Глава 42

За пятнадцать минут до начала концерта главный актовый зал университета, рассчитанный на пятьсот посадочных мест, заполнен почти полностью. Свободные места остались лишь на первых рядах, но занимать их студенты не спешат, видимо, подозревая, что там могут расположиться преподаватели. Сцена закрыта кулисой, но слышно, как за ней идет настройка инструментов и звучат редкие аккорды. Отсутствие посадочных мест и полный аншлаг в зале, где все ждут мероприятия, мне даже на руку. Не собираюсь сегодня привлекать к себе внимание. Я долго думала, как мне стоит сегодня себя повести перед Чацким. Хотелось поставить точку в наших отношениях красиво. И не так, как запланировал Дима. Когда я вчера весь вечер размышляла на эту тему, в голову приходили сцены из просмотренных американских мелодрам, где обиженная героиня мстит отвергнувшему её герою и творит всякую дичь, типа выступления со сцены с шокирующими заявлениями, демонстрации каких-то компрометирующих фото и видео. Фу, мне даже в фильмах смотреть на это противно. Да и эти поступки совсем не в моем характере – унижать кого-то прилюдно, это, прежде всего, втаптывать в грязь себя. Не мои методы. Мой «подарок» лежит у меня в сумочке, и вручен он будет лично. А вернее – возвращен тому, кто его и подарил. – Ник, ну вот почему ты так долго собиралась, теперь нам придется торчать у входа в толпе. А ведь мы должны были сидеть в самом центре, ведь сегодня ты будешь главной героиней вечера! – подруга до сих пор уверена, что пришла смотреть на то, как Димка будет делать мне предложение. Наивная. Я не хочу её переубеждать, потому что после вчерашних безуспешных попыток, у меня нет на это ни сил, ни желания. Я смирилась. Жаль только, что когда всё случится, разочарованная и шокированная Аська кинется меня успокаивать, и мне потребуется еще больше самообладания, чтобы не поддаться чувствам и удержать себя в хотя бы видимом спокойствии. – Кстати, что у тебя с Марком? – вдруг как будто невзначай задает вопрос. – Ты отвязалась от этого зануды? – Ася! – одергиваю её. – Не называй его так! Марк очень добрый, умный… – Душный… – перебивая меня, завершает список достоинств. – Ник, ну правда, после его «Ася, не могла бы ты отойти и позволить мне объяснить Веронике, как правильно эксплуатировать кофейный аппарат», мне захотелось проветрить помещение. Я прыскаю смехом, вспоминая серьезное лицо Марка и его десятиминутную лекцию, как работает эта шайтан-машина. Может в чем-то Аська и права… – Всё, всё, начинается! – подруга дергает меня за рукав и замирает, восторженно глядя на сцену. Свет в зале гаснет и одновременно с этим звучат первые аккорды песни «Вечерняя встреча» – визитной карточки группы «Грибоедофф». Кулиса поднимается, являя восторженной публике трёх музыкантов: рыжего Пулю, который в центре заводит зал своей барабанной установкой, и Марио с Леголасом по краям от барабанщика. С гитарами в обнимку, ребята счастливо купаются в лучах заслуженной славы. Димки пока не видно, звучит только вступление, довольно долгое, но народ обожает эту песню и уже затаился, ожидая появления солиста. Последние аккорды перед началом слов, и я понимаю, что не дышу. Эти мгновения захватывают настолько сильно, что начинаю бояться своей реакции даже на голос Чацкого. Кто, интересно, этот злой гений, который режиссировал их выступление? Словно гром раздается в моей голове звук пробирающего до глубины души голоса. В городе снова случайная встреча радость слишком коротких объятий и ты собой заполняешь вечер формулой случайных невероятий. И тот огонь, что внутри все громче, сводит на нет прежние муки, и ты один – вереницею строчек, как ветер весенний, теплый, сторукий Ты пьешь мою память-любовный напиток – талой водою, где снега движенье, и мир опять предстает без ошибок – строчкой любовного стихотворения. И Бог аплодирует, словно зритель, благословляя вечернюю встречу, и между нами любовные нити,- как провода, над обычною речью…* Такие простые, понятные слова, которые я слышала много раз и успела выучить наизусть, вдруг совершенно по-особенному звучат теперь откуда-то из глубины сцены. Лишь ко второму куплету появляется фигура солиста. Его силуэт и движения невозможно перепутать с кем-то еще. И видимо, не только я узнаю «милого по походке», но и весь зал взрывается повторным гулом, когда Чацкий появляется на авансцене. Теперь уже лицо парня освещают направленные на него прожекторы, и можно разглядеть кажется даже малейшую морщинку, оставленную мимикой. Сердце стучит в такт барабанам Сани, и если бы я не была уверена, что Димка меня не видит, то от волнения, наверное, не смогла бы тут находиться. Чацкий смотрит в зал и исполняет песню, написанную для этой группы кем-то из наших местных поэтов, а мне при этом кажется, что слышу её только я. Мурашки бегут по коже и меня даже немного потряхивает на последних строчках, но как только мелодия смолкает, я быстро привожу себя в порядок, чтобы не вызвать бурной реакции моей подруги. Всё-таки я поставила себе задачку со звездочкой, когда замахнулась пробыть тут до конца вечера. «Грибоедофф» исполняет еще пару песен, а потом на сцене появляется наш ректор и начинает толкать какую-то речь. Я немного расслабляюсь и даже восстанавливаю нормальное дыхание, но вдруг чувствую прикосновение к своей руке, словно кто-то пытается аккуратно привлечь мое внимание. Оборачиваюсь. – Марк? – вот уж кого не ожидала тут увидеть, да еще и после вчерашнего нашего тет-а-тета. – Ника, я вчера сказал тебе о девушке, с которой видел Петрова, помнишь? – еще бы мне не помнить! Вместо ответа устало киваю. – Я видел ее у входа сейчас. Она говорила по телефону, и я понял из обрывков фраз, что сегодня предложение сделают ей, – парень замолкает, сочувствующе глядя на меня. – Марк, я что-то не пойму – когда я упустила момент, что ты являешься любителем сплетничать и подслушивать? – Ника, я желаю тебе только добра. И сегодня я здесь тоже только ради тебя, – внезапно мне вдруг стало так тепло от этих слов, что я даже перестала противиться ему. – Марк, чем ты можешь мне сегодня помочь? Давай рассудим здраво? Да и я уже не маленькая, знала куда шла, так что что уж теперь, погибать, так с музыкой… – криво улыбаюсь, пытаясь прогнать начинающее больно давить в носу щекотание. – Ник, позволь мне просто быть сегодня рядом? – тихо шепчет мне парень. – Обещаю, я не подойду к тебе, если ты сама об этом не попросишь. Ну что? Могу я на сегодня побыть твоим телохранителем? Или хотя бы просто – тенью? – Хорошо, Марк. Я не против, – говорю размеренно, но вдруг вспоминаю важный момент и спохватываюсь. – Но при одном условии. – Каком же? – решительно и серьезно, как всегда, задает вопрос парень. – Покажи мне ту девушку. *автор стихотворения – Анастасия Холдаковская