Глава 23

Несмелый осенний луч играет на доске в аудитории, куда каждую минуту пребывают студенты. Я пришла сюда одной из первых и меня так и подмывает то ли вслух запеть свою любимую песню, то ли сделать прямо тут между рядами колесо, которое я не практиковала с младших классов, когда еще занималась гимнастикой. Всё потому, что сегодня у нас первая пара у Петрова Дмитрия Юрьевича, а если коротко – у моего Чацкого. – Ась, привет, – тараторю в трубку, не отрываясь взглядом от двери, – пара вот-вот начнется, ты где вообще? Со вчерашнего дня подруга еще не выходила на связь. После пережитого в раздевалке я, попав домой, практически сразу вырубилась, так и не узнав, получилось ли у Аськи ангажировать итальянца. – Никуш, я сегодня не приду. Вчера у меня кое-что произошло, я тебе при встрече расскажу, ладно? – голос у всегда веселой девушки звучит хрипло – или не проснулась, или заболела. Но настаивать на подробностях я не могу – раздается звонок, оповещающий начало первой пары. Выключив звук на телефоне, я прячу его в сумку. Тут же решаю, что он может понадобиться, чтобы посмотреть время, и достаю обратно. Сижу, уставившись на дверь и считая секунды. Вот-вот она распахнется и явит нам высокого блондина со слегка взъерошенными волосами, в неизменных белых кроссовках и с теплой улыбкой на красивых губах. Вспоминаю его слова, которые он говорил мне у костра в первый день нашего отдыха на базе: «Я так боялся входить в вашу аудиторию, когда должен был впервые провести занятие. Мне казалось, что я покраснел от пяток до кончиков ушей». Димка действительно, как я позже поняла, напрасно представлялся мне самоуверенным и надменным. На самом деле внутри он очень искренний и простой парень. Улыбаюсь своим воспоминаниям и представляю его улыбку. И почему она мне в первую нашу встречу показалась ехидной и самодовольной? Ведь эти качества совсем не в его характере. Он очень добрый и деликатный. Ведь даже когда я говорила ему кучу гадостей, он никогда не отвечал мне грубостью. Да, ставил на место, но делал это тактично и мягко. – Орлова, прекрати уже! – толкает меня в бок одногруппник Сашка Скворцов. Смотрю на него, пытаясь понять, что он имеет в виду. – Хватит ручкой щелкать, бесишь. Я и не заметила, как, погрузившись в свои мысли, непрерывно нажимала на кнопку авторучки. Ну где же он? Уже почти четыре минуты прошло после звонка. Неужели, опаздывает? Совсем на Чацкого не похоже… – Уважаемые студенты, – подтверждая мои подозрения, прямо с порога говорит вошедший декан нашего факультета, – сегодня Дмитрия Юрьевича не будет. Ваш преподаватель уехал на конференцию в Москву и в ближайшую неделю вы будете получать задания в свой личный кабинет на сайте нашего вуза. На сегодня вы свободны. Всеобщее ликование не коснулось, похоже, только меня. Где тот бессовестный солнечный луч, что предвещал мне хороший день всего несколько минут назад? Солнце вообще куда-то пропало. Даже природа сегодня меня обманула… ________________________ Раз десять я набирала и стирала сообщение одному и тому же абоненту. «Привет. Как дела?» – фу, банальщина! «Привет, у тебя всё хорошо?» – а что у него может быть плохо? Декан же четко сказал «уехал на конференцию в Москву». Не «заболел», не «пропал без вести», а просто уехал. Всё у него прекрасно там. «Приветик. Я соскучилась», – ну да, осталось только добавить «мой пупсик» и сложить в утиную жопку накачанные губы. Последнего у меня нет, поэтому мозг вроде бы еще работает, чтобы моментально стереть эту ерунду. Так и не сформулировав текст, возвращаюсь домой. Здесь меня встречает оглушающая тишина. Мне хочется поговорить с Николь, спросить у неё совета, как поступить, но моей мачехи дома нет. Она поехала с Дианкой в деревню, чтобы готовиться к свадьбе. Они решили отметить официальную часть в папином ресторане, а на ночевку и второй день поехать в родную Константиновскую. Одним словом, засада сегодня по всем фронтам. Даже Аська заболела и встретиться с ней не получится* (историю Аси и что с ней произошло, читайте в бесплатной книге «Двухколесное счастье»). Даже учеба, которая всегда в таких ситуациях очень хорошо отвлекала от грустных мыслей, сейчас никак не давалась. Который раз читаю одну и ту же страничку учебника по риторике и, похоже, впервые за все годы своего обучения в школе, наконец, оправдываю поговорку, которую любили повторять учителя моим нерадивым одноклассникам: смотрю в книгу – вижу фигу. На третьей кружке чая и дцатой попытке вникнуть в домашнее задание вдруг раздается долгожданный звонок телефона. Дергаюсь к шкафу, куда обычно кладу смартфон, когда прихожу на кухню. Мне важно сейчас только одно – посмотреть имя абонента. Но моя везучесть в самый ответственный момент снова куда-то ускользает, и, неудачно взмахнув рукой, я опрокидываю чашку, в которую всего пару минут назад налила крутой кипяток. Обжигающая жидкость разливается по всему столу, частично попадая и на меня. Но ей не остановить девушку, которая сама создает себе проблемы на каждом шагу. Подумаешь – кипяток! Превозмогая боль, тянусь к телефону и пытаюсь схватить его на ходу. Не тут-то было… Ноги, мокрые от чая, прилипают к скатерти. Вернее, конечно же, она прилипает к ним. Короче говоря, дернув на себя скатерть при попытке выскочить из-за стола, я не то, что не могу сделать и шагу, а попросту падаю на пол, зацепив в последнюю секунду телефон. Ускорение, которое аппарат получает от моих неуклюжих рук, действует катастрофически, ибо на моих глазах новенький смартфон делает в воздухе крутое пике и камнем падает на кафельный пол кухни. Звонок прекращается. Я молюсь только о том, чтобы отключил его абонент, пытавшийся мне дозвониться. Беру телефон и понимаю, что тщетно. Всё тщетно. Мои жертвы, мои падения и вообще весь день, проведенный в ожидании. Я не узнаю, кто мне звонил, ибо экран полностью уничтожен. Я не могу ни позвонить, ни написать, ни ответить на входящий звонок. Горечь и обида на свою растяпорукость вызывают нежданные слёзы. А что мне еще остается в такой ситуации?