Но только вот какая загвоздка… С настоящими мастерами своего дела подобное обращение не проходит. Я прекрасно понимал психологию специалистов, которые знают себе цену. С ними надо договариваться лично и при этом весьма обходительно. Иначе результат предсказуем. Незаинтересованный специалист, работающий из-под палки, никогда не сотворит чуда.

Только вот вряд ли адмирал Вирен или его люди считают меня уникальным специалистом. Больше похоже на то, что гребут всех подряд. И мастеров, и учеников. А дальше на месте будут разбираться, кто им подходит, а кто нет. К тому же, судя по всему у полковника Краевского на руках нет необходимых бумаг для моего ареста. Скорее, устный приказ, доставить Максима Андера и всё. Иначе, уверен, он бы не упустил возможность ткнуть меня носом в бумаги подтверждающие его полномочия.

Прикрыв глаза, я задумался о флоте. В моем королевстве не было моря. Однако я бывал в империи и видел величественные корабли, которые бороздили океанские просторы. Они впечатляли своими размерами и рунными узорами. Меня к ним всегда тянуло. Как человеку, выросшему в горах, мне хотелось пожить на берегу моря или походить на кораблях-гигантах. Но за мою не слишком длинную жизнь эта мечта так и не сбылась.

Тем не менее, было бы интересно подумать, чем я могу помочь в улучшении флота? А ведь наверняка могу! Я на голову выше местных рунных мастеров. К тому же, возможно, в архивах флота имеются зарисовки старых рун. Ведь ещё до войны магов мастера строили удивительные корабли, которые справлялись с длительными переходами через океан. Вряд ли простой деревянный корабль без специальной рунной вязи смог бы преодолеть такие расстояния и выжить в серьёзном шторме.

— Любопытно! — произнёс я себе под нос.

Возможно, в другой раз я бы согласился попробовать свои силы, работая над улучшением флота. Но сейчас у меня на повестке дня очень важный вопрос. Я должен стать магистром, и точка! Поход в лес запланирован на ближайшие выходные. Я к нему готов и откладывать не собираюсь. Даже если рассматривать худший сценарий, что ОПРУ за меня не заступится, и меня завтра с утра увезут в Санкт-Петербург, отступать от своей цели я не намерен. Даже если мне придётся бежать из-под ареста. Думаю, с этим я легко справлюсь. Тем более, в моём арсенале теперь есть заклинание паралича. Я его всё-таки выучил, так что вполне в состоянии покинуть военную часть, не причиняя никому особого ущерба.

— Серкх! — обратился я к духу. — Как там мои дела?

— Всё на мази! — довольно произнёс тот в ответ.

— Что за выражение?

— Нормальное выражение! Не веди себя как старик! У тебя максимум час, чтобы отдохнуть, потом выйдешь на свободу.

— Хорошо бы, а то что-то начинаю скучать и от безделья составляю план побега! — поделился я своими мыслями.

Вскоре заскрипели замки, и дверь открылась. Но пороге стоял мрачный полковник Краевский собственной персоной.

— Не знаю, как ты это сделал, но мы с тобой ещё встретимся, — он протянул мне большой пакет.

Заглянув в него, я увидел свои вещи. Начал всё аккуратно доставать и выкладывать на кровать. Портфель, куртка, мобильный телефон, ключи от машины, портмоне…

— Ты можешь идти, — негромко произнёс Игорь Борисович.

— Передайте адмиралу Вирену, что я готов встретиться и обсудить его предложение, — я прямо посмотрел в глаза полковнику.

— Смотрю, ты не так прост, — покачал тот головой в ответ, — я не знаком лично с Робертом Николаевичем. Но твои слова постараюсь передать.

— Благодарю! — Я слегка поклонился.

Несмотря на наши разногласия, полковник мне понравился. Настоящий вояка, умеющий держать себя в руках. Он не выходил за границы, просто делал свою работу, при этом вполне качественно.

— Рад был с вами познакомиться, — я протянул полковнику руку. Да, среди военных не приняты рукопожатия. Но в данный момент это был знак уважения, который одновременно показывал, что я не держу на него зла.

— Взаимно, — рукопожатие полковника было крепким, — взаимно…

Стоило переступить порог дома, как зазвонил мой телефон.

— Максим! — раздался в трубке голос главы ОПРУ. — Ты что, не можешь сидеть на попе ровно?

— Спасибо за помощь, — улыбнулся я.

— ОПРУ своих не сдаёт!

— Только вот я пока, скорее, внештатный сотрудник, — напомнил я об обещанном мне до окончания учёбы в школе статусе.

— Ты наш, — уверенно заявил Василий, — что бы ты там ни считал.

— Ну, если ваш, то как бы избежать подобных ситуаций в дальнейшем? — закинул я удочку, широко улыбаясь.

— Никак! — мрачно ответил Глухов. — Ты в особом отделе, а он секретный.

— Значит, меня так и будут дёргать? Сегодня я одному понадобился, завтра другому? И каждый раз вам придётся отвлекаться от дел, вытаскивая меня из очередной тюрьмы?

— Ты сам довёл ситуацию до этого, — в голосе Василия слышалось раздражение, — мог бы позвонить мне, как получил повестку. И вообще, в чем проблема явиться вовремя и не обострять ситуацию?

— То есть я должен был бросить все дела, явиться по повестке, после этого бросить всё и уехать в Санкт-Петербург? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Да! Закончил бы там школу, принося одновременно пользу империи!

— Не забывайте, что я из королевского рода, — жёстко произнёс я в ответ, — готов терпеть над собой императора, не имею ничего против вас. Но вот ко всяким самодурам отношусь весьма отрицательно!

— Ты забываешься, Максим. Да и фраза про «терпеть императора» мне очень не нравится.

— Прошу прощения, возможно, это прозвучало грубо. Но помыкать собой я не дам никому. Будьте добры уяснить мою позицию. Уверен, я не один такой уникальный. Одно дело поговорить, предложить взаимовыгодные условия, но совсем другое — приказывать без разговоров!

Глухов в ответ молчал. Интересно, это он от моей наглости слов найти не может или действительно обдумывает сказанное?

— Ты прав, — дипломатично произнёс мой босс, — я приму к сведению, что ты открыт к сотрудничеству.

— Эй! — Я рассмеялся в ответ. — Я вообще не об этом говорил, но тут вы правы. К сотрудничеству я готов, но не из-под палки. Есть предложения — обращайтесь. Обсудим.

— Рад это слышать, — ответил Василий, — обращусь, если что!

На этом мы закончили наш разговор.

— Ты крут! — неожиданно выдал Серкх. — С чего это вдруг решил стать открытым к сотрудничеству? Вроде, бубнил, как старый дед: «Оставьте меня в покое, дайте заняться рунами!», а тут вдруг изменил свою позицию.

— Мне надо род поднимать на ноги! — Я обвёл рукой свою гостиную. — Дом у меня маленький. Не подобает графу ютиться в таком сарае. Чтобы исправить ситуацию, надо зарабатывать больше денег. Так что пусть предлагают, а я подумаю.