Часть 31. Мой личный локдаун

Я приоткрыла веки и сфокусировала взгляд на пятне, что медленно двигалось передо мной. Разглядела плед, подушки… Недоуменно нахмурилась, потому что не поняла, каким образом оказалась лежащей лицом к нашему «столу», ведь спала вытянувшись вдоль окна.

Артем в темно-синих боксерах, присев на носочки, крутился над пледом.

Подняла голову и окинула постель. Лежала я поперек всего матраса, завернутая в оба одеяла, а подушки были сброшены на пол. «Вот это я развернулась…»– потерла глаза и сонной мухой приподнялась на локтях.

– Привет, соня!– улыбнулся Артем, расставляя чашки чая и тарелку с поджаренным на сливочном масле хлебом, плавленым сыром и тонкими пластиками красной рыбы.– Вот и завтрак в постель…

– Как буквально,– сипло усмехнулась я и потянула носом.– М-м, вот это вкуснятина. Я себя так по утрам не балую – некогда.

– Я могу побаловать, но не привыкай,– подмигнул Артем и обвел меня таким ласковым взглядом, как окутал пушистым одеялом.

«Ешкин кот, выгляжу, наверное, как таракан после ядерной войны, и пахнет от меня так же, а он смотрит, будто я ангел во плоти». Вежливо растянула уголки губ и поплелась в ванную.

Душ привел в чувства. Замотав голову полотенцем, я надела вчерашние шорты и свежую майку и вышла в гостиную. Запах еды просто сшибал с ног. Никогда не чувствовала себя такой голодной по утрам, как здесь. Даже удивительно. Внутри аж засосало от желания быстрее съесть все, что увижу.

Артем уже в светло-сиреневой майке и светлых джинсовых шортах сидел на краю матраса и тихо напряженно говорил по телефону. Как только заметил меня, тут же попрощался и положил трубку в карман.

– Я, наверное, тебе спать не дала?– виновато поморщилась, кивая на постель.

– Ты так сладко спала, что мне было все равно, куда ты закинула свои руки и ноги,– улыбнулся Артем.

Скулы потеплели. Оставалось только представлять, в каком виде он наблюдал меня, как только рассвело. А Артем не сводил любующегося взгляда, словно после душа я была еще прекраснее. «Надо было заказать хоть какую-нибудь тушь, а то выгляжу, как распаренный мухомор!»

Перебарывая внутреннее смущение, приземлилась на подушку, подогнула под себя ноги и, сложив ладошки под подбородком, осмотрела содержимое тарелки и дымящийся чай.

– Приятного аппетита, Шоколадка,– ласково произнес Артем, продолжая рассматривать.

– И тебе… Спасибо за завтрак,– кивнула я и решила снять полотенце с головы, чтобы хоть немного прикрыть лицо волосами. Но те переплелись с полотенцем, и я застряла с поднятыми вверх руками.– Ой, сейчас…

Я поднялась, чтобы распутать их вдали от стола, но почувствовала теплые ладони на плечах.

– Сиди, я помогу…

Артем присел за спиной и стал аккуратно снимать полотенце и освобождать мокрые волосы. Я напряженно свела лопатки и, прикусив нижнюю губу, признаться, млела от его трепетных движений. На секунду прикрыла глаза и не заметила, как он отложил полотенце, просунул пальцы сквозь пряди и начал массировать голову. Я даже прибалдела и чуть не уронила голову вперед, но очнулась и снова выпрямилась.

– Эй, я сейчас усну… А нам надо работать…

– Мне нравятся твои волосы,– приник носом к затылку Артем.

Я втянула голову в плечи, но не смогла не улыбнуться. Он все равно не видел моей реакции.

– Мои волосы или нюхать их?– усмехнулась я, все-таки отталкиваясь от него.

– Нюхать всю тебя – еще больше,– спокойно проговорил он.

Было безумно любопытно увидеть его лицо, глаза, но я намеренно не оборачивалась. И просто молчала.

Артем снова притянул меня к себе за плечи и положил подбородок на макушку.

– И ты мне нравишься…

Я зажмурилась. Сердце забилось быстро. Щеки вспыхнули, и это никак не зависело от меня.

– Ты не знаешь меня настоящую, как и я тебя,– тихо ответила я, мысленно сожалея об этом.

– Я такой, каким ты меня видишь… Не знаю, разве что не хрюкаю, обычно так делаю, когда один. Но рядом дама, я держусь изо всех сил…

Я рассмеялась, отодвинулась и иронично покосилась на него. В его посветлевших глазах играли смешинки. И он был таким… чудесным в это утро – свежим… открытым… нежным…

Один Кондратий знает, скольких сил мне стоило отвести от него глаза, а не качнуться навстречу и не коснуться его губ.

– Скромник! Уверена, ты скрываешь от меня кучу недостатков, чтобы понравиться и затащить в постель,– поддела я, чтобы не растаять от его присутствия.

– Ты уже в моей постели, дело за малым,– лукаво подмигнул он и пересел напротив, чтобы приступить к завтраку.

– Ох, не обольщайся,– фыркнула я и сунула в рот чуть ли не полбутерброда, чтобы выглядеть совсем не привлекательной и не распалять соблазнителя.

Но тому, похоже, было все равно.

– Хорошо! Я не закрываю двери туалета, могу забыть помыть посуду, терпеть не могу больницы и анализы, иногда чавкаю, когда ем что-то очень вкусное… Больше пока не могу вспомнить явных недостатков…

Я рассмеялась с полным ртом, что пришлось прикрыться ладошкой, чтобы еда не вывалилась. Прожевав, наигранно восторженно вскинула брови и покивала головой:

– Чавкаешь? Не замечала.

– Говорю же, рядом дама,– комично нахмурился он и, откусив бутерброд, намеренно громко причмокнул губами.

– Вот еще один недостаток: ты ходишь в трусах,– вспомнила я.

– Только утром, когда проснусь, и когда ложусь спать: ты сама запретила мне их снимать,– удивленно возмутился он.

Я тоже возмущенно округлила глаза, но выражение его лица говорило, что он просто подначивает.

– Ну да, обычно с тебя их снимают дамы,– усмехнулась я.

Его взгляд мгновенно потемнел.

«Ешкин кот, ну кто же за язык тянул?»– смутилась я и виновато поджала губы. Но извиняться не стала, отпила из своей чашки и иронично пожала плечами:

– Забыла, что ты взрослый мальчик, все делаешь сам…

– Неудачная попытка извиниться,– проницательно отметил он, оперся спиной на раму и вытянул ноги вдоль матраса.

Я виновато прикрыла лицо чашкой и стала медленно цедить чай. «И в чем я виновата? Это всего лишь правда, о которой мы договорились не упоминать. Это же не я зарабатываю таким способом…»

– А в целом я люблю порядок, как и ты,– продолжил Артем.– Может, тебя что-то и раздражает, но ты молчишь, а твоего недовольства не замечал.

– Я здесь не хозяйка…

– Будь такой, какая ты обычно наедине с собой…

– Никто не нравится друг другу такими, какие они наедине. Только родственники могут позволить вести себя безотчетно, потому что прощают друг другу все.

– А давай со следующей минуты ты будешь вести себя так, будто мы родственники и это твой дом?

Я прыснула от смеха вперемешку со смущением и разбрызгала чай на колени. Артем тут же подал мое полотенце.

– Тогда тебе придется раскошелиться, чтобы купить все, чего не хватает твоей «родственнице»…

– Посуду вчера оплатил. Чего тебе не хватает еще?– и правда искренне поинтересовался он.

Я задумчиво огляделась и деловито выдала:

– Составлю список!

– Договорились,– поднял в воздух чашку с чаем Артем. Я приняла его вызов и чокнулась своей.– Хорошо, а какие недостатки у тебя?

– О-о, ты что, я совершенство, и тебе за мной не угнаться!– я закатила глазки к потолку и несколько раз моргнула.

– На меньшее я и не согласен.

Он снова иронизировал. А раз так, то решила: чего церемониться, все равно это просто шутливая болтовня за завтраком. И, тоже вытянув ноги перед собой, перечислила ему все классические женские недостатки, которые раздражают мужчин. А в завершение добавила:

– Ну, и главный – я не могу ужиться ни с одним мужчиной…

– Спорный вопрос. Уже пятый день мы прекрасно уживаемся. А вышеперечисленное я назову одним: ты просто вредина! А это особая женская черта, которая мне нравится.

Я зловредно прищурилась и развела руками за неимением аргументов.

– Но вот еще один: ты не ходишь в трусах,– серьезно укорил Артем.

– Господи, да ты озабоченный!– возмутилась я и бросила в него полотенце с колен.

Он рассмеялся, лихо перевернулся, поймал меня за бока и защекотал. Я завизжала, вскочила и на носочках отбежала к холодильнику. Когда Артем шутливо угрожающе поднялся на ноги, с улыбкой, но предупреждающе выбросила указательный палец вперед и воскликнула:

– Прекрати, я не люблю щекотку!

– Чего ты не любишь еще?– надвигаясь на меня, с коварной улыбкой спросил он.

И, божечки, даже таким он безумно мне нравился. Внутри задрожало от желания обнять его, прижаться и никуда не отпускать. И это испугало. Я посерьезнела и, скрестив руки на груди, сказала:

– Не люблю, когда заставляют делать то, чего я не хочу…

– А если ты запрещаешь себе делать то, чего безумно хочешь?– придвинулся он так близко, что я влепилась спиной в холодильник, и впился в меня глазами, от которых не скрыть правды.

Его взгляд, его губы, его запах и тепло тела – все давило на нервные окончания. Но я стиснула зубы и оцепенела от противоречивых чувств. Ни шагу вперед, ни шагу назад. И не отрывалась от него.

Артем медленно опустил взгляд на мои губы – пылкий, жадный, гипнотизирующий… Склонил голову и прошептал, почти касаясь их уголка:

– Ты хоть можешь себе представить, чего мне стоит держаться от тебя подальше?

Казалось, что я смотрю на него, как кролик на удава, но, если пойду на поводу, он поймет, что меня легко сломить, и его попытка соблазнить станет последней. Он получит то, чего и добивается. А что получу я?

Чуть отвернув голову, непринужденно уставилась ему за плечо и произнесла:

– Не могу… у меня нет члена…

Артем отстранился, сурово прищурился, но потом иронично хмыкнул и отступил.

– Слава богу, я бы этого не пережил.

Когда он отвернулся, я закрыла глаза и, прижав ладонь к дрожащему прессу, медленно выдохнула: «Капец монашке!»

– Доедай, и за работу!– послышался шутливо-распорядительный тон.

***

Оказывается, было только восемь утра. За чаем я отослала всем своим приветы, узнала о самочувствии Риммы, родителей и, закрепив волосы в тугой узел на макушке, чтобы не выпачкать их в краску, как вчера, объявила о своей готовности.

За это время Артем уже очистил спальню, и мы перетащили туда матрас и все те немногие вещи, которые стояли на полу гостиной, буквально завязав их в узелок пледа. Как хорошо, что не требовалось глобального ремонта, иначе работы была бы уйма.

К обеду мы закончили с грунтовкой, полностью подготовив гостиную для покраски. И Артем заказал пиццу «Пепперони», оказавшуюся нашей любимой.

– Ты составила новый список?– дополнительно разогревая ее в микроволновке, спросил он.

– А то!

Я с энтузиазмом встала в центре гостиной и вытянула руку в противоположную сторону от кухни.

– Здесь нужен большой прямой диван с кучей мягких подушек. Напротив кресла… Посередине журнальный столик, желательно на красивом пушистом ковре. А у окна два круглых кресла, я покажу, какие присмотрела, просто шикарные, и столик между ними для чаепития. Ну, а туда,– указала на стену напротив окна,– стоит повесить твой огромный телевизор. Его можно смотреть и с дивана, и из кухни. А под него широкий комод для всяких мелочей: ноутбука, стереосистемы, икебаны например. Такой, в мужском стиле… Там – в углу между входом и санузлом – нужен какой-нибудь уголок для верхней одежды с небольшим пуфом и полочками для тапочек, крючками для зонта и ключей. В спальню, однозначно, кровать с тумбочками… и обязательно софу у окна… Как-то так на первый взгляд…

Артем озадаченно почесал затылок и обвел комнату растерянным взглядом.

– Что, на это уйдет целое состояние?– напряженно сморщила лоб я.– Между прочим, сейчас выгодно покупать: все пытаются скинуть товар и заработать хоть на чем-то…

– Нет, просто удивляет, как у тебя в голове складывается вся эта картинка…

– Ну, может, если ты перестанешь все время думать, как соблазнить свою «родственницу», то и у тебя откроется третий глаз?– и смешливо ткнула Артема пальцем в лоб.

А он так опасно клацнул зубами, что я отскочила.

– А вообще, у мужчин это нормальное явление. У вас больше работает левое полушарие…

Я повернулась к пицце и с нетерпеливым предвкушением откусила кусочек.

– Мать твою, Кондратий!– вскрикнула я, обжегшись ею, а от остроты так запекло губы, что и прослезилась. От неожиданного хохота Артема смутилась и досадливо закатила глаза.– Да, когда я пугаюсь или нервничаю, могу ввернуть что-нибудь эдакое…

– Это даже забавно,– просмеявшись, ответил он.– А то я и правда подумал, что ты совершенство.

Я поморщилась от очевидной иронии и вернулась к куску пиццы, обиженно дуя на нее.

– Ладно, с полушариями у меня туго, давай я пока поработаю челюстями, а ты покажешь, что выбрала,– усмехнулся Артем и с аппетитом начал жевать.

Ему понравились все модели мебели, предложенные мной. Все было оплачено. Он только выбрал другой цвет дивана и кресел, но тут я уступила: чуть темнее не так критично, а для холостяка – практичнее. Однако на круглые кресла, ставшими бы изюминкой гостиной, он ни в какую не соглашался: не представлял их в интерьере. Но хозяин – барин.

***

Покраску мы закончили вовремя. Даже успели полюбоваться на работу при свете дня. Только убрали пленку и вымыли пол, как привезли кухню. От представления, как вся эта красота встанет в отведенном ей углу, я радостно пританцовывала вокруг коробок, проверяя артикулы по листу заказа, – все ли доставили. Ей-богу, как будто себе новые игрушки заказала. Точно в детстве в домики не наигралась. Артем загадочно улыбался и, наверное, думал: «Контуженная на всю голову».

Кучу коробок составили у стены напротив окна. Но сегодня собирать мебель уже не было сил. От усталости ломило все тело, от запаха, хоть и не резкого вовсе, кружилась голова. А Артем, приготовив ужин на скорую руку, пока я отмывалась от краски, снова куда-то уехал без особых оправданий.

После душа и ужина так хотелось спать, но одолевали мрачные мысли. Чтобы не погрузиться в уныние, я надела свитер Артема и вышла на прогулку по набережной.

За разговором с родителями, а потом и моим батальоном немного отвлеклась. Вернувшись, не удержалась, позаглядывала в коробки с посудой и кухонными аксессуарами, воображая, как все это будет смотреться на готовой кухне.

Никогда не ложилась рано, но какой день я не узнавала свой организм. Заснула около девяти.

Артем вернулся поздно. Только сквозь дрему покосилась на часы в телефоне, ощутила, как меня накрыли одеялом, и снова провалилась в сон.

***

Я часто замечала, что когда Артем со мной, то выглядит бодрым и чаще улыбается, но, когда уходил в работу, ловила на его лице суровую озабоченность или отпечаток мыслей, доставляющих ему боль.

Вот и новым утром я застала его одного, озадаченного, в спортзале. Артем сидел за ноутбуком, а рядом стоял стакан воды и начатый пакет с чипсами.

– Привет,– не решаясь нарушить его уединение, тихо сказала я, прислонившись к дверному проему.– Ты здесь провел ночь?

– Доброе утро, Майя,– слабо улыбнулся он, откинул голову на перекладину шведской стенки и чуть потянулся вверх.– Нет, просто рано встал.

– У тебя какие-то трудности?– ненавязчиво поинтересовалась я.

– Есть несколько вопросов, но все решаемо… Только пока не вижу вариантов,– устало помял переносицу Артем и снова погрузился в себя.

Я видела, что ему не очень хочется об этом говорить, и все же прошла и присела на икры перед ним на большом коврике.

– Поделишься?

Артем поднял удивленные глаза, прислонил затылок к перекладине и задумчиво обвел мое лицо. Я была настроена серьезно и не сводила с него решительного взгляда. «Хоть бы капельку узнать, что его тревожит… Может, и мне не было бы так сложно переносить мысль, куда он пропадает…»

– Это связано с интернет-продажами.

– И?..

– Тебе это интересно?– пристально прищурился он.

– Мне интересно все, что связано с продажами. Ты говорил, что открываешь салоны мототехники и продаешь запчасти. Это то, чем занимается твоя компания?

– Нет. Как таковой компании у меня нет. Я спонсирую открытие салонов. У меня есть отработанный бизнес-план и поставщики. Нахожу управляющего партнера, отдаю ему бизнес и получаю процент от прибыли. И в целом, это не большой риск. Если партнер прогорел, то я лишусь только определенного процента капитала… Остальное мне должны вернуть по договору займа.

– Или, как сейчас: не получаешь прибыли, но имеешь материальные ценности?

– Верно. Сам я курирую только один проект – интернет-магазин мотозапчастей. Сейчас возникли проблемы с обязательствами: выкупленные запчасти доедут сюда нескоро. Несколько крупных заказчиков хотят вернуть деньги. Но много ушло на проект «Байкер-Стрит». Весь капитал крутится в деле. Свободных средств почти нет. Сама понимаешь, сейчас ничего не продается. Все сидят по домам, ни у кого ничего не ломается, запчасти не нужны. Официальные сервисные центры закрыты, никто ничего не чинит и, соответственно, не заказывает. Сделки на продажу не заключаются. Поступлений нет…

– И ты славно потратился на мебель,– мрачно вздохнула я, снова чувствуя вину.

– Нет, это тут ни при чем,– вполне искренне возразил Артем.– Я не смешиваю личные накопления и траты на бизнес. Это давно установленное правило. Да и это такая мелочь – третья часть нового «Харлея».

– Ничего себе,– усмехнулась я, перебирая волосы на плече.– И сколько тебе не хватает закрыть дыру?

Артем развернул экран, и я увидела расчеты возвратов. Суммы солидные.

– Можно увидеть твое ценообразование?

Артем молча переключил на другой файл, где высветились показатели закупки товара, логистика, процент на растаможку, розничная цена, маржа и прочее.

– Можно мне?..– потянула ноутбук на себя.

Он спокойно передал его, а я включила калькулятор и, глядя на цифры, быстро рассчитала свою задумку.

– Это только предложение, а ты подумай и поиграй идеей,– вернула ноутбук хозяину я.– У интернет-магазина высокий рейтинг. Почему бы тебе не сыграть на эффекте скидок? Запусти акцию: скидки в тридцать пять процентов. У кого были деньги в заначке, и он не решался потратить их, сейчас, увидев хорошую скидку, обязательно отреагирует. Многие считают карантин временным явлением и подумают, что урвут по-крупному. Что-то вроде «Черной пятницы». По моим прогнозам, таких будет около десяти процентов, но тебе как раз хватит перекрыть необходимые затраты, а дальше война план покажет… Навара, конечно, ты не получишь – уйдешь в ноль, но хотя бы не попадешь на комиссию, не потеряешь авторитет и не придется брать кредит.

Артем задумчиво прищурился, полистал свои графики, ловко поднялся (все-таки он был в отличной физической форме! А у меня до сих пор тянуло мышцы поясницы), взял телефон и кому-то написал.

Я пересела удобнее, подтянула колени к груди и, разглядывая его фигуру в просвет окна, перебирала в мыслях смутную догадку, что это не та причина, из-за которой он так напряжен. Но то, что он понемногу раскрывался, уже было приятно. Когда тебе доверяют, это всегда тешит самолюбие.

Через некоторое время Артем бодро оглянулся и спросил:

– Ты не хочешь поработать на меня? Сколько там тебе платит твой мудак?

Я скосила глаза к носу от грубости и фыркнула:

– Тебе меня не перекупить!

– А если я ему морду набью?– непринужденно вскинул брови тот и присел на корточки передо мной.

– Только попробуй!– я шутливо ударила его кулаком в колено. А он в шутку растерянно приземлился на ягодицы и ущипнул меня за лодыжку.

– О-о, как ты его защищаешь!

– Не его, а свою карьеру… Знаешь, сколько я ее строила?! Меня чуть не съели в этом гадюшнике.

– Но ты всех перекусала первой?– устраиваясь передо мной в позе лотоса, поддел он.

Оценив его беззлобную насмешку рожицей с языком, я опять открылась ему:

– Когда заступила на должность и немного стабилизировала прибыль фабрики, я поставила бывшему директору условие, что мы должны взять грамотного HR-менеджера и сменить штат на сорок пять процентов. Не представляешь, как потом пошло дело! Все бизнес-процессы ожили. Уверена, что если все наладится после кризиса, то фабрика снова будет на высоте…– но запнулась и притихла, задумавшись о том, как это будет – вернуться в ту жизнь, которая уже казалась такой далекой. И еще меньше верилось, что меня там ждут с распростертыми объятиями. Но не поддавшись унынию, расправила плечи и снова стала перебирать волосы на плече, то заплетая их, то распуская.

Артем молчал и смотрел на меня с каким-то тайным восхищением. Я смущенно улыбнулась и вновь потянулась к пакету с чипсами. А он внезапно ухватил меня за щиколотки, развел ноги и быстро притянул к себе, скрещивая мои икры на своей пояснице. Чтобы не упасть, я схватилась за его плечи, рассыпав чипсы, и напряженно уставилась в его подбородок.

– Я хочу себе такого коммерческого директора!– решительно произнес он, не отводя испытующего взгляда.

– Прозвучало, как предложение…

– Это и есть предложение.

– А ты заслуживаешь?– несмело подняла глаза я и лукаво улыбнулась.

– Я заслужу,– и тут же потянулся к моим губам.

– О-о, нет, подкуп с постелью не прокатит,– засмеялась я и, зачерпнув в ладонь чипсы с коврика, бросила в него.

Но Артем резко наклонился, поймал за запястья, я даже не успела отстраниться, уронил на спину и прижал к полу. Широко распахнув глаза, я смотрела на него и не решалась даже подумать, что он сейчас сделает. А тот обвел мое лицо хищным взглядом, поднес мои пальцы к губам и облизал их.

– М-м, шоколадка с солью… Пикантно…

Меня бросило в жар. А его язык скользил и скользил по моим пальцам. Я, как загипнотизированная, смотрела на его рот и безумно хотела сама скользить по нему языком… Чувствовать вкус чипсов, смешанный с его… Даже прикусила губу от желания… Но, как только перед глазами поплыло от неуемных откровенных мыслей, а стержень терпения стал плавиться, я зажмурилась и отняла руку.

Артем, похоже, сам опьянел и поднял на меня взгляд с поволокой, облизал свои губы и дразнящее улыбнулся:

– Скажи, чем заслужить?

Я замерла на его таких глубоких глазах и посерьезнела.

– Ты не сможешь этого дать, даже если попрошу…

В мгновение посерьезнел и он. Брови сошлись над переносицей, уголки глаз сурово сузились. Не мог он не понимать, о чем я говорю. Даже напрягся весь.

– А если ты ошибаешься?– низко выдохнул он.

Мне вдруг стало жутко потерять такое благодушное настроение утра, разорвать тот теплый кокон доверия, в который мы окунулись еще пять минут назад. Я собрала волю в кулак, состроила глазки кота Шрэка и промурлыкала:

– Я хочу те круглые кресла, которые тебе не понравились!

Что-то едва уловимое мелькнуло на дне его глаз, какое-то сомнение или решимость, но Артем ехидно прищурился, мазнул по моим губам досадным взглядом и освободил меня, вернувшись на свое место.

– Ты коварная штучка, действуешь запрещенными методами!

Внутреннее напряжение отпустило. Я расплылась в умильной улыбке, села и подтянула колени к груди.

– А это сработало?

– Ладно, но, если мне не понравится, как они здесь смотрятся, я их верну.

– Ура!– вскинула руки вверх и поднялась.– Я готовить завтрак!

– Сколько времени мы теряем?– раздалось позади, когда выходила в гостиную. Сказано это было так тихо, может, мысли вслух, или он в самом деле надеялся на ответ? Но я сделала вид, что не услышала.

Настроение все-таки помрачнело. Может, я и расслабилась бы, и приняла его таким, как есть, если бы он был открыт и что-то постоянно не напоминало о роде его занятий. Не получалось закрыть глаза и переступить эту грань.

«Да, все получилось спонтанно, но, когда заплатила за услугу, не думала о том, что будет после, – мне был важен сиюминутный результат. Да и дернуло меня на это со зла… И на складе я позволила выбить почву из-под ног, потому что не думала, что увижу его снова. А сейчас даже не знаю, на что он претендует. Конечно, я ему нравлюсь, что в этом странного? Мы оба, как шоколад в красивых фантиках, только у нас диаметрально противоположное отношение к нему. И, на минуточку, он жиголо! Да, вполне себе приятный, образованный… умопомрачительный, уж если на то пошло. Вот это и пугает. Просто влюбиться и пропасть легко, а кто потом вытянет меня из этого болота? Что бы там ни говорила Римма, только голова у меня действительно пока на месте. И я не мартовская кошка, которой неймется без секса, без него как-то обходилась все это время… И не пустоголовая кукла, которая скачет из одной постели в другую и не задумывается о моральных сторонах… Етить в квадрате, мужчины заказывают разных проституток и радуются жизни, это выброс адреналина и повсеместно оправдывается. Так почему я не могла себе позволить одного чистенького элитного мужчину?– вскипела я так, что аж в глазах потемнело. Чувствуя, что выхожу из себя, начала глубоко дышать.– Нет, не собираюсь мучиться по этому поводу угрызениями совести. Но я ответственна за собственное будущее, и коль уж так вышло, то сейчас мне решать, чего не допустить дальше, чтобы потом не каяться…»

– Ты чего затихла?– услышала Артема прямо за плечом.

Я растерянно оглянулась и замерла на нем пристальным взглядом. Все пыталась разглядеть в его лице хоть какое-то объяснение, почему он ведет такую жизнь, может ли ее закончить, захочет ли… Но не нашла ни единой зацепки. «Почему ты не просто мужчина, с которым я познакомилась в кафе?»– стараясь сохранить спокойное лицо, подумала я, хотя грудь прямо-таки сдавило от сожаления.

– Обдумываю, чем украсить пустые стены…

– Ладно, ты завтракай, там есть йогурт со злаками, а я пока подготовлю спортзал для покраски. Завершим с грязной работой, потом будем думать о сборке.

– Ты прав,– растянула губы в дежурной улыбке и отвернулась.

«Ешкин кот, Майя, не стоит сближаться с ним настолько, чтобы потом не было так тяжело разрывать связь… Ты начинаешь к нему привыкать… Хм, а хорошая тема для блога: «Она заплатила ему за душевный покой, а он украл ее сердце»… Жуть!»

***

За работой настроение выровнялось. Может быть, оттого что Артем не был так задумчив и молчалив. Я поделилась, как познакомилась с Верой, а потом и Олегом, и он рассказал, что знает Верета с первого курса университета, но сблизились на курсах МВА. Потом как-то плавно тема разговора ушла к стратегиям продаж. И было довольно любопытно узнать, как он – Артем Греков – строит свою маленькую империю.

Приятно удивленная его поведением сегодня, вслух отметила это, на что он ответил взаимным комплиментом, что редко, с кем хочется говорить…

Нам не хватило краски на одну стену – напротив шведской стенки, но я предложила потом пригласить Верочку, наверняка она нарисует что-то интересное, будет не так скучно.

После выноса мусора и уборки, а потом и ужина мне уже не хотелось ничего, только вытянуть ноги перед собой. И Артем как в воду глядел.

– Расслабляющий фильм, и спать. План не горит,– сказал он и включил очаровательную ретро-комедию «К черту любовь!», которая и убаюкала меня.

***

Кухню мы собрали за три дня с небольшими перерывами. Особенно тяжело дался угол. Пять шкафов вверху, пять внизу, да еще отдельный кухонный островок с барной стойкой и четыре высоких стула.

Сантехникой занялся сосед Артема с первого этажа, работающий в ЖЭУ. Варочную поверхность, духовку и посудомоечную машину Артем подключил сам.

Остальную мебель доставляли почти каждый день. Мы едва успевали освобождать пространство для новых коробок и не запутаться в них. Эту мебель Артем тоже собирал сам. Он, вообще, многое делал своими руками, долго, но аккуратно и безошибочно. И это откровенно восхищало.

Я помогала: комментировала схемы, находила нужный болтик или заглушку, собирала что-то по мелочи, протирала, убирала мусор, с удовольствием расставляла посуду, готовила на новой кухне и составляла список того, чего еще не хватает для полноценной жизни и удобства. И хотя Артем не позволял хвататься за тяжести, я едва выбила право выносить мусор: не все же вешать на него. А вечером падала в постель, Артем включал приятный фильм, хотя и без того я засыпала без задних ног и не замечала, как он уезжал.

С утра все начиналось заново…

Удивительно, но обустройство чужого гнезда так увлекло, что я с поразительной беспечностью ловила себя на мысли: у меня есть проблемы, которые вроде бы надо решать без промедления, однако сейчас они казались настолько отдаленными, что важнее было решить, какого цвета купить подушки на диван – будущее виделось оптимистичным. Особенно когда наблюдала довольного проделанной работой Артема, будто он только и ждал появления меня в своей жизни, чтобы, наконец, закрыть «квартирный вопрос».

Когда хозяин был занят работой, где я только мешала, уходила в спортзал, там же на коврике читала, общалась с девчонками, дремала на солнышке. Потом приходил чумазый Артем, щекотал кончиком моих волос по щеке, будя к обеду или полднику. А стол уже был накрыт. Когда он все успевал? И когда со мной такое было?

Постепенно уходила в небытие заместитель директора Майя Витальевна Самгина, которая все держала под контролем. Я превращалась в обычную девчонку, за которой так внимательно присматривали и заботились.

Мы продолжали общаться на разные темы. И раньше было заметно, что он не ограничен узкими интересами. Но, что настолько будет приятно и любопытно рассуждать с ним о менталитете разных народов (Артем много путешествовал по миру), о дрессировке собак, философии чайной церемонии и боевых искусств, и представить не могла. Он заменял собой всю мою шайку, мне абсолютно хватало его внимания, непринужденного, ненавязчивого, его шуток, иногда слишком бесстыдных, но я прощала его, и сама научилась отвечать откровенными колкостями. Он просто был рядом.

Он нравился все больше, меня тянуло к нему, если бы не одно жирное «но». Даже не представляю, что заставило его выбрать такой бесславный путь, но эту тему я старательно избегала анализировать и запрещала себе любопытствовать: вопросы только разрушили бы доверительную атмосферу, а ответы или их отсутствие лишь разозлили бы. Не бродить же по дому злыдней. Сильная – справлюсь. У меня ведь личный локдаун. Ну вот он – такой, со своими издержками…

Все было так странно: в стране и в мире творилось черт-те что, весь город, словно вымер, на улицах ни маршрутки. Кэт, поссорившаяся с Андреем, до сих пор не могла наладить отношения с ним и уже не молчала, а истерила, что вся ее семейная жизнь пошла прахом, что театр уже не заработает никогда, и она останется без мужа на бобах. Верочкино свадебное платье, выписанное из Италии, застряло на границе, и та переживала, что оно никогда не придет.

Римма шла на поправку и уже купила билеты домой. В ее статусах мелькали сердечки и жизнерадостные, хотя и саркастичные посты. Но, слава богу, все были живы и здоровы!

«А как у тебя?»– спрашивали девчонки в чате (но все обо мне знала только Римма).

А что у меня? У меня все отлично в нежданном-негаданном мирке, без негативных новостей о пандемии из телевизора, с воодушевляющими фильмами в перерывах между обустройством квартиры, когда Артем не исчезал в неизвестном направлении и меня не охватывала неуправляемая обида.

Только я не решалась и подумать, что будет после…