Глава 40

Это было не робкое касание губ, как я ожидала, а глубокий, страстный поцелуй. Его губы оказались теплыми и требовательными, руки обняли меня крепко и настойчиво. Я почувствовала его силу – не только физическую, но и какую-то внутреннюю, магнетическую власть, от которой закружилась голова.

«О боже, – промелькнула мысль, пока я тонула в ощущениях. – Вот это поцелуй. Все парни из моего прошлого мира могут идти к нему учиться...»

Его рука крепко держала меня за талию, и я чувствовала, как мое тело само тянется к нему. Весь мой разум кричал "сдавайся без боя!", и я почти готова была последовать этому совету, когда Адам внезапно отстранился.

Мы оба тяжело дышали. Его глаза горели в полумраке, но в них читалось что-то похожее на борьбу с самим собой.

– Прошу прощения, – произнес он хрипло, отводя взгляд. – Я повел себя слишком... настойчиво. Не следовало мне...

– Что? – Я моргнула, все еще находясь в сладком тумане от его поцелуя.

Он поднялся с валуна, проведя рукой по волосам – жест, выдававший его смущение.

– Мы знакомы всего пять дней, а я веду себя как...

– Как мужчина, которому нравится женщина? – закончила я за него, тоже поднимаясь.

«Господи, – подумала я с внутренним стоном, – только не говори, что ты сожалеешь! Это был лучший поцелуй в моей жизни, включая обе жизни!»

Но вслух я изобразила легкое смущение, потупив взгляд:

– То есть... я хочу сказать... – Я нарочно запнулась, делая вид, что подбираю слова. – Наверное, это действительно было слишком быстро...

Хотя внутренне я кричала: «Адам, ради всех святых, не останавливайся! Целуй меня еще! Я готова к продолжению банкета!»

Он внимательно посмотрел на меня, и я увидела в его глазах облегчение, смешанное с сожалением.

– Вы не сердитесь? – тихо спросил он.

– Сержусь? – Я сделала вид, что обдумываю вопрос, хотя на самом деле хотела сказать: «Сержусь на то, что ты остановился!» – Нет, не сержусь. Просто... это было неожиданно.

«Неожиданно прекрасно», – добавила я мысленно.

Адам кивнул, но я заметила, как его взгляд задержался на моих губах, прежде чем он решительно отвернулся к морю.

– Возможно, нам стоит возвращаться, – сказал он. – Становится темно, и вам завтра рано вставать.

«Практичный, – подумала я с иронией. – Беспокоится о моем расписании, когда я готова была забыть о существовании чайной ради продолжения этого вечера».

Но я послушно кивнула:

– Наверное, вы правы.

Мы пошли обратно по берегу, и я старалась не показать своего разочарования. Его плащ все еще окутывал мои плечи, и я вдыхала его запах, пытаясь запомнить каждую деталь этого вечера.

Адам шел рядом, изредка поддерживая меня под локоть на неровных участках дороги. Его прикосновения были осторожными, почти целомудренными, но каждое из них отзывалось теплом где-то в области солнечного сплетения.

«Интересно, – размышляла я, пока мы поднимались по узким улочкам, – он действительно сожалеет о поцелуе или просто играет роль джентльмена? Потому что судя по тому, как он целовался, сожалений быть не должно...»

– О чем думаете? – спросил Адам, когда мы остановились у развилки дорог.

– О работе, – солгала я. – Завтра нужно проверить новую партию травяных смесей.

«О том, что ты целуешься как бог», – подумала я на самом деле.

– Вы очень преданы своему делу, – заметил он с улыбкой.

– А вы своему, – парировала я. – Кстати, когда ваш корабль отправляется в следующий рейс?

Что-то мелькнуло в его глазах – слишком быстро, чтобы я успела понять, что именно.

– Пока не знаю точно. Возможно, через несколько дней. Зависит от... обстоятельств.

«Загадочно, – отметила я про себя. – И уклончиво. Определенно в этом что-то есть».

Мы дошли до чайной, и я с сожалением сняла его плащ:

– Спасибо. За прогулку и за... все.

Адам принял плащ, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Даже этого краткого касания хватило, чтобы по коже побежали мурашки.

– Это мне следует благодарить вас, – сказал он. – За прекрасный вечер.

Мы стояли друг напротив друга у двери чайной, и я чувствовала, что он борется с желанием снова меня поцеловать. Честно говоря, я бы не возражала.

«Да поцелуй же меня на прощание!» – мысленно взмолилась я, но вслух лишь сказала:

– Увидимся завтра?

– Конечно, – ответил он. – Если позволите, я приду к вечеру. После того, как вы закроете чайную.

– Я буду ждать, – призналась я, и это была чистая правда.

Адам наклонился и легко поцеловал мою руку – формальный, приличный жест, но даже он заставил мое сердце пропустить удар.

– Спокойной ночи, Луиза.

– Спокойной ночи, Адам.

Я смотрела, как он уходит по пустынной улице, пока его фигура не растворилась в ночных тенях. Только тогда я позволила себе вздохнуть и прислонилась спиной к двери чайной.

«Все, – подумала я, чувствуя, как глупая улыбка расползается по лицу. – Я влюбилась. Окончательно и бесповоротно. В загадочного капитана, о котором практически ничего не знаю».

Я достала ключ и отперла дверь, включила кристаллы освещения и осмотрела свое уютное королевство. Столики, полки с чайными банками, засушенные травы под потолком – все это вдруг показалось мне особенно дорогим. Здесь я встретила Адама. Здесь началась наша история.

«История чего? – иронически спросила себя я, направляясь в свою комнатку. – Курортного романа с моряком, который через несколько дней уплывет к другим берегам?»

Но даже эта мысль не могла испортить мне настроение. Я переоделась в ночную рубашку, распустила волосы и села перед маленьким зеркалом, которое купила у местного торговца. В отражении на меня смотрела женщина с сияющими глазами и слегка припухшими от поцелуя губами.

Я погасила кристаллы и легла в постель, но сон не шел. В голове прокручивался весь вечер – каждое слово, каждый взгляд, каждое прикосновение. А особенно тот поцелуй...

«Завтра он придет снова, – подумала я, зарываясь лицом в подушку. – И что тогда? Будем делать вид, что ничего не произошло? Или...»

В груди разлилось сладкое предвкушение.

Я повернулась на бок, глядя в окно, где между занавесками виднелся кусочек ночного неба. Где-то там, в гавани, покачивался на волнах его корабль. Интересно, спит ли он или тоже лежит без сна, думая о нашем поцелуе?

«Глупости, – одернула себя я. – Он опытный мужчина, путешественник. Наверняка в каждом порту у него есть подобные знакомства».

Но почему-то эта разумная мысль не хотела укладываться в голове. Что-то в его поведении, в том, как он смотрел на меня, говорило о том, что для него это тоже что-то особенное.

«Или я просто себя убеждаю», – вздохнула я и закрыла глаза, решив наконец заставить себя уснуть.

Но последней мыслью перед сном было: «Завтра. Завтра он придет, и я узнаю, что это было – случайность или начало чего-то важного».